Борьба церкви с язычеством в королевстве Меровингов

Привлечение мирян для рубки священных деревьев и рощ в те времена имело важное воспитательное значение. В ходе уничтожения священной рощи по примеру Мартина Турского можно было продемонстрировать язычникам слабость их богов, их неспособность защитить собственные священные места. Именно так, по описанию Григория Турского, действовал в 585 г. диакон Вульфилаих в округе Трира. Собирая крестьян для разрушения каменного идола, он в качестве идейной подготовки "непрестанно проповедовал им, что ...ничего не значат и статуи, и почитание, которое им воздают, не имеет никакого смысла"9.

Епископ Камбре Гаугерик (ум. между 614 — 622 гг.) при уничтожении рощи, в которой совершались языческие жертвоприношения, также собрал работников и вырубил рощу. На ее месте была построена церковь10. На значение назидательного момента при уничтожении священных деревьев обращается внимание в житие Аманда (ум. ок. 676 г.), епископа Маастрихта и странствующего миссионера, проповедовавшего среди населения в долине Шельды. Согласно рассказу агиографа Аманда, некая женщина в тех местах за следование языческим предсказаниям и за почитание священных деревьев потеряла зрение в качестве божьей кары. Аманд повелел ей приблизиться к священному дереву, вложил в ее руки топор и велел наугад рубить дерево. После нескольких ударов топором по стволу к слепой чудесным образом вернулось зрение11.

Святой Вонифатий (Бонифаций) Кредитонский, Майнцский Из жития архиепископа Майнца Бонифация (ок. 680 — 754), написанного Виллибальдом, известно о низвержении Бонифацием священного дуба Тора в Гессене, вблизи Гейсмара. По рассказу Виллибальда, за рубкой дерева наблюдала большая толпа язычников, которые «проклинали в своих сердцах врага богов», то есть Бонифация. Он только «попробовал срубить» дуб, нанеся тому несколько ударов, как внезапно налетевший сильный порыв ветра обрушил дерево на землю. При падении его ствол чудесным образом разломился на равные части. Впоследствии эта древесина была использована при постройке на этом месте церкви св. Петр12. Это описание дает читателю понять, что дерево было сокрушено исключительно по причине случившегося чуда. Однако срубил ли дерево Тора от начала до конца в действительности сам Бонифаций? Либо это сделали другие? Вполне возможно, что за описанием чуда могло скрываться использование массовой рабочей силы — монахов или местных христиан. Указание агиографа на чувства язычников, которые так и не смогли помешать рубке священного дуба, позволяет предполагать, что это произошло в присутствии вооруженной силы.

Использование срубленного священного дерева для постройки церкви служило не только символом торжества христианства над язычеством. Срубая лично священные деревья или организуя людей на их уничтожение, христианское духовенство полностью следовало советам Ветхого Завета по уничтожению мест языческого культа. Но при этом церковь не пошла по пути их осквернения в целях невозможности дальнейшего использования, как это некогда делалось в Иудее во время реформы царя Иосии13.

По-видимому, в таком поведении миссионеров просматривается желание «не перегибать палку» и не доводить язычников (или христиан, сохранивших приверженность к отдельным проявлениям язычества) до состояния крайней ненависти. Стандартной иллюстрацией такого стиля поведения служит совет папы Григория I миссионерам в Англии в 597 г. проявлять терпимость к местам языческого почитания англов и саксов: "...Храмы идоловы этого народа не должны быть разрушены. Уничтожив находившихся в них идолов, возьмите святую воду и окропите эти капища, воздвигните в них алтари, и поместите святые реликвии. Но если храмы выстроены прочно, весьма важно заместить в них служение идолам службой истинному Богу. Когда эти люди увидят, что святилища их не разрушены, они ...с большой охотой придут в знакомые им места, чтобы признать истинного Бога..."14.

Другим средством борьбы с проявлениями язычества служила проповедь, в которой осуждалось почитание всех возможных мест языческих культов — деревьев, камней, водоемов.

Со времени раннего христианства идолопоклонство приравнивалось к числу наиболее тяжких прегрешений, к примеру, таких, как самоубийство и блуд15. Применение новозаветных идей приобрело особое значение для церкви, когда после крушения Западной Римской империи, расселения варваров-язычников на ее землях, небывалого ослабления церковной организации наблюдалось возобновление языческих обрядов среди уже принявшего христианство населения.

Известнейшим основателем критики язычества словом проповеди явился Цезарий (470 — 543), архиепископ Арелата (Арль) и один из крупных организаторов церковной жизни на юге Галлии в первой половине VI века. В своих проповедях, основанных на идеях Священного Писания, он обличал многие проявления язычества, существовавшие в повседневной жизни местных христиан. В частности, он требовал, "чтобы никто не совершал приношений к деревьям"16.

Другим важным памятником такого рода стало произведение «Об исправлении крестьян» (De correctione rusticorum) епископа Мартина (ум. ок. 578 г.) из Бракары (Брага). Признано, что оно возникло под сильным влиянием взглядов Цезария Арелатского и в свою очередь в дальнейшем привело к созданию аналогичных проповедей Элигием (ум. 659 г.), епископом Нуайона, и Пирмином (ум. 758 г.), аббатом монастыря в Рейхенау17.

Мартин утверждал, что жертвоприношение к священным деревьям имеет дьявольское происхождение. "Дьявол и демоны, его слуги, низвергнутые с небес, увидели равнодушие людей, забывших о своем Творце и, странствуя среди них, начали открываться тем разными способами, разговаривая с ними и домогаясь, чтобы те совершали для них жертвоприношения на высотах и под ветвистыми деревьями, и почитали бы их как богов..."18. Сделанное им упоминание о «высотах» и «ветвистых деревьях» позволяет найти во фразе Мартина безусловное следование ветхозаветным установкам, которые осуждали подобные явления.

Элигий проповедовал в тех местах Галлии, где позиции христианства были невероятно ослаблены в предшествовавшее время. Именно с северными областями Галлии связана наибольшая часть сведений о сохранении многих проявлений язычества в жизни населения. Элигий в проповеди к пастве призывал срубить священные деревья: "В самом деле, как это хорошо, если бы эти деревья, куда негодные люди приносят жертвы, были бы срублены, и притом, их древесину унести бы к себе в очаги"19. Подобные призывы раздавались из уст Буркхарда из Вюрцбурга (ум. 754 г.): "Слышим, что некоторые из вас приносят жертвы к деревьям... Сожгите с корнями эти нечестивые деревья"20.

Почитание священных деревьев поддерживалось верой населения в их целительные свойства. Элигий обращался к своим прихожанам, требуя, чтобы они впредь не протаскивали больных домашних животных через дупло священного дерева в целях их излечения. А Пирмин увещевал своих слушателей: "Не изготовляйте из дерева телесные члены (membra ex ligno facto) и не отправляйте их ни к перекресткам, ни к деревьям, которые не в состоянии дать вам никакого здоровья"21.

В одной из проповедей, приписываемых Бонифацию, к числу смертных грехов относилось святотатство, понимавшееся как почитание идолов. Одним из его проявлений объявлялось совершение жертвоприношений у камней, источников и деревьев"22.

Страницы: 1 2 3

Вы можете оставить комментарий, или ссылку на Ваш сайт.

Оставить комментарий