Старец Давид Дионисиатский

Старец Давид Дионисиатский

Пролог

На протяжении моего почти пятидесятилетнего пребывания в пристанище покаяния и молитвы, прекрасном саду Госпожи Богородицы, защитницы и покровительницы этого великолепного земного рая, называемого Афонской Горой, она не перестала являть святых, и никогда не перестанет, до скончания веков. Назову лишь немногих из них: святой Силуан Афонский, Савва Калимнский, Иосиф Исихаст, Паисий Святогорец, равно как и множество других известных и неизвестных святых, а также недавно канонизированный святой Порфирий Кавсокаливит.

Мне, смиренному, выпала честь написать подробные жития трех великих современных личностей, блаженнейших духовных отцов: Харалампия Дионисиатского, Арсения Спилиота, а также совсем недавно ставшего известным сербского подвижника, отца Георгия Витковича (известный как Бракнко). Более кратко я написал о великих старцах Гаврииле и Феоклите Дионисиатских, а также о достославном реставраторе святого Ватопедского монастыря, старце Иосифе. Возлюбленный во Христе брат Н.В. побудил меня составить небольшие жизнеописания и других добродетельных дионисиатских отцов, рядом с которыми я жил в совместном подвиге. К сожалению, когда эти великие люди были живы, мне не пришла в голову мысль написать нечто подобное. И сейчас, взывая к снисходительности читателей, я постараюсь изложить то немногое, что помню. Начну я с приснопамятного монаха отца Давида Дионисиатского.

Монах Давид Дионисиатский (1890 – 1983)

Монах Давид, в миру Димос (Демосфен) Флорос, не смог начать свой монашеский путь в молодом возрасте, хотя очень к этому стремился. К несчастью, родители по своему незнанию против воли сына вынудили его жениться на скромной девушке из их деревни. Так, Димос вопреки своим стремлениям, начал супружескую жизнь. Вскоре у него появилось двое детей.

Он не противился желанию родителей, не понимавших монашества, поскольку, несмотря на это, они были очень благочестивыми христианами, и всем хорошим, что было в нем, он был обязан именно им. Честные и добродетельные, они неуклонно следовали Божьим заповедям, всегда посещали церковь, исповедовались, причащались, постились, давали милостыню. Как рассказывал сам старец, они никогда никому не давали серебра под проценты. Но самое главное, они жили в христианской любви, которая с легкостью передалась их детям. Старец научился непрестанной молитве и уже в раннем возрасте удостоился небесных ведений – ангельских воинств, спускавшихся и вновь поднимавшихся на небеса, славя Бога.

По своей горячей молитве, он не мог остаться незамеченным лукавыми духами, которых опалялись огнем его молитвы. Часто они являлись ему, стараясь устрашить, чтобы он перестал мучить их. Старец же, напротив, по свойственной ему простоте, оказывал им еще большее сопротивление своей молитвой к Христу и Богородице и силой крестного знамения. Он говорил мне: “Посмотри, как трепещут и обращаются в дым бесы, едва ты осенишь себя крестом и произнесешь имя Богородицы”.

Его супруга, по Божественному промыслу, оказалась очень порядочной и смиренной девушкой. И молодой Димос с самого начала объяснил ей, что женился по принуждению, и стремится, пусть и в зрелом возрасте, стать монахом. К счастью, девушка согласилась с ним. И таким образом, после женитьбы их детей Димос напомнил супруге о ее обещании. И эта благородная женщина отнеслась с уважением к его стремлению и с радостью дала ему свое согласие.

И подвижник, не теряя времени, отправился в монастырь святого Дионисия. По дороге он по неизвестным мне причинам на некоторое время задержался в монастыре святого Григория. Он обратился к прославленному и опытнейшему игумену Гавриилу, которому рассказал о своем намерении. Мудрый игумен, однако, некоторое время сдерживал его, чтобы посмотреть, сможет ли Димос в пожилом возрасте и после долгих лет брака приспособиться к суровой монашеской жизни в одной из самых строгих киновий Святой Горы. В результате игумен убедился, что этот человек, словно второй святой Павел Препростой, всецело предался монашеству. И тогда игумен сказал: “Демосфен, дитя мое, я вижу, что ты подходишь для жизни в монастыре. Но есть одно необходимое условие: ты должен пойти в свою деревню и принести мне письменное согласие своей жены”. “Но, старец, мы договорились. Я не хочу более выходить в мир”. “Если ты желаешь остаться здесь, ты обязательно должен принести ее письменное согласие”. И он вынужденно, не теряя времени, побежал в деревню всего на один день, получил письменное согласие супруги и, словно жаждущий олень, вернулся в монастырь, решив не при каких обстоятельствах не возвращаться в мир.

Страницы: 1 2

Вы можете оставить комментарий, или ссылку на Ваш сайт.

Оставить комментарий