Заповедь 8: «Не укради» — не вреди и внешнему твоего ближнего, — его имуществу, равно как и своей собственности

Нравственное богословие для мирян; http://svavva.ru/

протоиерей Евгений Попов

Раздел: О бережливом употреблении чужой и своей собственности

Употребление чужой собственности без спроса, а также и без всякой бережливости

Каждому дорога его собственность, особенно та, которая приобретена личным, да еще тяжелым трудом. Отсюда происходит у нас желание, чтоб не касались нашей собственности, чтоб уважали ее. Мало того: берегли бы ее и в то время, как мы сами почему-либо не может уберечь, например, когда отсутствуем. Но это желание у многих бывает только лично для себя, или про себя.

Видать, что у другого вещь свободная или что у него много подобного рода вещей, и пользуются чужою вещью: подобное пользованье чужим допускается от чашки или ложки до помещения в целом доме. Говорят: «у вещи ничего не убыло и она в целости возвращается владельцу». Так. Но зачем же нарушать право владения? Почему не спросить хозяина о позволении? А может случиться, что он сам в то же время понуждается в своей вещи? Тогда, естественно, будет остановка в его занятиях, – остановка еще и в том смысле, что иной раз, не зная у кого вещь находится, он тратит время на отыскание ее около себя. Нет; «в той мере, в какой пользуемся мы чужим, и крадем это чужое для себя». «Но если (говорят) спросить хозяина о его вещи, он откажет по своей скупости: между тем в вещи крайняя нужда, например, зимой в теплой одежде, во время голода в хлебе- или в каких-либо съестных припасах». Вот в этом-то случае, т.е. для сохранения здоровья от явной опасности или для целости жизни своей и семейства своего, в этом одном случае и можно взять чужое не спросившись. Хотя и тут права не настолько равные, как двое держались бы на реке за одну доску и каждому нужна была бы доска для сохранения его жизни: однако ж чувство самосохранения должно взять верх над стыдливостью воспользоваться чужим без спроса или тайно. (Этот поступок близок по своему смыслу к необходимой оборони против врага жизни). Христос-Спаситель не обвинил же своих учеников, когда ученики, проходя посевами и томясь от голода, рвали чужие колосья (Мф.12,1–4). Но дальше этой нужды пользоваться чужим без спроса было бы послаблением своей нравственности: раз утолить голод чужим хлебом можно, но воровать для того, чтоб кормиться, например, за недостатком работ, – явное преступление. Во всяком случае употребившие чужую собственность без спроса должны положить себе правилом: если известен или вблизи находится ее хозяин, – пусть же уведомят хозяина хоть в последствии времени, чтоб почтить чужое право владения.

Иные же к безгласному временному владению чужим присоединяют еще новую вину: и не берегут чужого, владея им. Такая небережливость допускается ими от книги до экипажа или рабочей лошади. Иногда рядом лежат вещи совершенно однородные: своя и чужая, и вот первую берегут, а последней не жалеют, одну оставляют совсем без употребления из экономии, а другую без пощады употребляют. Есть ли тут какое-нибудь уважение и верность в отношении к чужой собственности? Недобросовестно еще употреблять для своих нужд такие вещи, которые взяты только на сохранение, а также не беречь того, что дано на подержание. Здесь уже был своего рода договор: один вверил свое добро, а другой принял. Принятое нужно возвратить в целости, за исключением случайного убытка у вещей, который падает уже на хозяина их. -Честная, христианская душа! Пусть хозяин тех вещей, которые находятся у тебя на сохранении или почему-либо близки к тебе, живет в глубокой дали. Пусть луч солнечный не достигнет до хозяина их с такою вестью, что его вещи и употребляются в дело и не берегутся. Но ты помни, что всевидящий «Господь близь есть» (Пс.118,151)..., и потому не пользуйся чужим без ведома или в ущерб хозяину.

Непредупреждение ближнего относительно убытков или потерь, которых он сам не предвидит

В торговле, в каких-либо достройках или в покупках иной прямо идет к убыткам и потерям, потому что не предвидеть того по своей неопытности или недальновидности, Таким образом сожаление к ближнему и жалость напрасной траты им труда или денег побуждают нас предупредить его. Между тем, видя все это, одни из нас молчат по равнодушно, другие- злонамеренно, например, в однородной торговле, а третьи и по такой надежде -не достанется чего им по дешевой плате или же бесплатно от этого человека, подобно тому, как кто рад бывает воспользоваться одеждою, которая осталась на берегу от утопленника. Постыдное своекорыстие! Впрочем, и предупреждать об убытках нужно не так, чтоб одному была польза, а прочим всем потеря; например, на хлеб скоро повысится цена, и хлебный торговец, получив такое известие, совсем приостанавливает свою продажу, между тем как у других хлеба в запасе нет или мало. «Гневаются, оскорбляются за подобные предупреждения» (например, молодые люди)? Если убытки или потери им угрожают значительные, да от этих убытков может произойти вред имуществу многих лиц, – нужно перенести напрасный гнев, тем более, что гневливые впоследствии времени несомненно будут нам благодарны. -Читатель! когда ты потерпишь в чем-либо по незнанию большие убытки, чувствуешь же в душе недовольство на тех, которые знали, и не предупредили тебя, не допускай, чтоб и другие в подобном случае, оставались с тем же чувством недовольства в отношении к тебе.

Чрезмерная цена за ремесленную работу и художество

Повод ремесленникам возвышать цены подают суетные и роскошные потребители работ их, например, одежды, обуви: но брать лишнее не следует даже и с людей состоятельных. Между тем в том же дорогом мастере может понуждаться и человек среднего состояния: откуда же последней возьмет средства, чтоб оплатить ему чрезмерные цены? что у этого останется на семью и на содержание дома после одной, двух вещей, которые со вздохами он оплатил дорогому мастеру? Мастер о том и не подумает. Он только прибавляет год от года цену за свою работу, пользуясь тем обстоятельством, что успел взять с некоторых лиц дороже. Таким образом, он богатеет за счет других, пускается в роскошь и уже начинает жить не скромным ремесленником, а купцом или дворянином, выдает себя за образованного, не будучи образованными. Но иногда он вредит и собственному состоянию: чтоб избавиться от его тяжких цен по ремеслу, стараются выписывать его работу из другого города или места. Да, настоящее это бремя для народа-чрезмерно дорогие мастера и мастерицы! (Святые тоже приносили на рынок для продажи свое рукоделье: но они очень заботились о том, как бы не взять лишнего. Иные из них и не пересчитывали денег, которые им давали за вещи). -Что же до художников, то чрезмерные цены на произведения их и делают недоступным приобретение их произведений (а между тем, что же например нужнее, как не иконы?) и убавляют честь у благородного труда их. -Помилуйте, мастера и мастерицы! до чего же вы возвышаете свои платы, между тем как на иную вещь, вышедшую из рук ваших, и посмотреть нечего-до того она мала? Вы бы должны благодарить Бога, что Он дал вам способность к ремеслу или художеству (Исх.31,3–5), и служить ближнему ремеслом, не отягощая ближнего. Вы хотите приобретать себе не столько количеством труда, всегда любимого Богом, сколько качеством, т. е. хотите меньше работать, да больше заработать. Нет, лучше облегчайте жизнь народную, а не отягощайте ее; потому что и сами вы нуждаетесь в других случаях в труде ближнего: потому что ваша-то дороговизна работ между прочим заставляет иных бегать и женитьбы, чтоб не горевать с семье, чем, например, они «одеждутся». (А удерживать от женитьбы прямо или косвенно-великое зло). Умеряйте же, сколько возможно, свои платы за труд ремесленный!

Некрепкая работа вещи из-за моды или от нерадения

«Все они надеются на руки свои, и каждый умудряется в своем деле», говорится о ремесленниках (Сир.38,36). Корысть также заставляет некоторых мастеров заботиться только о виде или фасоне вещей, чтоб привлечь покупателя, а не о крепости их; для приглядности, или вернее сказать-для нового рисунка вещи они жертвуют и удобством ее: например, стулья, действительно, аккуратны, но за то сесть-то на них некуда, потому что они воздушны. Нет, мудрость ремесленников и художников должна состоять прежде всего в том, чтоб вещь, которую они делают по заказу или на продажу, была крепкою, а затем более бы соответствовала своему употреблению. Старинные вещи отличаются крепостью, хотя в сравнении с нынешними менее красивы на глаз. Это значит, что прежде мастера как не жалели материала для производимых ими вещей, так и усидчивы были за работой, так и заботились особенно об удобстве употребления вещей. Нынешние, напротив, своим искусством стараются услужить суетности публики. Но этим они частью унижают свой труд; затем, не берегут состояния ближних, которые вместо одной по прежнему вещи должны держать две-три; наконец, и опять вредят своему же интересу, потому что огласка чьей-либо некрепкой работы отводит заказчиков или покупателей от его произведений.– О, ремесленники! пожалейте вы денег ближнего, чтоб он не имел нужды чрез короткое время опять заводить те же вещи, тем более, что всяких вещей требует жизнь его. Работайте же так, чтоб он дольше пользовался вашею вещью и вас же с честью поминал.

Незаботливое хранение своего имущества, а отсюда – повод другим к легкой покраже его

«То бодрствовал бы и не допустил бы подкопать свой дом» (Лк.12,39). Да; кто не хранит тем или иным способом своих денег или имущества, тот сам отворяет к себе дверь вору и виноват во многом. Он добровольно лишает себя денег или имения, разбрасывая все это и не справляясь по временам о целости своих достояний: и так поступает он не потому, что испытал верность окружающих лиц, но по одной беспечности. А лишившись вещей, он и сам беспокоится и других беспокоит, сколько для отыскания потерянного, столько же подозревая напрасно тех и иных в краже. Вместе с тем, он подает поводы одним начать красть (как людям молодым, от которых не затворяет даже и денег), а другим упражняться в любимой краже. Вещей иногда не жалко, потому что они ничтожны. Но жалко того, что их крадут, и крадут, как большею частью бывает, лица близкие и домашние. Впрочем, иметь ключи от всевозможных шкафов и постоянно носить с собой пачку этих ключей, оставлять счетом каждую копейку или вещицу в доме, – это оскорбляет честь тех, от которых так оберегаются, а иногда и подстрекает этих употребить против бдения свое бдение, против хитрости свою хитрость. И так требуется умеренность и в хранении своего имущества. -Читатель! хоть замки и караулы показывают неестественность человеческой жизни: но делать нечего, против бесстыдного воровства или же утонченной кражи нужно вооружаться дозволенными мерами. Эго будет своего рода борьба со грехом.

Страницы: 1 2

Вы можете оставить комментарий, или ссылку на Ваш сайт.

Оставить комментарий