Действие промысла Божия при воцарении Дома Романовых

Следовательно, первая Жена Царя Иоанна Васильевича Грозного Царица Анастасия Романовна будет родной Бабушкой избранного на Царство Михаила Феодоровича, а Царь Иоанн Грозный Дедом, а последний Царь из Дома Рюриковичей — Феодор Иоаннович родным Дядей, а потому Михаил Феодорович есть не только Природный русский, но наследственный Царь.
Современный хронограф называет его: «Сродственных его ради союза царских искр». Сам Михаил Феодорович в своих грамотах называл Иоанна Васильевича Грозного дедом.

Будучи природным русским и наследственным Государем, Михаил Феодорович был и Государем Православным, глубоко преданным Церкви и ее заветам, что проявилось при его вступлении на Русский престол. Михаил Феодорович был человеком добрым и ласковым, благовоспитанным, умным и любознательным, «муж духовный и многорассудный».

Выделяющиеся из среды других лучшие благородные качества Романовых завоевали в народе всех сословий любовь и уважение. Эта любовь еще более разгорелась в сердцах народных, когда коварный и подозрительный Годунов, лживыми происками захвативший Русский престол, совершив убийство неповинного Младенца Димитрия, в лице Романовых видел врагов, могущих помешать ему укрепиться на Царстве, а потому в 1601 году разослал их по монастырским заточениям. Александр был удавлен у Белого моря; Василий и Иван были сосланы в Полым, где первый умер от дурного обращения с ним приставов.

Михаил Никитич отличался богатырским видом и выдающимся умом, праведным образом жизни и лучшим по тогдашнему времени образованием, а потому Годунов видел в нем опасного соперника и проявил к нему особенную и утонченную жестокость: он, бедный, закованный в цепи весом 3 пуда 10 фунтов, в глухой кибитке, окруженный суровой стражей, под наблюдением Романа Гущина был привезен в Ныробский погост, в отдаленный Приуральский Чердынский край, в Пермь Великую. Здесь на глазах Страдальца была вырыта яма, в которую его и опустили, сверху яму застлали бревнами, засыпали землёй и только посреди оставили небольшое отверстие в четверть аршина. В это отверстие узнику давали пищу: хлеб и воду. Борис Годунов не приказывал, «чтоб корм ему давали доволен», дабы скорее лишить жизни его соперника. Закованный в тяжелые цепи, невинный Страстотерпец боярин Михаил Никитич, год испытывая ужасные мучения и страдания, в тесной яме почил, изнуренный голодом, страшными физическими муками, страдая невыносимо и нравственно от сознания своей невинности.

Через пять лет тело невинного Мученика боярина Михаила, будучи нетленным, было перевезено в Москву и погребено в монастыре у Спаса на Новом (т. е. Ново-Спасском монастыре). В 1613 году в Ныробе явилась чудотворная икона св. Николая Чудотворца; этим совпадением отметилась невидимая духовная связь между Царствующим Домом Романовых и местом кончины их предка.

Авраамий Палицын указывал, что опасения относительно Романовых возникли у Годунова вследствие какого-то предсказания. «Глаголют бо, — пишет Авраамий, — яко зело любяще Борис волхвы и звездочетцы и тии сказаша ему, яко от рода Никитичев Романовых возстати имать Скипетродержец Российскому Государству. Царь же Борис такое слыша от волхвов и умысли, яко да потребит род сей»... Вот причина тонкого коварного убийства своих соперников.

У Годунова было уже на душе убийство Царевича Димитрия, и он как человек хитрый не решился посягнуть на новое всенародное выступление в качестве убийцы чтимых народом бояр Романовых, а хотел укрыть свое злодеяние, но безпристрастная история раскрыла все его коварные проделки. Феодора Никитича насильно, по приказанию Годунова, постригли в монахи под именем Филарета в Сийском монастыре, а жену его Ксению разлучили с детьми и мужем, постригли в монашество с наименованием Марфой и сослали в Новгородский уезд, Обонежской пятины, на Онежское озеро. Сына их Михаила, которому шел шестой год, отправили на Белое озеро с опальными тетками: княгинею Марфою Никитичною Черкасскою, Анастасией Никитичной (тогда еще девицею) и женой Александра Никитича Ульяной Семеновной (рожденной Погожевой).

Среди этого родственного кружка маленький Михаил, будущий Государь России, и его сестрица Татьяна Феодоровна (8-ми лет) терпели на Белом озере тяжкую нужду и росли при очень суровых условиях. Пристава, смотревшие за содержанием опальных, часто отказывали им даже в молоке и яйцах для их стола, а заботливые тетки Михаила Феодоровича иногда не могли допроситься и куска холста, необходимого для белья детям, вверенным их попечению.

Справедливо Авраамий Палицын ставит эти гонения невинных Страдальцев в число тех тяжелых грехов, за которые Господь покарал Русскую землю смутой.

Род Романовых явился Родом праведников-страдальцев, близких к Небу и находящихся под особым бдительным наблюденнием Непостижимого Промысла Божия. Какие воспоминания и родство окружали юного Михаила, первого Царя новой, Самим Богом благословенной Династии? Благословение праведника-страстотерпца из темницы, предстательство у престола Господа Славы невинных мучеников дядьев, дерзновенные молитвы отца-монаха и митрополита, томящегося в плену, и слезные денно-нощные молитвы страдалицы матери-монахини. Кто после этого еще скажет, что вновь избранный Царь не был любимцем, избранником Божиим? Сам Бог его поставил на трудное дело Царственное, Он ему и помог утишить государственную бурю и возвеличить Россию.

Когда состоялось избрание Михаила Феодоровича, то поляки, узнав о сем, придумали новое злодейство. Михаил Феодорович с матерью своей инокинею Марфой находился в Костромской вотчине селе Домнино. Шайка поляков в 1613 году пробралась в Костромской уезд, находилась уже в Железно-Боровском монастыре, в 15 верстах от Домнина.

Отсюда они искали дороги в Домнино, чтобы убить новоизбранного Царя и тем вызвать смуту, выгодную для них. Они не дошли до села Домнина каких-нибудь 2 версты, но встретившийся им домнинский крестьянин Иван Сусанин, бывший доверенным лицом Романовых, чуя опасность, повел их в противоположную сторону — к селу Исупову; в Домнино же послал своего зятя Богдана Сабинина к Царю Михаилу с известием о грозящей опасности и советом укрыться в Ипатьевском монастыре, близ самой Костромы, построенном в XIV столетии мурзой Четом, предком Годунова. Бродя нарочно по Исуповскому болоту и соседним лесам целую ночь и утро следующего дня, несмотря на пытки, Сусанин не открыл злодеям местопребывания Михаила Феодоровича и был ими после ужасных пыток изрублен. Так неисповедимые пути Промысла Божия хранили и хранят Избранников Своих, и чудо милости Божией совершается над ними воочию, дабы все знали, что «Господнею силою возвеселится Царь».

Провозгласив Царем юного (шестнадцатилетнего) Михаила Феодоровича, Земский собор снарядил особое посольство в Кострому, в Ипатьевский монастырь, где проживал в уединении Михаил Феодорович со своей матерью, для возвещения им воли Божией и народной. В состав посольства вошли: архиепископ Рязанский Феодорит, три архимандрита — Чудовский, Ново-Спасский и Симоновский, Троицкий келарь Авраамий Палицын, три протоиерея и бояре Ф. И. Шереметев, князь Вл. Ив. Бахтеаров-Ростовский, окольничий Ф. Головин, стольники, стряпчие, приказные люди, жильцы и выборные от городов.
Выехав из Москвы 2-го марта и прибыв в Кострому 13 марта, посольство на другой день, 14 марта, в предшествии крестного хода и в сопровождении Костромского воеводы и всех горожан пришло в Ипатьевский монастырь. Михаил Феодорович с матерью встретили шествие перед входом в монастырь. Когда же узнал Михаил Феодорович, в чем дело, «с великим гневами плачем» отвечал, что не хочет быть Государем, а мать его заявила, что не благословляет Сына на Царство. Ее особенно смущало то, что «Московского государства всяких чинов люди по грехам измалодушествовались, дав свои души прежним Государям, не прямо служили». Также смущало их, что Отец Михаила Феодоровича митрополит Филарет в настоящее время в Литве у короля «в большом утеснении, но когда король узнает, что Московский Престол занял Сын его, то сейчас же велит сделать ему какое-нибудь зло; а ему — Михаилу — без благословения своего Отца на Московском государстве никак быть нельзя».

Послы со слезами молили и били челом Михаилу, «чтобы соборного моленья и челобитья не презрил; выбрали его по изволению Божию, не по его желанию, — положил Бог единомысленно в сердца всех людей, православных христиан, от мала до велика на Москве и во всех городах». На слова Марфы о том, что в течение долгой смуты московские люди «измалодушествовались», послы отвечали, что теперь эти люди «наказались и все пришли в соединение»; по поводу же опасений за участь митрополита Филарета, Отца Михаила, послы сказали, «что бояре и вся земля посылают к литовскому королю, за Отца его дают на обмен литовских многих лучших людей». Но и после сих слов Михаил и Мать его не принимали Престола.

Страницы: 1 2 3 4

Вы можете оставить комментарий, или ссылку на Ваш сайт.

Оставить комментарий