Кириллъ, архіепископъ Александрійскій

Утверждая положеніе о богочеловѣчествѣ Христа, св. Кириллъ ал. долженъ былъ рѣшить также и спеціальный вопросъ о способѣ ипостаснаго соединенія божества и человѣчества. Разрѣшить вполнѣ эту непостижимую тайну, — по его мнѣнію, — невозможно, но приблизить, хотя нѣсколько, къ человѣческому сознанію можно. Поэтому св. Кириллъ ал. обращается къ нѣкоторымъ аналогіямъ и при помощи ихъ старается, насколько возможно, выяснить, какимъ именно образомъ Богъ и человѣкъ соединились между собою въ одну ипостась Сына Божія, не раздѣляя и не сливая при этомъ своихъ разныхъ природъ. Между прочимъ, онъ сравниваетъ ипостасное единеніе съ отношеніемъ огня къ горючимъ матеріаламъ. Огонь неразрывно соединяется съ горючимъ веществомъ, такъ что отдѣлить его совершенно невозможно; но, при этомъ единеніи огня и вещества, оба элемента все-таки остаются совершенно различными, такъ что ни огонь не есть вещество, ни вещество не есть огонь. Подобно этому неразрывному и несліянному единенію огня и вещества, св. Кираллъ ал. и думалъ представить себѣ единеніе и сближеніе божества и человѣчества во Христѣ. Само собою понятно, что грубый примѣръ не могъ точно выяснить подлиной масли церковнаго ученія. Огонь увичтожаетъ горючее вещество, между тѣмъ какъ божество Спасителя не уничтожаетъ Его человѣчества, а только соединилось съ нимъ въ такое же неразрывное единеніе, въ какомъ находятся между собою огонь и вещество горящаго свѣтильника. Чтобы точнѣе выразить свою мысль о возможности неизменнаго существованія соединенныхъ воедино природъ Спасителя, св. Кириллъ ал. обращается еще къ другой аналогіи, — къ сравненію этой истины съ истиною соединенія тѣла и души въ единствѣ личности человѣка. Душа и тѣло человѣка составляютъ въ немъ двѣ сущности, совершенно различныя, которыя, сохраняя всѣ свои особенности и свойства, въ то же время тѣсно соединены между собою, но при томъ такъ, что взаимно не поглощаютъ другъ друга. Точно такъ же нужно мыслить и способъ сочетанія и единенія природъ въ лицѣ Спасителя. Онѣ составляютъ едино въ личности Христа, онѣ — ἕνωσις ϰαϑ’ ὑπόστασιν, но въ то же врамя онѣ нераздѣльно-несліянны между собою и, такимъ образомъ, не претворяясь одна въ другую и не поглощаясь взаимно одна другою, составляютъ собственно двѣ природы, а не одно общее претворенное существо. Спаситель жилъ совершенно человѣческою жазнію; слѣдовательно, Его человѣческая природа отъ соединенія съ божествомъ не потерпѣла никакого измѣненія, не сдѣлалась какою-либо другою въ сравненіи съ общею человѣческою природой, такъ что всѣ необходимыя человѣческія отправленія нашей природы были въ той же мѣрѣ присущи человѣчетву Сына Божія, въ какой онѣ присущи и намъ. Въ Немъ не слились и не отожествились божество и человѣчество, а остались разными природами, каждая съ своими естественными свойствами, такъ что какъ свойство тѣла нельзя представить въ Словѣ, Которое было въ началѣ, такъ, наоборотъ, — и свойствъ Божества нельзя мыслить въ природѣ плоти. Соединенныя во едино природы Храста существовали, хотя и неразрывно (ἀδιαιρετῶς) въ силу ипостаснаго единства божества и человѣчества (ἕνωσιν ϰαϑ’ ὑπόστασιν), однако и несліянно (ἀσυγχίτως) въ силу ихъ совершеннаго различія по сущности и свойствамъ.

Такимъ образомъ, въ противоположность ученію своего противника Несторія, св. Кириллъ ал. настаиваль на той мысли, что Іисусъ Христосъ есть истинный и совершенный Богъ, а въ противоположность аполлинаріанской точкѣ зрѣнія, въ которой его самого обвиняли антіохійцы, — онъ утверждалъ, что въ лицѣ Іисуса Христа истинный и совершенный Богъ вступилъ въ единеніе съ истиннымъ и совершеннымъ человѣкомъ.

Но противники св. отца усматривали въ такой постановкѣ и формулировкѣ ученія неразрѣшимыя противорѣчія; самый факть воплощенія — въ смыслѣ ученія св. Киралла ал. — имъ представлялся невозможнымъ. Основанія этой невозможности сводились собственно къ слѣдующамъ тремъ положеніямъ: а) воплощеніе унижаетъ собою божество; б) оно подвергаетъ страданію Безстрастнаго и в) оно ограничиваетъ вещественными формами плоти Безпредѣльнаго. — Св. Кираллъ ал. разрѣшаетъ всѣ эти возраженія. Касаясь перваго изъ нихъ, онъ совершенно законно ставитъ слѣдующій вопросъ: въ чемъ же собственно нужно усматривать это униженіе? Еслибы мы предложили этотъ вопросъ древнимъ гностикамъ, то они, конечно, увѣрили бы, что божество унижается отъ соприкосновенія съ принципомъ зла — матеріей, и потому вполнѣ согласились бы дать Спасителю не матеріальное, а какое-нибудь другое, особенное тѣло. Св. Кириллъ ал. эту гностическую точку зрѣнія, отъ-части присущую аполлинаріанамъ, а отъ-части и Несторію, опровергъ указаніемъ полной безцѣльности такого рода воплощенія. По его мнѣнію, чтобы дѣйствительно исцѣлить больного, нужно, конечно, давать лекарство не здоровому, а самому больному; больнымъ же былъ человѣкъ; слѣдовательно, и въ воплощеніи нужно было воспринять Богу для уврачеванія обыкновенную человѣческую природу. Въ противномъ случаѣ и самое дѣло искупленія потеряло бы свое реальное значеніе и само по себѣ было бы дѣломъ призрачнымъ и не достигающимъ цѣли. И, наоборотъ, если бы дѣло искупленія было совершено не самимъ воплотившимся Богомъ, а только человѣкомъ — носителемъ божества, — то тогда и самое искупленіе было бы невозможно, потому что оно представлялось бы только дѣломъ человѣческимъ, имѣющимъ лишь нравственную силу и принудительность.

Впрочемъ, противникамъ св. Киралла ал. казалось унизительнымъ не столько то, что Богъ воплотился, сколько то, что Онъ повиновался повелѣніямъ, подчинялся человѣческимъ законамъ и несъ крестъ. Въ этомъ они видѣли крайнее униженіе божества и вмѣстѣ съ тѣмъ препятствіе къ Его воплощенію. Но св. Кириллъ ал. замѣчаетъ, что въ фактѣ истиннаго и ипостаснаго соединенія Бога съ человѣкомъ проявилось вовсе не униженіе, а, напротивъ, необычайное дѣйствіе божественной силы, которое вполнѣ справедливо составляетъ предметъ вѣчнаго удивленія для всѣхъ разумныхъ веществъ. Вотъ почему всѣ проповѣдники храстіанства указываютъ преимущественное чудо таинства воплощенія въ томъ, что Богъ явился во плоти, что Слово стало плотію, и явило, такимъ образомъ, преизбытокъ Своей божественной силы. Итакъ, воплощеніе не унижаетъ божества, потому что подъ кажущимся покровомъ униженія съ невыразимою силой сіяетъ Его вѣчная слава.

Но если самый фактъ воплощенія не унижаетъ божества, то не унижается ли божество тѣмъ, что оно въ данномъ случаѣ, принявши истинную плоть человѣка, должно жить измѣнчивою жизнію этой плоти и потому само должно какъ бы страдать и измѣниться? Въ такомъ видѣ противники св. Кирилла ал. выставляли второе возраженіе противъ его ученія о воплощеніи Слова.

Разбирая это второе возраженіе, св. Кириллъ ал. прежде всего попытался установить точное понятіе страсти, страданія. По его мнѣнію, страстію нужно называть далеко не все то, что обыкновенно называется этимъ именемъ. Обыкновенно мы называемъ страстными всѣ измѣненія, какія происходятъ въ нашей жизни и природѣ: рожденіе, голодъ, жажду, печаль, гнѣвъ, сонъ, смерть и т. д., между тѣмъ какъ всѣ эти дѣйствія природы не могутъ быть страстными. Съ этой точки зрѣнія св. отецъ и разсматриваетъ самые факты человѣческой жизни Спасителя, на которые указывали, какъ на унижающіе божество факты страсти. По мнѣнію св. Кирилла ал., въ рожденіи Бога Слова, а равнымъ образомъ и во всѣхъ дѣйствіяхъ, и проявленіяхъ усвоенной имъ человѣческой природы, какъ «дѣйствіяхъ природныхъ», нѣтъ ничего унижающаго достоинство божественной сущности. Постыденъ только порокъ, а не природа; слѣдовательно, только общеніе съ порокомъ было бы недостойно Божества. Вотъ почему, отвергая причастіе Слова Божія пороку, св. Кириллъ ал. въ то же время не усматривалъ ничего невозможнаго и унижающаго для божественнаго Слова въ самомъ фактѣ Его воплощенія и въ самомъ обитаніи Его въ человѣческомъ тѣлѣ. Тѣмъ болѣе, что и самое рожденіе, по его мнѣнію, совершилось абсолютно безстрастно и непорочно. Слѣдовательно, высота божества вполнѣ сохранилась и въ человѣческомъ рожденіи Спасителя.

Опровергвувши два указанныя возраженія, св. Кириллъ ал. касается далѣе и третьяго возраженія, по которому воплощеніе Бога Слова, будто бы, должно вести къ ограниченію безпредѣльнаго Бога. Впрочемъ, св. Кириллъ ал. опроверженіемъ этого возраженія занимается очень мало въ виду его крайней нелѣпости въ самой его основѣ; да это возраженіе и вообще было неприложимо къ ученію св. отца. Послѣдній, проводя мысль объ ипостасномъ единеніи въ личности Христа двухъ естествъ, и не думалъ даже говорить объ ограниченіи божественнаго естества. По нему, Богъ Слово какъ до воплощенія, такъ и по воплощеніи одинаково есть безпредѣльный и неограниченный Богъ. А чтобы прояснить возможность пребыванія въ конечномъ человѣкѣ безпредѣльнаго Бога, св. Отецъ снова обращается къ сравненію этого пребыванія съ отношеніемъ души къ тѣлу. Тѣло, противоположное духу по своей природѣ, строго ограничено своими матеріальными очертаніями и постоянно находится въ извѣстныхъ предѣлахъ; между тѣмъ духъ, свободный отъ всякихъ матеріальныхъ очертаній, хотя и связанъ неразрывно со своимъ матеріальнымъ тѣломъ, однако, имѣетъ полную возможность своею мыслію выступать за предѣлы своего ограниченнаго бытія, возноситься до небесъ, погружаться въ бездны, проходить всю широту вселенной. Дѣйствительно, на основаніи этого примѣра можно сдѣлать вполнѣ вѣрное предположеніе, что если ограниченная по своей природѣ душа, не смотря на свою связь съ опредѣленными очертаніями тѣла, все-таки до нѣкоторой степени представляется безразличною по своей мысли, то тѣмъ болѣе безграничное въ собственномъ смыслѣ божество, не смотря на свое соединеніе съ человѣчествомъ, должно быть безграничнымъ не только въ мысли, но и по природѣ.

Въ тѣсной логической связи съ христологіею св. Кирилла ал. находится его ученіе о таинствѣ евхаристіи, которое служитъ теперь предметомъ оживленнаго спора между старокатолическими и православными богословами (см. у проф. П. П. Пономарева, Ученіе св. Кирилла объ евхаристіи въ «Прав. Собесѣдн.» 1903 г., стр. 659-736). Какъ и въ христологіи, св. Кириллъ ал. оттѣняетъ по преимуществу духовную сторону таинства, но въ то же время ясно и очень опредѣленно учитъ о реальномъ присутствіи истиннаго тѣла и крови Христовыхъ въ евхаристическихъ дарахъ. Особенно важное мѣсто, гдѣ изображаются ученіе св. Кирилла ал. во всей полнотѣ и ясности, находится въ Толк. на Ев. Матѳея (Migne gr. t. LXXVII, col. 452). «Господь ясно сказалъ: сіе есть тѣло Мое и сія есть кровь Моя, чтобы ты не счелъ того, что видишь, просто за образъ, но чтобы ты зналъ, что предлагаемое тебѣ несомнѣнно превращается (μεταποιεῖσϑαι) нѣкіимъ таинственнымъ образомъ въ тѣло и кровь Христа. Пріобщаясь ихъ, мы воспринимаемъ въ себя животворящую и освящающую силу Христа. Ибо должно, чтобы Онъ чрезъ Святаго Духа, какъ прилично Богу, сорастворялся въ насъ дѣйствительно съ нашими тѣлами чрезъ святую Его плоть и драгоцѣнную кровь, что мы подлинно и получаемъ въ животворящемъ благословеніи какъ бы въ хлѣбѣ и винѣ съ тою цѣлью, чтобы мы не смущались, видя предлагаемыя плоть и кровь на святыхъ церковныхъ жертвенникахъ». Такимъ образомъ ясно, что мысль о простой только консубстанціаціи (въ духѣ старокатолическаго ученія) совершенно не приложима къ ученію объ евхаристіи св. Кирилла ал.

Примѣчаніе:
1.  По Mahé (La date du commentaire de s. Cyrille sur s. Jean въ «Bulletin de littérature ecclesiastique» 1907, 2, p. 41-45), толкованіе на Евангеліе Іоанна составлено св. Кирилломъ до 428 года. — Н. Н. Г.

Печатается по изданію: Православная Богословская Энциклопедiя. Томъ десятый. Составленъ подъ ред. Н. Н. Глубоковскаго, Д-ра богословiя, ординарнаго профессора С. -Петербургской Духовной Академiи. Изданiе преемниковъ † профессора А. П. Лопухина.  СПб: Бесплатное приложенiе къ журналу «Странникъ» за 1909 г.

Источник: «Русскiй Порталъ»

 

Страницы: 1 2 3 4 5 6

Вы можете оставить комментарий, или ссылку на Ваш сайт.

1 комментарий к записи “Кириллъ, архіепископъ Александрійскій”

  1. admin:

    Ссылочку скините?

Оставить комментарий