Эфиопия: христианство, ислам, иудаизм. 1.11 Хайле Селассие – «лев атакующий» из колена Иуды

Эфиопия: христианство, ислам, иудаизм

1.11.1 От Раса Тафари до Хайле Селассие

2 ноября 1930 г., семь месяцев после смерти императрицы Завдиту, на престол взошел Рас Тафари как «Царь царей» Хайле Селассие. По прошествии восьми месяцев, 16 июля 1931 г., новый император инициировал конституцию, которая решительным образом расширила его полномочия за счет аристократии и других групп населения, включая духовенство.

Так исчезли последние символы эпохи раздробленности. Эфиопский историк Бахру Зевде сформулировал это так: «Теводрос пытался создать объединенное эфиопское государство и потерпел неудачу. Его наследники Иоханнес и Менелик были вынуждены, каждый по-своему, смириться с раздробленностью страны. Стремление Иясу к интеграции стоило ему трона. Хайле Селассие добился важнейшего в истории успеха – ему удалось, наконец, осуществить мечту Теводроса об объединенном государстве»1.

Христианский царь Рас Тафари.

Иллюстрация 78. Христианский царь Рас Тафари. Тот, кто стал величайшим из императоров 20-го века, был правоверным и убеждённым христианином. Приверженность христианству сопровождала его во всех его деяниях: в стремлении к власти и борьбе с его врагами, стимуляции процессов этнической и культурной интеграции, централизации управления и стремления к легитимации своего абсолютизма, повторной аннексии Эритреи, формирования политики относительно внешнего мира и Ближнего Востока. Как и большинство его предшественников на троне Империи, и даже более, чем они, император Хайле Селассие видел себя фактическим главой эфиопской церкви.

Предшественники Хайле Селассие не смогли достичь национального единства, поэтому им не удалось провести серьезные реформы церкви. Правда, в конце XIX в., в дни правления Иоханнеса Четвёртого, Эфиопия удостоилась иметь более чем одного епископа, но и в длительный период абуны Матевоса ничего не изменилось в плане тяжкой зависимости от Египта. Более того, постоянное вмешательство Матевоса в политические дела страны лишь подчеркивала его позицию как чужака. Молодые эфиопы воспринимали его как символ «коптского империализма», а местное духовенство противились его влиянию и авторитету.

Слева: абуна Кериллос. Справа: абуна Савирос .

Иллюстрация 79. Слева: абуна Кериллос, коптский монах, стоявший во главе эфиопской церкви с 1929 г. и до своей кончины в 1950 г. Кериллос был сильной личностью, не побоявшийся спорить с императором по вопросу независимости церкви, продолжая сохранять преданность коптскому патриарху в Египте. Справа: абуна Савирос, ычеге – глава монашества Империи. Как и во многих случаях раньше, так и теперь ычеге, эфиопский монах, был правой рукой императора.

После смерти Матевоса в 1926 г. Рас Тафари лишил абуну его финансовых и исполнительных полномочий и оставил за ним лишь право назначения священников. Тафари и его приближенные в то время также тешили себя надеждой, что им удастся принудить коптского патриарха в Египте назначить эфиопского, а не египетского монаха в качестве следующего абуны, в то время как верхушка египетской церкви противилась этой идее, задерживая отправку того, кто заменит покойного Матевоса.

Лишь в 1929 г. противоречие удалось разрешить, и был назначен египетский абуна, Кериллос. Вместе с ним четыре эфиопских монаха получили сан епископов. Это были первые епископы эфиопского происхождения. Они удостоились своего назначения коптским патриархом лишь после того, как письменно обязались не заниматься назначениями других епископов и не вмешиваться в будущем в процесс выборов абуны. Пятый эфиопский епископ добавился к ним, когда патриарх посетил Эфиопию в 1930 г.

В контактах с церковью, как и во многих других областях, Хайле Селассие старался упрочить централизованную императорскую власть, обращаясь к риторике на тему модернизации, и в некоторых случаях идея централизации и прогресса вполне сочетались. Центральным моментом его идеологии был язык. Под покровительством императора амхарский язык стал прокладывать себе путь в православной церкви. В прошлом, когда иноземные миссионеры инициировали первые переводы Священного писания на местный язык, православная церковь предпочитала держаться за язык геэз. Загадочность этого мертвого языка давала духовенству монополию на владение священными тестами, а также и душами верующих. По инициативе Хайле Селассие были предприняты шаги, чтобы снабдить церковь амхарской версией литургических песнопений и евангелий. В 1934 г. Библия была полностью издана на амхарском языке.

Христианство, хотя это не всегда относилось к православной конфессии, все в большей степени становилось фактором национального единства. В противоположность своим предшественникам, которые с большим подозрением относились к иностранным миссионерам, Хайле Селассие поощрял их присутствие и особенно их деятельность по распространению христианства среди нехристианских народов юга. К 1935 г. в Эфиопии присутствовало уже почти 200 иностранных миссионеров.

В этот период были сделаны также попытки повысить уровень образования среди духовенства. В 1930 г. 60 юношей были посланы в Египет, чтобы учиться там в церковной системе обучения. При церкви Св. Георгия в Аддис-Абебе была создана школа для священников, которая в будущем должна была служить основой теологического колледжа. Император предостерегал священников от эксплуатации верующих. Указом, подобным тому, который был издан Зар’а Я‘кобом на 500 лет раньше, священникам разрешалось получать плату за службу, но он также предостерег их от злоупотребления этим правом и особенно от взимания чрезмерных поборов с бедняков.

Страницы: 1 2 3

Вы можете оставить комментарий, или ссылку на Ваш сайт.

Оставить комментарий