Старец Дионисий Cтавровунит Первый, бывший Кавсокаливит

Старец Дионисий Cтавровунит Первый, бывший Кавсокаливит

Старец Дионисий, о происхождении и раннем периоде жизни которого нам ничего неизвестно, служил диаконом во Вселенской Патриархии. Однако вскоре он оставляет это служение и удаляется на безмолвие в скит Кавсокаливитов на Святой Горе Афон, в келлию Св. Харлампия.

Отличаясь совершенной нестяжательностью, любя безмолвие и непрестанно внимая себе, в поисках беспопечительной и безмолвной жизни, Дионисий постоянно менял места своего пребывания. Передавали, что он обошел множество лежавших в руинах монастырей и скитов и около 1878 года посетил и Кипр. Его внимание привлек заброшенный в то время исторический Ставровунийский монастырь, поскольку местность, где он находился, была тихой и пустынной. Однако Господь попустил так, что монастырь вскоре был уничтожен в результате пожара, виновниками которого стали пастухи. И тогда благочестивый подвижник Дионисий оставляет это место и переходит в другой, также находящийся в одном из пустынных мест острова монастырь Троодитисса. Настоятелем в то время там был архимандрит Герман. Будучи весьма искусным иконописцем, во время своего пребывания в этом монастыре Дионисий написал иконы для иконостасного ряда. Примерно в 1890 году этот блаженный старец узнает, что Ставровунийский монастырь как-то восстановился, он вернулся туда и продолжил нести там свои аскетические труды уже до самой своей кончины.

Самой древней постройкой монастыря, которая по преданию была сооружена Святой Царицей Еленой на обратном пути из Иерусалима в Константинополь после обретения Честного Креста, был находящийся на самой вершине горы Крестовоздвиженский храм с келлиями вокруг него. В этом монастыре блаженный старец Дионисий оставался на субботу и воскресение и всякий раз, когда совершалась Божественная Литургия. Остальные дни недели он проводил в безмолвии и занятиях иконописью в построенных им самим каких-то небольших келлиях на юго-восточном склоне горы.

Около 1890 года в этот монастырь пришел впоследствии его настоятель, а тогда монах Варнава с двумя своими братьями – Каллиником и Григорием. Перед тем, как прийти к старцу Дионисию, они пробыли некоторое время на Афоне, где были наставлены в отеческом предании: Варнава в общежительном Каракалльском монастыре, а его братья Каллиник и Григорий в Каливе «Святого Георгия», что относится к Скиту Святой Анны. Впоследствии там обосновалось знаменитое братство Карцонеев.

Присутствие трех молодых монахов в только что созданном братстве старца Дионисия вскоре привлекло и других, таких же богобоязненных людей, так что в результате возник общежительный монастырь.

Любитель безмолвия и еще в большей степени трезвения сам Дионисий не только не изменил своему суровому образу жизни, но одновременно со всей строгостью наставлял своих учеников в подлинно афонских традициях тому, что считал главнейшей обязанностью монаха, а именно: послушанию, отречению собственной воли и, особенно, молитве. Он указывал на молчание и нестяжательность, как на основные средства к достижению молитвы и состояния трезвения, а также на самоукорение, как на матерь смиренномудрия. Старец был настолько молчалив, что это свидетельствовало о том, что он был занят «тайным» исследованием помыслов, постоянно восхищаясь в состояние сердечного безмолвия. Он часто говорил юному тогда Дионисию:

— Ах, чадо! Хочу с кем-нибудь поговорить и не нахожу никого, кому бы я мог передать эти тайны.

— А почему бы тебе ни поговорить со мной? – спрашивал его юный Дионисий. И старец отвечал:

— Не можешь ты еще, чадо, понять их значение.

Конечно, духоносный старец не открыл тогда тайн созерцания молодому своему преемнику, но и не лишил его вовсе духовного наследства, которое оставляет истинный отец и наставник законному сыну и ученику, поскольку далее мы убедимся в том, что молодой Дионисий во всем стал подражать своему истинному отцу и учителю.

Богодухновенный и духоносный старец Дионисий, как добрый домоправитель наставлял собравшихся вокруг него братьев в нашем подлинном святоотеческом и афонском духе. Достигнув глубокой старости и предвидя свою кончину, он преселился в мир иной.

Этот святой жизни человек не только восстановил Ставровунийскую обитель на Кипре, но и стал родоначальником ее монашеского братства. О святости корня свидетельствуют прекрасные плоды, ибо по слову Господа: «дерево познается по плодам».

Источник: Γέροντος Ιωσήφ, Όσιων Μορφών Αναμνήσεις, Ψυχωφελή Βατοπαιδινά 4, β’ Έκδοσις, Ιερά Βασιλική και Πατριαρχική Μεγίστη Μονή του Βατοπαιδίου Αγίου Όρους, 2003

Перевод с новогреческого: редакция интернет-издания “Пемптусия”.

Вы можете оставить комментарий, или ссылку на Ваш сайт.

Оставить комментарий