Озарённая

Преподобная Евфросиния Полоцкая

Жизнь

Глава пятая. До последнего выдоха

Серпуховской князь Владимир Андреевич, явивший образцы мужества на Куликовом поле, искал после битвы, среди мёртвых, пропавшего князя Димитрия. Страшился увидеть бездыханного брата и друга и встретить упрёк в горьком взоре овдовевшей Евдокии – не уберёг! Когда же Владимир Андреевич сам обнаружил Димитрия Ивановича в ветвях упавшего дерева, то ощутил жгучую радость при виде живого князя и облегчение – невиновен перед княгиней.

Княгиня Евдокия. Эскиз В. Васнецова для фресок Владимирского собора в Киеве

Более шести веков некий жиденький туманец-слушок стелился над великим Димитрием Донским, якобы спрятавшимся то ли в стоге сена, то ли под ветвями упавшего дерева. С какой стати дереву было падать? Неясно, если не понимать незримого присутствия княгини Евдокии.        В те времена люди верили в чудо куда более, чем сегодня, но и тогда немногие понимали, как чудотворица-жена сумела издалека спасти мужа, мысленно упрятала его в стогу, потом мысленно довела до опушки леса и накрыла ветвями как по заказу упавшего дерева. Почему же не сберегла от укуса тарантула1? У чуда свои законы, и нам, грешным, рассуждать о них – есть свой предел.

Победившее войско возвращалось в Москву. Как ни страдал от боли в бедре князь Димитрий, ему хватило сил остановиться, чтобы исполнить своё недавнее намерение – заложить Николо-Угрешский монастырь на месте, где ему была явлена икона святителя Николая. Кстати, никакого селения Угреши на том месте никогда не было, а слово пошло от самого князя:

– УгреВший душу мою перед битвой, святой Николай, тебе ставлю стены сии…

Когда исчез звук «в», сказать трудно. В разных диалектах нашего языка буквы и звуки нередко ведут себя как хотят, независимо или, напротив, зависимо от характера того или иного говора. Или говорка.

На возвратном пути князя в Москву был ещё особый знак судьбы. В селении Гребни (название это по сей день существует) в последний день сентября 1380 года вышли навстречу русскому войску местные жители и вынесли победителю Мамая в дар икону Богородицы со Младенцем. Князь не захотел принять её лёжа на носилках. Встал, помолился, попытался сесть на коня. В Москве передал икону княгине. Назвав «Гребневской», князь с княгиней определили её в храм Успения Богородицы, что на Бору. Это теперь Лубянка, невдалеке от Кремля. Вскоре люди стали замечать чудотворные свойства Гребневской иконы. Она исцеляла от телесных недугов. Защищала жилища от воров и пожаров. Сохраняла от злых наветов. Берегла от сглаза.

Княгиня Евдокия с первых дней возвращения мужа истово молилась перед Гребневской об исцелении Димитрия Ивановича. Смутное волнение приходило к ней из будущих времён, но не прояснялось, лишь тревожило мыслью о возможно отравленной крови.

Не знала отдыха. На её руках, кроме князя, были раненые воины, а также собственные дети разных возрастов, а также Кремль, полный надобностей и необходимостей, а также бедные, больные, простые люди, толпами ходившие за нею, каждый со своей заботой и просьбой. Не роптала. Молилась и верила: Бог даёт Свои знаки, дабы совершались чудеса исцеления. Видела – даёт!
Может показаться, что победа князя Димитрия на Куликовом поле, помимо факта самоутверждения – мы, русские, сумели! – была решительным поворотным моментом в истории созревавшей яркой российской государственности. Не совсем так. Князь победил всего лишь Мамая, ханского темника. Этой победой он опасно разбередил улей. Дал ханам повод вопросить себя: не пора ли разделаться с набравшей силу Москвой? Не время ли попробовать на вкус облитой белый пряник кремлёвских стен, отлично сложенных при князе Димитрии из дорогомиловского известняка.

Едва Евдокия взглянула на мужа, ведомого под руки ей навстречу по Соборной площади Кремля, поняла – лечить его придётся самой. Никто кроме не сможет. Откуда узнала противоядие? На Гребневской иконе Богородицы – слева, внизу было едва заметное четырёхугольное уплотнение. Ладанка. Прикоснулась к ней. Ладанка легко отделилась от иконы. Княгиня нашла на ладанке письмена. Прочитала. Унесла ладанку в свои покои. Стала отпаивать князя крепкими травяными отварами. Через месяц после приезда в Кремль он крепко стал на ноги. Вокруг радовались – княгиня же пребывала в тревоге. Говорила своей подруге Варваре-Айше, что ещё есть икона Богородицы со Младенцем, её следует принести в Кремль – она поможет и князю, и всем на Москве. Какая икона? Не хотела говорить, но откуда-то узнала – будет тот образ в Кремле.

Спустя два года после Куликовской битвы хан Тохтамыш пошёл к Москве. С ним шли не только свои, но и русские люди, даже князья, со своими отрядами, те, кому сильная Москва стояла поперёк горла. Рязанского князя или Тверского ещё можно было бы понять, а вот родные братья княгини Евдокии Московской зачем примкнули к Тохтамышу? Они, Василий и Симеон, рассказали хану о своей сестрице, жене князя Димитрия. Чудотворице и целительнице. Распалили его любопытство. Не подумайте чего срамного. Она помогала слепым, а Тохтамыш был подслеповат от рождения. С возрастом видел хуже. Может ли эта княгиня вернуть ему зрение? Братья передали сестре желание хана, и она, женщина сердобольная, помолилась о нём перед Иверской иконой Богородицы. Той, которая с пораненным подбородком на Лике. Откуда список Иверской был у княгини, никто о том не спрашивал. Ничего удивительного – икона известная. С 999 года подлинник её находился на Афоне, в Иверском монастыре. Одни рассказывали, будто рану нанёс неизвестный разбойник. Другие говорили, это сделал известный разбойник, персидский вождь Амирá.

Тохтамыш на подступах к Москве, молитвой Евдокии Димитриевны, явно стал видеть лучше, хотя сам никак не связал улучшение с княгиней. Понятие молитвенного чуда было недоступно ему.

Узнав, что Евдокия с детьми ускользнула из Кремля в Переяславль-Залесский, Тохтамыш послал за нею татарский отряд, и случилась погоня на Плещеевом озере. Помните, рассказывал в краплёном календаре за 1382 год Феофан Петрович, как туман скрыл беременную княгиню с детьми и все они были спасены. Тогда в память о чудесном спасении Евдокия заложила при въезде в Переяславль со стороны Москвы на живописном взгорье Горицкий монастырь.

Вернувшись из Переяславля в Москву, Евдокия увидела, как страшно разграбил её Тохтамыш. Содрогнулась, но сразу заметила: иконы в Кремле, на удивление, все целы, а список Иверской, с пораненным подбородком, мироточит. Умылась миром от иконы – стало полегче на душе.

Княжескую библиотеку Тохта особо не пожалел – костры из книг догорали неделю после того, как хан ушёл из Москвы. Княгиня рыдала бы, да не умела плакать.

Затребовав в Орду заложником Василия, старшего княжеского сына, Тохтамыш сообщил, что вернёт его княгине, если она вернёт хану зрение.

Но княгиня решила иначе.

Людям, родившимся в ХХ веке, после революции 1917 года, трудно, а иным и невозможно представить себе чудесные появления и проявления икон, особенно икон Богородицы на Русской земле.

Россия – земля Богородицы. Эти слова всегда звучат и ясно, и таинственно, и непонятно, и внятно. Сегодня, опоминаясь от дурмана безбожия, многие учатся простым чудесам от Богородицы, веруя и надеясь, что ещё не поздно молитвами отвести от себя светопреставления ХХI века.

Княгиня Евдокия и в Успенском соборе Кремля, и в своём домовом храме средоточила иконы Богородицы с надеждой, что они, каждая по-своему, будут во всём способствовать Москве. История умалчивает – сама ли княгиня решила или кто из святых старцев подсказал принести из суздальского Спасо-Евфимиевого монастыря в Кремль Корсунскую икону Богородицы.

С детства помнила Евдокия торжество, когда младший брат её отца князь Борис Константинович, по просьбе схимника Евфимия, основателя монастыря, привёз знаменитую Корсунскую икону из Великого Новгорода в Суздаль. Радость и гордость тогда была в княжеской семье от того, что великая икона осветила собою скромную Спасскую обитель. Но как она попала в Великий Новгород? Откуда? И чем была до того особо знаменита? За что почитаема?

Также помнила с детства княгиня споры в семье, мол, не по чину быть этой иконе всего лишь в Суздале. Помнила, как утихли эти споры, когда её отец, Димитрий Константинович, ненадолго стал великим князем Владимирским.
С годами жена князя Димитрия Донского всё чаще задумывалась: нужно, непременно, необходимо Корсунской находиться в

Московском Кремле, в Успенском соборе, потому, потому, потому, что…

Страницы: 1 2 3

Вы можете оставить комментарий, или ссылку на Ваш сайт.

Оставить комментарий