Уния: метод папоцентристского экуменизма

 Георгий (Капсанис), архимандрит

Статья архимандрита Георгия (Капсаниса), игумена монастыря Григориат (Святая Гора Афон), посвящена вопросам богословского диалога с Римо-Католической церковью. Статья была опубликована летом этого года в греческом журнале «Паракатафики» (Οὐνία: ἡ μέθοδος τοῦ παποκεντρικοῦ οἰκουμενισμοῦ / Παρακαταθήκη, Τ. 60, 2008).

Недавно Папа Римский назначил епископом и апостольским экзархом для немногочисленных афинских униатов рукоположенного 24 мая 2008 г. во епископа Каркавийского униатского клирика, г-на Димитрия Салахаса, профессора Римского Института Восточных Исследований и члена Смешанной богословской комиссии диалога между православными и католиками.

Для афинской униатской общины это событие, видимо, судя по произнесенной речи г-на Салахаса, произнесенной им в день рукоположения, и сообщения, размещенного на их интернет-сайте, имеет очень важное значение. Но для православных этот факт может быть охарактеризован как печальный и вызывающий, поскольку снова возвращает к жизни проблему Унии, в очередной раз обнаруживает намерения Ватикана в отношении Православия и показывает, сколь опасна для Православия перспектива так называемых богословских диалогов. Это достаточно убедительно доказывают следующие факты.

1. Экклесиология униатских общин идентична экклесиологии, на которой утверждалась Уния XVI в. Это подтверждают слова еп. Димитрия Салахаса, прозвучавшие на его рукоположении.

В начале он говорит: «Наша община составляет малую часть Кафолических Церквей на Востоке». И это — правда: все униатские общины вышли из недр Православных Восточных Церквей и стали «кафолическими», поскольку приняли папский примат и папские догматы. Они называют себя «Кафолическими Церквями на Востоке», потому что верят, что общение с Папой сделало их «кафолическими», полными церквами, гарантируя им кафоличность, в то время как прочие Восточные Церкви, не имеющие общения с Папой (Православные Церкви и антихалкидонские, монофизитские и несторианские церкви, которые не присоединились к Унии), «кафолическими» не являются. Они, как говорит о них II Ватиканский Собор, суть «частные или поместные Церкви, между которыми первое место занимают Патриархальные Церкви» (Указ об экуменизме, 14).

Далее в слове на рукоположение находим следующее: «Мы стремимся к единству, а не к Унии. II Ватиканский Собор напоминает нам, что действующие правовые нормы Кафолических Церквей на Востоке были установлены «до времени», т. е. до того момента, когда Католическая и Православная Церкви восстановят друг с другом полное общение (Распоряжение о Восточных Церквях, №30) по образцу древней неразделенной Церкви первого тысячелетия». Тогда мы можем задаться вопросом: чем отличается «стремление к единству» от стремления к Унии? Не было ли стремление к Унии с экклесиологической точки зрения совершенно идентичным стремлению к единству (псевдоединству), т. е. не имело ли оно своей целью достижение церковного общения, при условии, впрочем, признания папского авторитета и догматов, провозглашенных на папских соборах в Лионе, Ферраре-Флоренции, Триденте и пр.? Может быть, «стремление к единству» II Ватиканского Собора и папоцентристского экуменизма предполагает упразднение догматов, принятых тринадцатью «вселенскими» соборами папизма?1 И, наконец, как без отвержения всех этих чуждых учений (ересей) богословский диалог достигнет единства, не став «униатским», при том что до сего дня не смогли добиться упразднения ни одного из этих законоположений?

Еп. Салахас уверяет православных: «Греческий Кафолический Экзархат (имеется в виду возглавляемая им униатская община Ахарнон — ред.) категорически отвергает и будет отвергать всякую прозелитическую деятельность, — и добавляет: — но я прошу их (православных — ред.) не отказывать нам в праве на существование». Он уверенно и явно отвергает отвратительные методы прошлого, и хочется верить, что он искренен, когда просит дать им право на существование как свободно определяющейся общине. Тем не менее надо ясно осознавать, что мы, православные, хотя и не имеем ничего против права каждой общины на самоопределение, однако подчеркиваем, что существование униатских церквей является осязаемым доказательством того, что Уния существует и, следовательно, любая деятельность Ватикана, подтверждающая их существование, является утверждением Унии, вне зависимости от того, осуществляется незаконный прозелитизм или нет. Уния — это прежде всего экклесиологическая проблема, и она нас интересует больше всего как таковая. Следовательно, поскольку Ватикан подтверждает существование Унии, закрепляя за униатскими церквами право существовать в их настоящем экклесиологическом устроении, богословский диалог со стороны Ватикана может иметь в перспективе не восстановление единства Церквей «по образцу древней неразделенной Церкви первого тысячелетия», но восстановление Унии!

2. Ватикан поддерживает Унию

Несмотря на то что Ватикан лицемерно «осуждает» Унию как метод соединения Церквей (Баламандское соглашение, §1), он подтверждает ее тем, что признает существование униатских общин (§31), всячески усиливая их присутствие и деятельность на канонических территориях Православных Церквей. Поэтому мы спрашиваем себя: до каких пор мы, православные, будем продолжать богословский диалог, терпя это чудовищно ненормальное положение вещей? Католики (не считая достойных похвалы исключений, когда они, в отличие от Ватикана, не согласны с Унией) непоследовательно осуждают Унию как метод прошлого и, в то же время, признают униатские общины. Как возможно осуждение Унии и одновременная поддержка униатских общин, которые делают Унию реальностью на сцене современной истории?

Прошлая неприглядная деятельность папской Унии известна. Напомним, что, используя политическую и военную беспомощность Восточной империи после тяжелого венецианского владычества, паписты заложили первое основание Унии, подчинив православных греков решениям папского Лионского собора (1274) при императоре Михаиле Палеологе и патриархе Иоанне Векке. Вторым серьезным основанием стало известное тираническое требование Папы Евгения IV, чтобы находившиеся в затруднительном положении восточные христиане полностью подчинились Ферраро-Флорентийскому собору (1439). Кроме того, со времени Брестского собора (1596) иезуиты делали Унию великим искушением для православной Восточной Церкви подобными по своему коварству методами. Уния стоила жизни Патриарху Кириллу Лукарису, привела к низложению многих патриархов, отторжению из недр Церкви великих общин на Украине, в Трансильвании, Далматии, Антиохии и вызвала жестокие гонения на православных в этих и других областях, контролировавшихся турками2.

В тот же исторический период организуемая папами униатская пропаганда развивается в два этапа: сначала как деятельность отдела папской курии Propaganda Fidei (Пропаганда Веры), а затем в виде строительства школ (главенствующее место среди них занимает Коллегий св. Афанасия в Риме), руководимых папскими миссионерами с целью не столько обращения в Унию отдельных лиц, сколько изменения всего мировоззрения православных при помощи латинофильской деятельности многих выпускников таких школ.

Но и в наше время Ватикан неприкрыто поддерживает и всячески усиливает Унию. С самого начала богословского диалога православных с католиками униаты входят в состав Смешанной Богословской Комиссии, невзирая на громкие и постоянные протесты III Всеправославного Совещания3. Папа Иоанн Павел II сделал решительный вклад в процесс выживания Унии в Восточной Европе. Баламандское соглашение (1993), не говоря о прочих его серьезнейших богословских несуразицах, признает и оправдывает существование униатских церквей, причем под ним стоят подписи некоторых представителей православных Церквей.

Папа Иоанн Павел II в своем доверительном письме к католическому сопредседателю диалога, кардиналу Эдварду Кассиди, отвергает позицию, выраженную Смешанной Богословской Комиссией в Балтиморе (2000) по отношению к униатам, и таким образом заводит диалог в полный тупик. В этом письме он пишет следующее: «Следует (на совещании в Балтиморе — ред.) дать понять православным, что Восточные Кафолические (подразумевается — униатские — ред.) Церкви пользуются у Римской Церкви таким же признанием, как и всякая другая Церковь, состоящая с ней в общении»4. Этим Папа вызвал справедливое возмущение и самоустранение высокопреосвященнейшего архиепископа Австралийского Стилиана. Папа Бенедикт ΧVI, следующий той же политике, благословляет Униатскую Украинскую Церковь5, во время посещения Фанари в ноябре 2006 г. в его ближайшем окружении униатский епископ, более того, в Ефесе Понтифик заявляет, что «лучшим, по его мнению, способом достижения единства в Церкви является Уния»6, а теперь посылает нового апостольского экзарха в Афины!

Страницы: 1 2 3

Вы можете оставить комментарий, или ссылку на Ваш сайт.

Оставить комментарий