Отец Даниил из келлии св. Петра Афонского

Отец Даниил из келлии св. Петра Афонского.

Отец Даниил подвизался в том же самом месте Афона, что и преподобный Пётр. Поскольку после кончины отца Даниила прошёл уже почти век, а жизнь его была предельно скрытой, то мы можем представить здесь лишь некоторые факты его аскетической биографии.

Место его рождения и жизнь до того, как он стал монахом, неизвестны. Достоверно, что он принял постриг в келий святого Петра от благоговейного старца и духовника иеромонаха Антония, который, согласно документам из архива Лавры, стал старцем келий 15 сентября 1874 года.

Когда отец Даниил достиг высот в монашеских подвигах, его старец рассудил, что он достоин принять благодать священства. Отец Даниил был хиротонисан в Лавре во диакона и пресвитера. После этого до конца своей жизни он ни разу не покинул место своего безмолвия — келию святого Петра.
Иеромонах Даниил был записан старцем келий и духовником 1 апреля 1909 года. По всей вероятности, до этого времени ещё был жив его старец. Он имел следующий устав — каждую ночь совершал всенощное бдение. Он считал грехом, если темнота застанет его в кровати. Старец отдыхал после обеда, а когда смеркалось, начинал своё всенощное бдение.

В конце бдения всегда совершал Божественную Литургию, а в святую Четыредесятницу каждый день — Литургию Преждеосвященных Даров. Его Божественные Литургии продолжались часами, поскольку он часто был восхищаем в созерцание и от многого умиления ему было трудно произносить возгласы.
Утром старец немного отдыхал, а днём, надев рясу и куколь, совершал необходимые работы по келий или исповедовал монахов. Он не прерывал своего духовного делания весь день и избегал общения и разговоров с людьми.
Около полудня отец Даниил вкушал свою скудную аскетическую трапезу и уходил в келию для того, чтобы отдохнуть перед бдением. Жизнь его была подвижнической и простой. В келии не было даже стёкол в оконных рамах. Она обогревалась камином и несколькими старыми кирпичными печками.

Надо сказать, что в этих высокогорных местах глубина снега зимой превышает два метра. Однажды некий старец послал своего послушника исповедоваться отцу Даниилу. Послушник подошёл к келий, постучал в дверь и произнёс «Молитвами святых отец наших...» — однако ответа не последовало. Тогда он заглянул в окошко церкви и увидел, что отец Даниил СТОИТ на коленях под паникадилом в молитве и в огненном пламени. Послушник в ужасе побежал обратно к своему старцу и закричал: «Геронда, духовник горит!» Когда они вместе прибежали в келию святого Петра, то застали там «обычного» отца Даниила — тихого, мирного.

Отец Даниил взял себе послушника, постриг его в монахи и дал ему имя Антоний — в честь своего старца. Однажды послушник заболел и пошёл в Лавру, где остался до выздоровления. Всё это время на Литургиях, которые совершал отец Даниил, пел один из его соседей-монахов.
Обычно старец сам совершал входные молитвы и проскомидию. В определённое время приходил этот монах, и они начинали Божественную Литургию. Однажды отец Даниил совершил проскомидию, но брат всё не появлялся, и он понял, что что-то случилось. В огорчении старец молился, не зная, что же ему теперь делать. В это время в церковь вошли три монаха, приложились к иконам, и отец Даниил в радости начал Служить Божественную Литургию, а эти трое пели.

Когда Литургия завершилась, отец Даниил, желая разрешить своё недоумение, спросил их, кто они и каким образом оказались ночью в столь пустынном и вы сокогорном месте. «Мы ктиторы монастыря Ивирон и нас послал Господь», — ответили они и тут же стали невидимы.

Этот облагодатствованный священнодействователь Вышняго помимо всего прочего, преподавал Святые Тайны «обнажённым-невидимым» подвижникам, которые находились в тех пустынных местах.
У отца Даниила многократно бывал и Афонский старец Иосиф Исихаст, который жил от него в трёх часах пешего пути. Он приходил вместе со своим сподвижником старцем Арсением помолиться на Божественной Литургии и причаститься Святых Христовых Тайн. Старец Иосиф говорил, что из всех подвижников, которых он знал, — а в те времена пустыня изобиловала добродетельными мужами, — отец Даниил был выше многих:

«Был и другой, ещё более удивительный подвижник, у святого Петра Афонского — отец Даниил, подражатель Арсения Великого. Крайне молчаливый, затвор ник, до конца дней служивший Литургию. Шестьдесят лет он ни на один день не помышлял оставить божественное священнодействие. А в Великий пост во все дни служил Преждеосвященные Литургии.
И, не болея до последних дней, скончался в глубокой старости. А Литургия его продолжалась всегда три с половиной или четыре часа, ибо он не мог от умиления произносить возгласы. От слёз перед ним всегда увлажнялась земля. Поэтому он не хотел, чтобы кто-то посторонний находился на его Литургии и видел его делание.

Но меня, поскольку я очень горячо его просил, меня он принимал. И каждый раз, когда я ходил к нему, три часа шагая ночью, чтобы предстоять на этом страшном воистину Божественном зрелище, он говорил мне одно или два слова, выйдя из алтаря, и сразу скрывался до следую щего дня. Он совершал до конца жизни умную молитву и всенощное бдение. У него я взял устав и нашёл величайшую пользу. Ел он двадцать пять драми хлеба каждый день и весь возносился ввысь на своей Литургии. И пока земля у него под ногами не превращалась в грязь, не заканчивал Литургию».

Старец Иосиф Исихаст вместе со старцем Арсением в благодарность отцу Даниилу помогали в работах по келий, например, строили каменную террасу.

Кроме отца Антония в келий старца Даниила был ещё один послушник — отец Пётр, которого также звали Петракисом. Он был подражателем исихастского образа жизни своего старца и отца Гедеона — человека образованного, впоследствии рукоположенного в иеромонаха.
Послушник старца отец Антоний страдал человекоугодием и перед гостями пытался показать себя добрым
послушником. Смиряя его, отец Даниил звал его как маленького: «Антон! Эй, Антоне!"

Когда отец Даниил впервые увидел летящий самолёт, он с удивлением воскликнул: «Что это такое? Мир погибнет!»

Почувствовав, что дни его на исходе и конец его при ближается, отец Даниил надел рясу и начал ходить по двору своей келий. Он поглядел на небо, потом обвёл взором всё вокруг и, вздохнув, сказал: «О, суета сует, всяческая суета».

В тот же самый день, совершив Божественную Литургию, он преставился ко Господу. Старец Даниил отошёл в вечную жизнь мирно, без болезней, исполненный дней, обогащенный добродетелью и божественной благодатью. Это произошло в 1929 году на Святой Горе Афон.

Благословение его и молитвы да будут с нами. Аминь.

Из книги "Новый Афонский Патерик, Том I.

Вы можете оставить комментарий, или ссылку на Ваш сайт.

Оставить комментарий