Стяжавшая любовь. Книга первая

«Всегда ко мне приходи!»

Галина Сергеевна Бажанова
г. Киев

С матушкой Алипией я была связана не только духовно, но и географически — мы были с ней почти земляки. Я родилась в Ульяновской области, на Волге, а Матушка была из Пензы, наши города находятся недалеко друг от друга. Многие народные выражения и пословицы, которые она произносила, были мне всегда понятны и близки. В Киев меня привело то обстоятельство, что моя тетя приняла постриг во Флоровском монастыре и жила в этом святом городе. В монашестве она носила имя Евдокия, а в схиме Евпраксия.

Я заканчивала учиться у себя на родине, и тетя сказала мне: 'Талина, получишь диплом — приезжай ко мне в Киев". Через год я приняла приглашение тети и приехала к ней жить в небольшую комнатку в частном доме, которую ей отписала одна монахиня из Флоровского монастыря. Так вот мы и жили вдвоем — я устроилась на работу и окончательно осталась в Киеве. Тетя хотела, чтобы я стала монахиней, но тогда я не пришла еще осознанно к вере и повела течение своей жизни в обычном для всех людей направлении — вышла замуж. Вскоре у меня родилась дочь. Все, казалось, было устроено в моей жизни, но Бог распорядился иначе. Через двенадцать лет мне пришлось разойтись с мужем, и в этих моих невыразимых словами скорбях Бог послал нам матушку Алипию. Моей тете монахине Евдокии одна наша знакомая рассказала о святой Старице и посоветовала обратиться к ней за советом — как мне жить и что делать?

Когда мы пришли, меня поразила и сама Матушка, и ее действия, и обстановка в келии. Подошла она ко мне и спрашивает: «Ты чей? Чей ты?» Я смутилась, отвечаю: «Матушка, ну...я Галя», — но Старица все равно продолжала спрашивать меня: «Ну что ты Галя — чей ты Галя?» Тогда я назвала ей свою фамилию. Старица пошла к иконам, помолилась и снова спрашивает меня: «Ты чей?» Я растерялась, совсем не зная, кто я такая, и ответила: «Матушка, ну не знаю — Божия иль чья? Не знаю!» Тогда я очень мало ходила в церковь, фактически была не воцерковлена и настойчивые вопросы Матушки заставили меня задуматься о моем теплохладном духовном состоянии. Увидев, что я поняла смысл вопроса, она преподала мне урок смирения. Оставив всех обедать за столом, она повела меня в сарай и достала клеенку, покрытую грязью, на которой сидели куры. Матушка благословила мыть эту клеенку. Я по натуре очень брезглива и такое послушание было для меня своеобразным подвигом. Но пришлось смириться. Я тщательно вычистила клеенку у крана и сподобилась похвалы от Старицы: «Молодец, кто тебя научил так хорошо работать? — и благословила мне — Почаще приходи». Вот так и начали мы с дочкой и моей тетей часто ходить к Матушке.

Моей тете Старица сразу же дала имя Елизавета, означающее почитающая Бога. Часто Матушка пела ей песенку: "Лиза, Лиза, Лизавета, я люблю тебя за это!” Тетя удостоилась от Старицы и такой похвалы: "Ты, Лиза — подруженька моя”. Ровно через десять лет после смерти матушки Алипии моя тетя схимонахиня Евпраксия отошла к Господу на праздник Троицы.

Случалось мне присутствовать ночью при молитвах Старицы и слышать ее непрестанное усердное моление к Богу о всем мире, о страдающих и нуждающихся в утешении людях. Когда я осознала однажды, что разговор с Господом идет обо мне, и стала прислушиваться, то Матушка сразу же перешла на мордовский язык, видя мое любопытство. И так было всегда: как только начинаешь понимать больше, чем положено, Старица сразу же начинала разговаривать на мордовском языке. На моей родине, на Волге, было очень много народных выражений, и когда Матушка применяла их в своей речи, я их понимала, в отличие от других ее духовных детей. Матушка посмотрит на меня, улыбнется, и сразу же продолжает на мордовском языке, которого я уже не понимала.

Вспоминая ее духовный облик, в первую очередь нужно сказать о необыкновенной воспитанности и огромном чувстве такта, которому Матушка была верна всегда. Вот однажды она послала нас прополоть картошку, а вечером, провожая, каждому дала денежку. Мы отказывались принять от нее это вознаграждение, потому что работали на огороде совсем не из корыстных побуждений. Матушка очень огорчилась, стала настаивать, и нам пришлось взять деньги, чтобы не причинить ей боль. И так она поступала всегда, сохраняя в своем сердце благодарность за малейшую помощь для нее.

Общаясь с нами, Матушка в именах, которые она иногда давала своим почитателям, раскрывала сокровенные тайны человеческих душ. Нечестивых людей чаще всего называла «Цыган» или «Анка», советскую власть называла «троцкистами», благочестивым женщинам давала имя Елизавета, также часто она очень тонко подмечала характерную сторону души человека и могла дать ему имя, полностью соответствующее его духовной настроенности. Часто ее действия, непонятные посетителям, носили символический характер.

Необыкновенной была любовь Матушки ко всем. Она сквозила во взгляде, улыбке, разговорах. Бывало в последние годы жизни во время болезни я подойду к ней, возьму веточку и помахиваю, чтобы принести небольшое облегчение и отогнать мух, надоедавших летом. А она обязательно откроет глаза, улыбнется... и опять закроет. Матушка слабенькая, немощная, но все равно старается улыбкой поблагодарить меня за любовь к ней.

Когда я бывала у нее, она часто поручала мне приготовление обеда. Один раз она оставила меня варить кашу, а сама ушла. Это было летом и кухня была во дворе, там стояла печь. Варю я кашу и слышу, как с оврага ко мне доносится приближающийся топот множества коней. В ужасе я подумала, что сейчас они снесут все во дворе: и плиту, и мою кашу, и кухню. Топот был настолько сильным, что мне казалось, будто идет легион лошадей. Я скорей все перекрестила, а сама забежала в коридор келии и заперла за собой дверь, молюсь, читаю «Живый в помощи». Вскоре топот утих. Потихоньку я вышла к своей плите. Каша варится, все спокойно. Вдруг Матушка идет с народом, всех оставляет и подходит ко мне: «Молодец, что не испугался!» Так я стала свидетелем духовной брани, которую вела подвижница с врагом рода человеческого.

Бажанова Галина Сергеевна Бажанова Галина Сергеевна

Однажды я пришла к Старице и застала такую картину — все рубят дрова. Я хотела присоединиться к общему делу, но Матушка не разрешила мне, говоря: «Кушай борщ!», — я же отказывалась. Долго она не пускала меня, но я заупрямилась и, ослушавшись, взяла топор и пошла к дровам; Результат моего ослушания не заставил себя долго ждать — при первом же ударе топором я разрубила себе большой палец руки. Кровь течет, но я решила, что если я буду так стоять и держаться за руку, все поймут, что я разрубила себе палец. Колю дрова дальше. Стукнула — и на руке новая рана, кровь бежит ручьем. Я стою и не знаю, что делать дальше. Матушка уже бежит: «Что, порубил?» А я лопухом раны обернула и смиренно отвечаю: «Да, Матушка, порубил...» Что уже было говорить на это! «Ну, иди сюда!» — сказала она и повела меня к сараю, посадила, достала свой носовой платок и обернула рану. Через несколько дней я развернула платок и увидела, что на коже остались только небольшие полосочки, как напоминание о моем ослушании.

Пришла я к Матушке с моей тетей монахиней Евдокией. У меня было сильное отравление, я страдала и в изнеможении сидела во дворе около домика. Матушка, видимо, молилась и не выходила, когда через долгое время дверь отворилась, и она сообщила нам: «Я в пятницу сам не ем и никого не кормлю». Матушка Евдокия попросила за меня Старицу: «Матушка, да Галина-то отравилась, вся измученная сидит! Что с ней делать-то?» Тогда мы услышали очень ласковый ответ: «Налейте ей борщ». Когда я поела благословенной пищи, то сразу же почувствовала большое облегчение, боли утихли, на душе стало легко.

Некоторые времена в моей жизни были очень сложными. У меня была большая проблема с квартирой, передо мной встала острая необходимость размена — мой муж привел новую жену в наш дом, и мне приходилось жить в тяжелых обстоятельствах. Нам с дочерью пришлось уйти к тете, и с этой болью мы часто ходили к матушке Алипии. Бывало, я найду размен, подойду к ней за советом и спрашиваю: «Матушка, вот я нашла размен — благословите!» — а она отходит, ничего не говоря. И только перед своей смертью Старица дала мне ответ, когда я в очередной раз подошла с вопросом о размене: "Матушка, я нашла размен, благословите мне вот эту квартиру, я в нее жить пойду”, — а она посмотрела мне прямо в глаза и говорит: «А ты что, в своей квартире жить не хочешь что ли?» Я удивилась такому варианту: «Матушка, а что — я буду в своей квартире жить?» Старица ничего не сказала, улыбнулась и пошла. Время, как всегда, оправдало правдивость слов Матушки. Мы похоронили ее осенью, а летом у меня совершенно чудесно решился вопрос с квартирой по молитвам Старицы — ордер на квартиру перевели на меня и дочь.

Ни одно слово Старицы не прошло даром. Что предсказывала она мне, что предсказывала моей дочери — все сбылось в свое время. Как-то у нее в келии я размышляла: "Как моей дочери выбрать правильный путь в жизни — или ей в монастырь или замуж...” А она прочитала мои мысли, подошла ко мне, посмотрела прямо в глаза, улыбнулась и говорит: «А ты зятя-то любить будешь?!» И так я поняла, что моя дочь выйдет замуж. Сейчас она замужем за священнослужителем.

Как истинная мать, Матушка старалась оградить меня от неправильных поступков, противоречащих воле Божией и Его заповедям.

Оставшись одинокой матерью с ребенком в тридцать шесть лет, я испытывала многие трудности в жизни. И вот одна женщина решила женить своего сына на мне и, позвонив на работу, сказала неправду: «Галя, Матушка благословила, чтобы ты выходила за моего сына замуж!” Я удивилась такому неожиданному решению, но ответила: „Ну, хорошо, приедет ваш сын, и мы поедем к Матушке и спросим“. Поехали мы с ним и этой женщиной в Голосеево. Я спросила Матушку, а она мне ничего не отвечает, молчит. Мать моего „жениха“ спряталась за сарай и отправляет меня с ним ехать домой, чтобы по дороге у нас завязался разговор, и мы ближе познакомились. Но вдруг из-за сарая выходит Матушка и грозно говорит: „Нет, ты старуха езжай, Галя никуда не поедет!“ Так она дала мне понять, что никакого благословения она мне не дает.

Как-то моя дочь Оля и внучка келейницы Марии Ирина сидели в келии за трапезой и кушали борщ. Дети раскапризничались, одна просит со сметаной, другая без сметаны и подняли шум. Мне это надоело, и я крикнула на них: „Ешьте то, что вам поставили на стол — со сметаной или без сметаны...“ Матушка увидела мое раздражение, подошла ко мне и говорит: „У-у, Галя, ты такой злой... как я!“ Это был урок до глубины души.

Часто Старице надокучали неожиданные посетители, приезжавшие забирать ее в дом престарелых. Однажды приехала „Скорая помощь“. Матушка сразу вышла во двор, а мы все сидим в келии и молимся: плачем, скорбим, читаем „Живый в помощи“, чтобы нашу духовную мать оставили с нами. Старица подошла к врачам после усиленной молитвы к Богу и сказала: „Я с вами никуда не поеду, самый главный начальник милиции мне с вами ехать не велел!“ И машина тогда разворачивается и уезжает — Матушка остается с нами, а мы все радуемся, подходим к ней, восклицаем: „Матушка благословите, Матушка благословите...“ Старица с нами и мы счастливы — вымолила она это у Господа, и ее не тронули.

Неоднократно слышала я предсказания о бывшем митрополите Филарете. Однажды мы спросили ее о нем, а она встала и пошла по келии, широко расставив ноги и переступая большими шагами, сказала: „Вот как он поставит во все церкви ноги свои, вот как поставит!“ — предсказывая нам, что митрополит предаст Православие и в его ведение отойдет много храмов. Часто Матушка называла бывшего митрополита Филарета „цыганом“.

Если мы после Причастия приходили после службы к Старице, она была необыкновенно рада этому великому событию в жизни каждого человека, встречала очень ласково, улыбалась, не знала куда посадить. Однажды мы спросили, — Матушка, а как нужно причащаться?» Тогда она преподала нам урок на всю жизнь: «Нужно выбрать одного священника и ходить к нему».

Схимонахиня Евпраксия Схимонахиня Евпраксия

Незадолго перед смертью Матушки нам позвонили и сказали, что будто бы она умерла. Я переживала, собиралась ехать в Голосеево, но тетя остановила меня: «Да куда же ты ночью поедешь? Становись лучше, да читай псалтырь». Я послушалась, прочитала кафизм десять, но потом какая-то внутренняя сила остановила меня: «Хватит!» Утром встали раненько и еще до работы побежали к Матушке. Прибегаем, а она уже стоит в дверях, да так ласково встречает меня, радостно. Лицо ее все преобразилось, и она громко воскликнула: «Всегда ко мне приходи!»

Так я и «прихожу» к ней всегда в скорбях и печалях, рассказываю ей все, как живой и верю в ее молитвенное предстательство.

Посуда, из которой вкушала пищу Старица Посуда, из которой вкушала пищу Старица

Когда же настал день кончины Матушки, мне также позвонили вечером и сообщили скорбную новость. Еле дождавшись утра, мы с дочерью поспешили в Голосеево. Потеря Старицы была для нас невосполнима, но на душе было легко — не было мертвящей безысходности, порождаемой осознанием факта физической смерти. Мы признавались сами себе, что все единодушно испытываем состояние величайшего Божественного праздника, казалось, все пространство келии раздвинулось и вместило в себя вневременное и непреходящее — жизнь вечная торжествовала...

Первую панихиду по Старице отслужил иеромонах Роман Матюшин. Приехавшие монахини из Флоровского монастыря облачили Старицу и в день погребения несли ее на руках. Шел первый снег, предсказанный Матушкой еще задолго до кончины, неожиданно ознаменовавший холодами конец октября того памятного 1988 года.

По дороге во Флоровский монастырь духовные дети, сидевшие на грузовой машине, на которой везли Матушку, окружили ее гроб и склонили свои головы на него. Умиленной была эта картина — осиротевшие дети провожают свою дорогую мать в последнюю дорогу.

Кастрюли, в которых умножалась еда в келии блаженной Кастрюли, в которых умножалась еда в келии блаженной

Так и запечатлелась в моем сознании погребение Матушки — мы едем, склонив головы, и спешим, спешим поговорить с ней, прикоснуться, поблагодарить ее за все, отдать то, что, может быть, не успели отдать.

Я никогда не думала, что настанет такой день, когда Матушка отойдет, что у нас с ней будет расставание! Я думала, что ее земная жизнь никогда не закончится, и всегда мы сможем к ней приходить, что этот живой родник будет течь, и мы снова и снова будем черпать благодать из него. Наивная беспечность! Матушка знала это и на будущее каждому давала совет или сама заботилась, чтобы у нас осталось какое-нибудь ее вещественное благословение. Так незадолго до смерти Матушка позвала меня и дала мне баночку мази, приготовленной ею. Я подумала — зачем мне она? А теперь эта мазь подает чудеса и исцеления.

У моей знакомой, пожилой восьмидесятипятилетней женщины, сильно опухла нога, болезнь не давала благочестивой женщине ходить в храм и поэтому она душевно страдала. Зная о том, что у меня есть немного мази, она позвонила мне и попросила: «Галя, принеси мне мазь матушки Алипии, она меня, наверное, излечит, потому что я не могу встать на ногу». Порадовавшись такой вере, я поспешила помочь нуждающемуся пожилому человеку в скорби и, проведав больную, положила ей мазь на несколько дней. И святая умолила Господа о болящей — через несколько дней опухоли, как и не было, моя знакомая вновь обрела возможность ходить и посещать храм Божий.

Так Господь являет чудеса через ходатайство матушки Алипии даже и сейчас, после ее смерти. Случай с исцелением моей знакомой далеко не единственный — так недавно я повезла на кладбище к могиле Матушки моего знакомого, приехавшего из Черновицкой области. По заведенному на могилке обычаю мужчина привез туда хлеб, чтобы Матушка благословила его. Этот хлеб он разрезал дома на сухарики и всей семьей употребляет его с молитвой во время скорбей и болезней. Так, когда у его жены начались сильные боли в желудке и после обследования и лечения, которые никакого результата не дали, она вспомнила, что у нее есть хлеб с могилки матушки Алипии. После приема сухариков боль прошла и вот теперь женщина не страдает болезнью желудка. Господь исцелил ее по молитвам Матушки по прошествии четырнадцати лет со дня ее кончины так же, как исцелял Он меня и мою семью во время ее земной жизни.

Мы бесконечно рады, что милосердный Господь послал нам такую редкую в наши дни возможность общения со святым человеком. Встретить Матушку было чудом, и это чудо озарило наши сердца верой и любовью к Богу, теперь мы знаем доподлинно всю глубину Христовой любви, изливающуюся из сердца человека, посвятившего свою жизнь Богу. Бывают люди, которым присуще нравственное начало независимо от вероисповедания и национальности, но нравственность, просвещенная Духом Святым преображает тысячи и светит всему миру, открывая ему Христа.

 

Назад                                 Вперёд

Страницы: 1 2

Вы можете оставить комментарий, или ссылку на Ваш сайт.

Оставить комментарий