Архиепископ Тамбовский и Козловский Зиновий (Дроздов) (14.07. 1875 г . — 9.09. 1942 г.)

Для лучшего осуществления управления епархией в новом смутном времени епископом Зиновием было предложено объединить все тамбовские уезды в три группы, выделив из них самостоятельную епархию Тамбовскую (в нее входили Тамбовский, Моршанский, Козловский, Кирсановский и Борисоглебский уезды — управлял ими епископ Тамбовский и Козловский) и два полусамостоятельных викариатства Шацкое (Елатомский, Темниковский и Спасский уезды с резиденцией в с. Сасово) и Липецкую (Лебедянский, Усманский уезды с резиденцией в Липецке) Это решение утверждено Патриархом 28 ноября 1918 г . Несколько позже резиденцию Шацких епископов перенесли из Сасова в Шацк.

Епископ Зиновий решительно выступил против обновленцев, которые пытались изнутри расколоть церковь, внося в нее смуту и раздор. Все это они осуществляли при самом тесном сотрудничестве с большевистскими властями, фактически став их пособниками. В Тамбовской епархии только в середине лета 1922 г . вдали от епархиального центра образовались «инициативные церковные группы с прогрессивными тенденциями и направлениями». Инициаторы «групп» протоиерей Иван Виноградов и Василий Архангельский прибыли (первый — из Лебедяни, второй из Кирсанова) к 28 июля 1922 г . в Тамбов на общее собрание городского духовенств. На этом собрании решено было вступить в группу «Живая Церковь». После собрания Виноградов и Архангельский направились к епископу с целью сообщить о своем решении и предложили ему последовать их примеру. Владыка назвал это «богоотступничеством». На следующий день епископ Зиновий был объявлен «отстраненным», а тамбовская группа «Живая Церковь» — временным епархиальным управление.

Новое епархиальное управление запретило епископу Зиновию служить в кафедральном соборе, предложив ему Введенскую церковь. Но епископ Зиновий за воскресным богослужением в проповеди объявил, что лишает членов управления их мест и запрещает в священнослужении. Это был открытый вызов и обновленцам, и властям. Незамедлительно последовал ответ: 5 августа 1922 г . «Тамбовская правда» публикует воззвание прогрессивного духовенства Тамбовской епархии от 30 июля 1922 г ., подписанное «четверкой» — протоиереями И. Виноградовым, В. Архангельским, священником В. Голубевым, диаконом Н. Салтыковым, призывая в нем не признавать власть епископа Зиновия. А 16 августа 1922 г . в Губисполком направлено отношение за подписью «диктатора» от «Живой Церкви» В. Красницкого в котором говорилось: «ВЦУ уведомляет, что окружным постановлением епископ Тамбовский Зиновий уволен на покой с удалением его из пределов епархии».

Синхронно с обновленцами действовали и власти, затеяв в Тамбове по «московскому образцу» дело «о краже церковных ценностей в кафедральном соборе». С самого начала стало ясно, что дело «дутое» и направлено на то, чтобы арестовать епископа Зиновия. Владыке и группе духовенства и мирян Покровского собора было предъявлено обвинение в якобы краже церковных ценностей из собора, которая обнаружилась при проведении там комиссией так называемого изъятия этих самых ценностей.

В сентябре 1922 г. один из лидеров тамбовских обновленцев протоиерей Ермолаев как «уполномоченный Высшего церковного управления», заявил, что, учитывая, предъявленное архиерею обвинение которое «носит чисто уголовный и государственный характер», «письменно просил епископа временно оставить работу в епархиальном управлении», епископ ответил уполномоченному письмом (от 27 сентября): «С правосланой точки зрения уже то одно должно быть признано недопустимым и противным церковным канонам, что в епархиях наравне с епископами и, даже, выше их ставятся лица пресвитерского сана с полномочиями епископской власти. Это и послужило причиной того, что на местах представители новой церковной власти престали считаться с канонами, и в основу своей деятельности положили не апостольские и соборно-отеческие правила, а программу Живой Церкви и директивы съезда так называемого прогрессивного духовенства от 3-го августа с.г. Отсюда разрешение браков без епископского благословения, в случае, когда канонами требуется такое разрешение, отсюда назначение на места, без воли и согласия епископа, кандидатов священства, часто имеющих только то достоинтсво, что они признают и разделяют программу Живой Церкви; отсюда удаление из прихода, помимо епископа и вопреки желанию верующих, лиц священного клира и др. репрессии только за то, что они не вполне разделяют основные положения им конечные цели Живой Церкви».

13 октября 1922 г владыка произнес в Покровском соборе свою знаменитую «громовую» проповедь. Зачитав с церковной кафедры целые главы из посланий апостольских о признаках апокалипсических времен, епископ нашел полное осуществление указанных грозных признаков для в Живой Церкви. Он заявил, что с такими людьми он прерывает свое духовное общение. Под впечатлением этой проповеди 19 октября и.д. благочинного прот. Н. Полянский сообщил обновленческому Епархиальному Управлению, что городское духовенство решительно отделяется от группы Живой Церкви, а 20 октября последовало обращение в «Тамбовской правде» к пастве епископа Зиновия, которое внесло решительный перелом в отношении к обновленцам со стороны православных. Даже у самых нерешительных теперь не было аргументов в пользу обновленчества. И лишь благодаря поддержке советской власти раскол еще продолжало существовать в Тамбовской епархии.

Неудобного владыку, который решительно боролся с врагами церкви, органы ГПУ арестовали в октябре 1922 г . По городу поползли слухи о смерти архиерея, что пришлось опровергнуть через печать, т.к. «сотрудники исправтруддома № 1 осаждаются всевозможными кликушами». Несколько месяцев владыка провел в местной тюрьме. Епископ сидел под усиленным караулом, ему были запрещены прогулки, но надзиратель, несмотря на это все-таки давал ему возможность гулять. Спустя некоторое время состоялся суд по делу о сокрытии церковных ценностей. Обвинение было предъявлено епископу Зиновию, кафедральному протоиерею Т. В. Поспелову, священнику В. Л. Кудряшову, староста собора Н. В. Каменеву, помощнику старосты Д. Д. Виссонову.
Заседание суда происходило несколько дней при переполненном зале и толпах на улице. Трибунал всех обвиняемых признал виновными: Т. Поспелову дали 7 лет, епископу Зиновию 6 лет, Кудряшову и Каменеву по 4 года, Виссонову 3 года. По применению Октябрьской амнистии срок наказания сокращался Виссонову наполовину, всем остальным на одну треть. Каноническое правление Тамбовской епархии было обезглавлено. В 1923 г . епископ Зиновий переведен в Александровский централ, где он получил известие о возведении его в сан архиепископа. А позже по ходатайству Патриарха он был освобожден.

26 сентября 1923 г . временно управляющим Тамбовской епархией назначен епископ Козловский Димитрий (Добросердов), в 1924 г . он арестован.

Весной 1924 г . епископ Зиновий возвращается к управлению епархией, однако ему не разрешали выезжать за пределы города. В 1925 г . он выслан в Москву, потом в Арзамас, некоторое время проживал в Сарове и Дивеево. До лета 1927 г . он будет значиться как епископ Тамбовский.
После закрытия Дивеевского монастыря владыка переезжает на жительство в Муром (15 октября 1927 г .), где поселяется, как административно высланный, вместе с келейником монахом Ионой (Небогатовым) и старицей Серафимой (Долгинцева) в доме по Красноармейскому переулку. Сюда же в Муром переселяется и последняя игумения Дивеевского монастыря Александра (Траковская) с частью дивеевских монахинь. Они поддерживают связь с владыкой, который живет уединенно, принимает только самых близких, по большей части монашествующих. Без сомнения за домом епископа наблюдали, однако арест последовал спустя пять лет 27 апреля 1932 г . Владыку обвинили в организации «церковно-монархической группы и нелегального женского монастыря». При обыске изъяли множество фотографий духовных лиц, иконы, молитвы, а также крест-мощевик со множеством св. мощей святых угодников Божиих. Владыка и не отрицал, что действительно: «В своей квартире совершал ежедневное богослужение для себя, совершал молча. Под большие праздники совершал всенощную и литургию, вслух, вполголоса. Было облачение (изготовлено в Муроме), сосуды. За богослужением нередко присутствовала игумения Александра, схимница Серафима и послушница Анна Баринова, которая помогала мне. Означенные лица были моими духовными детьми игумения Александра и Баринова с 1928 г ., а схимница Серафима с 1929 г .». В этом он не видел ничего противозаконного, однако более существенно было то, что епископ Зиновий не поддерживал в это время позицию мтрп. Сергия (Страгородского) и разделял, по мнению органов, «платформу» так называемой ИПЦ, что уже само по себе было явной контрреволюцией. Сам владыка по этому поводу на допросах смело отвечал: «Положение при советской власти духовенства сравнительно с положением при царском строем много бедственнее (...) С митрополитом Сергием я не согласен в умножении количества епископов, снятии клятв со старообрядцев, в отношении к покойному митрополиту Аганфангелу, которому он угрожал репрессиями и считаю неправильным его утверждение в его заявлении: что ваша радость, наша радость, ибо интересы церкви не совпадают с интересами государства и советской власти. Советскому государству не нужна религия, а верующий человек только и живет религией».
Особое Совещание при Коллегии ОГПУ от 16 декабря 1932 г . приговорила епископа Зиновия к заключению в концлагерь сроком на три года. Вместе с ним к разным срокам заключения или высылки были приговорены 10 человек. В основном монахинь, духовных чад владыки.
Вернувшись из заключения в 1936 г . владыка поселился в г. Коврове Владимирской области, где до мая 1939 г . жил в Заречной слободе у Константина Васильевича Лапина, а затем переехал к Дмитрию Игнатьевичу Пичугину. Жизнь его протекала также как и в Муроме: он много служил на дому, принимал духовных чад. Т. е. он занимался тем чем и должен заниматься любой православный священнослужитель — служил Богу и заботился о тех людях, которые доверили ему свою душу. Новый арест не заставил себя долго ждать и последовал 21 июня 1940 г . Владыка был заключен под стражу. Обвинение предъявили все тоже: «организация нелегального монастыря и сколачивание группы антисоветски настроенного монашеского элемента». Бесчисленные, почти ежедневные допросы, которые часто длились весь день и всю ночь, а заканчивались только ранним утром продолжались почти весь июнь. Следователь требовал от владыки, чтобы он признал себя виновным, но измученный святитель неизменно отвечал: «В контрреволюционной организации я не состоял, антисоветской деятельностью не занимался». Ни мучения, ни годы заключений не сломили мужественного владыку, как и тогда в 1932 г . на вопрос следователя о советской власти он отвечал: «Я не согласен с политикой советской власти в отношении религии. Я не одобряю действия советской власти направленные на гонение и преследование религии».
Судьба его была решена. Постановлением Особого Совещания НКВД от 21 сентября 1940 г . Архиепископ Зиновий (Дроздова) был заключен в исправительно-трудовой лагерь сроком на восемь лет. Начались новые скитания по лагерям. Сначала владыку этапировали в Ивдельлаг Свердловской обл, затем перевели в Богословлаг Свердловской обл. г. Краснотурьинск, где он и умер 9 сентября 1942 г .

Реабилитирован архиепископ Зиновий в 1958 г .

Литература:
1. Иеромонах Зиновий (Дроздов). С эскадрой до Цусимы. Вятка, 1906. С. 124
2. Там же, С. 8
3. Там же, С. 24
4. Там же, С. 101

Страницы: 1 2

Вы можете оставить комментарий, или ссылку на Ваш сайт.

Оставить комментарий