Благотворение — от Древней Руси к новой России

Прохоров Владимир Львович
доктор исторических наук,
профессор Московского государственного социального университета.

Историография благотворительности получила отражение как в дореволюционных, советских, так и в современных российских и зарубежных изданиях — статьях, диссертациях, работах по истории буржуазии Москвы, России и русской культуры. В отечественной историографии этой проблемы правомерно выделить ряд периодов. Первый — с начала XIX века по 1917 год, второй — советский: с конца 1917 года до начала 90-х годов XX столетия, третий — постсоветский.

Первый период — это время возникновения и становления историографии исследуемой проблемы. Важное значение для ее развития имели начальные попытки осмыслить отечественный опыт благотворения. Одной из них следует считать обращение к этой проблеме начальника второго отделения Хозяйственного департамента Министерства полиции А. Д. Стога, который впервые дал анализ развития государственного подхода к вопросам помощи нуждающихся, начиная с X-XI веков.

К работам, ставшими теоретической основой социоисторического, историко-культурологического и философского обоснования понятий «благотворительность», «меценатство» относятся труды историков и философов В. О. Ключевского, О. Конта, Н. О. Лосского, Н. А. Бердяева, В. С. Соловьева и других. Общеисторические положения по рассматриваемой проблематике содержатся в сочинениях Н. М. Карамзина, В. О. Ключевского, Н. И. Костомарова, С. М. Соловьева и ряда других. Трудолюбие, религиозность, милосердие С. М. Соловьев выделял при характеристике типичных национальных черт, обычаев и традиций русских людей в различные исторические эпохи.

Принципиальное значение имеют труды отечественных исследователей истории развития благотворения России, в которых анализируется ее концепции и практика. Историк и публицист, известный общественный деятель, профессор МГУ В. И. Герье в «Записке об историческом развитии способов призрения в иностранных государствах и о теоретических началах правильной его постановки» одним из первых в российской науке обозначил актуальность теории общественного призрения как специфической сферы познания. Ему же принадлежит и обоснование идеи необходимости государственной помощи — одного из «благ современной жизни», а государственного призрения как системы мер, осуществляемых «на средства казначейства и посредством органов, назначаемых администрацией и независимых от общин и местного населения». Для поиска оптимальных форм работы домов трудолюбия весьма полезны были его предложения, разработка основ их деятельности. В произведениях ряда авторитетов Русской православной церкви — Василия Великого, Иоанна Златоуста, Григория Богослова, Сергия Радонежского, Иоанна Кронштадского и др. — получили развитие национальные идеи и традиции милосердия и любви.

В отечественной историографии рассматриваемого периода общетеоретические вопросы феномена благотворения, меценатства излагались в трудах Ю. Гамбарова, Л. И. Георгиевского, С. К. Гогеля, П. Г. Мижуева и др., а в зарубежной, — в публикациях П. Лафарга, Г. Шмоллера. Так, Гогель пришел к выводу: «На официальную публичную благотворительность падает выполнение, так сказать, обязательной помощи, крайне необходимого, того, что требует постоянных крупных затрат, рассчитанных на века, — таковы все богадельни, госпитали, дома для умалишенных и т.д., а на частную благотворительность рассчитана вся временная помощь, случайная, требующая громадной индивидуализации».

Систематическое изучение благотворения, как предмета социальной истории России, фактически началось во второй половине XIX — начале XX столетия, когда был поставлен вопрос о создании концепции государственного призрения (И. Г. Прыжов, А. С. Пругавин, А. А. Дерюжинский, Е. Максимов, П. И. Георгиевский, а так же авторы ряда книг об отдельных благотворительных обществах). В ряде работ период реформ 60 — 70-х годов XIX в. определялся как исторический рубеж, с которого российское благотворение приобрело общественный характер.

В дореволюционной историографии основное внимание уделялось государственной благотворительности и тем благотворительным обществам, которые находились под покровительством членов императорской семьи. Данный вывод подтверждает попытка обобщения опыта благотворительной деятельности в России, предпринятая в труде «Благотворительная Россия. История государственной, общественной и частной благотворительности в России» (СПб. 1901). Впрочем Е. Д. Максимов в своих исторических очерках осветил и частное благотворение, деятельность благотворительных обществ и учреждений.

Общественный интерес, внимание к благотворению, меценатству деловых людей страны, их духовному облику и вкладу в развитие культуры и искусства отразились в работах, в основном имевших публицистический характер. Предпринимались попытки обстоятельного социального анализа благотворительной деятельности российских предпринимателей. В дореволюционной историографии отразилась благотворительная деятельность отдельных личностей. Публикации о купеческих династиях содержат обстоятельную информацию о вкладе предпринимателей в подготовку молодых рабочих, благотворение.

Проблема меценатства как формы просвещенного благотворения деловой России, получила отражение в ряде изданий. Отдельные сюжеты, связанные с меценатской деятельностью, встречаются в периодической печати, публицистических статьях, некоторых мемуарах, отчетах, изданиях Московского купеческого общества и т.д... Они касаются преимущественно культурологических, искусствоведческих аспектов данной темы: биографии известных меценатов, коллекционеров, собирателей, их вложений в благотворение, коллекционирование, собирательство, культуру и т. д., в меньшей мере — духовности, нравственных, религиозных истоков и связей российских меценатов. Непростые, социально значимые вопросы идейной основы, идеологии, жизненной философии меценатов — православных и старообрядцев — подчас обходятся.

В 1901 г. Общество защиты и сохранения в России памятников искусства и старины стало инициатором издания «Художественных сокровищ России», в котором обращалось внимание читателей на высокую художественную ценность коллекций и частных собраний, как национального достояния. Опубликованная в первом томе статья А. Бенуа открыла новую страницу в истории изучения русского частного коллекционирования.

Второй период историографического освоения исследуемой проблемы имеет свои социально-исторические особенности и тенденции развития. В духе традиционных подходов советской исторической науки этой темы касались В. И. Бовыкин, И. Ф. Гиндин, В. Я. Лаверычев, П. И. Лященко, В. С. Дякин, П. В. Волобуев, Е. Д. Черменский, Л. Е. Шепелев и другие. Однако в течение длительного времени предпринимательство, как система, исключалась из научного оборота отечественного обществоведения. В условиях методологической безальтернативности игнорировалось и предпринимательское благотворение — примерно до конца 1980-х годов. Благотворительность деловых людей страны рассматривалась как тема ненаучная, и даже как пропагандистская проблема. Во второй половине 1980-х годов началось постепенное возвращение к проблемам социальной истории, в том числе и благотворения. Серьезную роль в преодолении многих стереотипов сыграли сборники обобщающего характера, вышедшие в годы перестройки.

Против односторонней оценки предпринимательства и его социальных аспектов выступали Н. А. Бердяев, С. Н. Булгаков и др. Они подчеркивали, что предприниматели стремились не только получать прибыль, но и вкладывали средства, способствующие развитию культуры.

В советской историографии сформировался негативный образ российских предпринимателей, хотя в ряде монографий, популярных очерках и статьях и признавался их вклад в развитие благотворительности, меценатства, культуры и искусства. В некоторых работах, вышедших в 1920-х годах, отразилось стремление молодых предпринимателей России XIX — начала XX веков получить высшее образование, их интерес к науке, литературе, культуре, что позволяло лучше понять и оценить мотивы, побуждавшие их заниматься благотворительной, меценатской деятельностью.

Отрицательное отношение к благотворительности сказалось на содержании словарей, энциклопедий. В словаре 1955 г. филантропия трактовалась как «одно из средств буржуазии маскировать паразитизм и эксплуататорскую сущность посредством лицемерной, унизительной „помощи бедным“ в целях отвлечения их от классовой борьбы». В работе о крупной российской буржуазии в пореформенный период В. Я. Лаверычева присутствовало характерное для рассматриваемого периода отношение к данной проблеме. Автор отмечал, с одной стороны, «замкнутость в кругу семейных и узкоклассовых интересов и представлений» российского купечества, а с другой — филантропическую деятельность, связанную с корыстным стремлением к наградам, званиям или заботой о душе. Воссоздавая совокупный социокультурный портрет российской буржуазии, определяя отличительные признаки ее духовного облика, Лаверычев утверждал, что содержание предпринимательской деятельности культивировало «фальшивые моральные ценности, низменные инстинкты, привычки и нравы, пышно расцветавшие в российском буржуазном обществе».

Иной взгляд можно встретить в мемуарной, в том числе и в эмигрантской литературе. Известный дореволюционный промышленник, член совета газеты «Утро России», издаваемой П. Рябушинским, товарищ московского городского головы П. А. Бурышкин в книге «Москва купеческая», написанной на основе архивных материалов, периодической печати, свидетельств современников, утверждал, что «широкая благотворительность, коллекционерство и поддержка всякого рода культурных начинаний была особенностью русской торгово-промышленной среды». «Эта деятельность лучшей части московского купечества... принадлежит важнейшим страницам истории русского народа, и рано или поздно заставит какого-нибудь интеллигентного человека сделаться ее историографом». На широком социальном фоне была показана мотивация предпринимательского благотворения, которую автор видел не в стремлении «к чинам и наградам», хотя и не отрицал, что и это имело место, а в новых потребностях и представлениях образованного купечества. Он опровергал домыслы о бесчестии российских купцов, привел родословные тридцати восьми крупнейших купеческих династий, систематизировал семейные, династические связи русских предпринимателей, всемерно помогавших развитию отечественной культуры; особое внимание уделил собирательству московских меценатов.

Страницы: 1 2 3

Вы можете оставить комментарий, или ссылку на Ваш сайт.

Оставить комментарий