Иисус Христос. Том 2. Книга пятая. Смерть Ииуса Христа и последующие события

Тьма, как во время солнечного затмения, усилилась. Завеса в храме, закрывавшая вход во Святое Святых, «разодралась надвое31, сверху дони­зу; земля потряслась; и камни расселись». Гробы сами собой отверзлись; «и многие тела усопших святых воскресли». Все эти чудесные явления, свидетелями которых были только Палестина и Иудея, возвестили всему миру о той могущественной связи, которая соединяет Иисуса с приро­дой, с небом, землей и со всем человечеством.

Померкнувшее солнце, поколебавшаяся земля как бы присоедини­лись к скорби этого печального часа. Смерть Распятого есть в одно и то же время и конец и начало мира. Ветхий мир побежден и начинает зарож­даться новый. Священная завеса, скрывавшая таинственное жилище Бога, разодралась. Закон Моисеев, вещественный закон, как называет его св. Павел32, потерял свое значение. Храм разрушен.

Жертва, только что принесенная на кресте, Своей божественной кро­вью вводит нас в истинное Святое Святых, которого ветхозаветное было только прообразом. Даже мертвые услышат Его голос. Истекающая из Него жизнь освятит все; гробы раскроются, и умершие воскреснут.

В ту минуту, когда совершались все эти небесные знамения, ужас ов­ладел толпой, присутствовавшей при казни и осыпавшей Иисуса оскорб­лениями и насмешками. Все разбежались, пораженные ужасом, и мно­гие, уходя, ударяли себя в грудь33.

Землетрясение, внезапная тьма, рассевшиеся камни, громкий вопль, который испустил умирающий Иисус, — все это глубоко потрясло рим­ского сотника и воинов, которые стерегли Иисуса. Эти язычники были глубоко потрясены. Души их раскрылись, подобно гробам, и распались, как камни, твердости которых они уподоблялись своей черствостью пре­жде. Сотник, стоя у креста, прославил Бога и сказал:

— Этот Человек был праведник, и воистину — Сын Божий34.

Сама правда говорила устами этого римлянина. Смерть Иисуса уже положила начало Его вечной славе и привлекла к Нему сердца всех. И языч­ник, озаренный ею, первый исповедал божественность Его. То выражение, с которым Иисус называл Бога Своим Отцом, глубоко запало в его душу. Он уверовал в Распятого и сказал: «Воистину, Он был Сын Божий».

Когда толпа разошлась, небольшая группа осталась неподвижной и чего-то дожидалась в некотором отдалении от креста, на котором Иисус только что умер. Это были друзья Его, и в частности, многие женщины, последовавшие за Ним из Галилеи и служившие Ему своей преданностью и своим имуществом. Между ними были Мария Магдалина, Мария, мать Иакова младшего и Иосифа, и Соломия, мать сыновей Заведеевых. Уби­тые горем, они смотрели и ждали.

Приближалась суббота. Иудеи, не желая, чтобы тела казненных ос­тавались на крестах в этот великий день, просили у Пилата позволения перебить голени распятых и снять их с крестов.

Римляне обыкновенно оставляли казненных на крестах, и их трупы делались добычей хищных зверей. Закон иудейский требовал, чтобы тру­пы были убраны до захода солнца и чтобы таким образом святая земля не осквернялась проклятием, тяготевшим над казненными35.

Впрочем, в исключительных случаях «Crurifagium» (раздробление кос­тей) допускалось и римлянами. Этим и объясняется настойчивая прось­ба иудеев и ответ Пилата.

Явились воины и перебили голени сначала у одного, а потом у друго­го разбойника.

«Но, придя к Иисусу, как увидели Его уже умершим, не перебили у Него голеней».

«Но один из воинов копьем пронзил Ему ребра, и тотчас истекла кровь и вода»36.

Евангелист Иоанн, который один только рассказывает об этом уди­вительном событии, был сам свидетелем его.

«И видевший засвидетельствовал, и истинно свидетельство его»37.

Удар копьем был последним оскорблением над бездыханным телом Иисуса. Но это пронзенное сердце служит самым неопровержимым до­казательством смерти Иисуса; исполнилось пророчество, которое указы­вало иудеям на Мессию, пронзенного копьем, и это пророчество вполне относится к Тому, Кто Своей любовью спас мир. Кровь и вода, истекшие из ребра Иисусова, являются символами величайшего таинства. В книге Бытия говорится, что Иегова из ребра Адама, взятого у него во время сна, сотворил Еву, мать всех живущих; истинный же усопший Адам — это Иисус на кресте: из Его отверстого сердца произошла Церковь — истин­ная Матерь, которая рождает для жизни в Боге все человечество через та­инства св. Крещения и св. Евхаристии.

Преступники, осужденные Синедрионом, погребались без всяких почестей. Их не оплакивали и не хоронили в фамильных усыпальницах, а в могилах, особо предназначенных правительственной властью для ос­танков казненных38. Иногда, впрочем, по случаю праздников трупы воз­вращались родным39, которые должны были погребать их без всякой пыш­ности.

Но друзья Иисуса не забывают о Нем и после Его смерти40.

Особенно один из них проявил свою любовь к Иисусу в эти печаль­ные минуты.

Это был богатый человек, член Синедриона, родом из Иудеи, из ма­ленького городка Аримафеи. Звали его Иосиф, тот самый, у кого по до­роге в Иерусалим на Свою последнюю Пасху останавливался Иисус со Своими учениками. Добрый и справедливый, он горячо ожидал Царст­вия Божия. Будучи тайным учеником Иисуса, он не принимал никакого участия в последних заседаниях и деяниях Синедриона.

Смело, не опасаясь ничего, явился он к Пилату и стал просить позво­лить ему взять для погребения тело Иисуса.

Правитель удивился, что Иисус умер так скоро. Сотник подтвердил это, и тогда Пилат приказал отдать Иосифу тело Иисуса.

Иосиф тотчас же купил плащаницу и отправился на Голгофу вместе с другим тайным учеником Иисуса, Никодимом. Этот последний принес с собой состав из смирны и алоя.

Они сняли с креста святое тело и, следуя обычаю, набальзамировали Его. Затем обвили Погребаемого пеленами с благовониями, повили руки и ноги Его повязками, также смоченными в ароматичном составе, а го­лову повязали платом, который закрывал Его лицо.

Близ Лобного места, где Иисус был распят, находился сад, принадле­жавший Иосифу Аримафейскому. В саду была высеченная в скале гроб­ница, в которой еще никто не был положен. Как большая часть иудей­ских гробниц, она состояла из двух отделений: первое служило местом, куда собирались родные оплакивать умершего, во втором же укладывали его тело. Собственно говоря, гроб представлял из себя несколько углуб­ленное ложе, над которым возвышалась небольшая арка.

Здесь и было положено тело Иисуса. Солнце уже заходило, а с захо­дом солнца начинался субботний день.

Большой камень в виде жернова, находящийся у расщелины скалы, указывал вход в пещеру. Друзья Иисуса, окончив обряды погребения, привалили этот камень к двери гроба и удалились41.

Верные Своему Учителю даже после смерти Его, святые женщины, всюду следовавшие за Ним, не оставляли Его ни во время страданий, ни после того, как Он испустил дух. Мария Магдалина находилась во главе этой печальной группы.

Они присутствовали при последних минутах своего распятого Учи­теля, приняли Его последний вздох, видели, как Его сняли с креста и по­ложили во гроб. Их глубокая скорбь и слезы сопровождали печальную работу Иосифа Аримафейского и Никодима. Они заметили, как было по­ложено тело Иисуса во гробе, и удалились, чтобы приготовить для праха их возлюбленного Учителя другие благовония и другие ароматы.

Субботний день прошел для них в безмолвной печали.

Но первосвященники и фарисеи не могли успокоиться42. Их ненависть не могла более преследовать невинную Жертву. Им казалось, что смерть Иисуса должна окончательно утвердить их полное торжество. Но они не подумали о том, что смертью еще не все оканчивается. Нельзя убить мысль, истину, закон и правосудие; и если Тот, Кто был совершенней­шим воплощением этих божественных даров, добровольно предал Себя смерти, то, разумеется, не эта смерть Его будет последним словом.Опасаясь каких-либо козней со стороны учеников Иисуса, что мог­ло придти в голову лишь лжецам и лицемерам, они явились к Пилату и сказали:

«Господин! Мы вспомнили, что обманщик тот, еще будучи в живых, сказал: после трех дней воскресну».

«Итак, прикажи охранять гроб до третьего дня, чтобы ученики Его, придя ночью, не украли Его и не сказали народу: воскрес из мертвых; и будет последний обман хуже первого».

«Пилат сказал им: имеете стражу; пойдите, охраняйте, как знаете».

И вот они пошли, тщательно закрыли гробницу, приложили к камню печать Синедриона и поставили у гроба свою стражу.

Иисус на время почил сном смерти под охраной Своих палачей.

Примечания:

31. Матф., XXVII, 51; Марк, XV, 38.
32. К Галат., IV, 3.
33. Лука, XXIII, 48.
34. Матф., XXVII, 54; Марк, XV, 39; Лука, XXIII, 47.
35. Второз., XXI, 23; Иудейская война, IV, 5,2.
36. Иоанн, XIX, 33,34.
37. Иоанн, XIX, 35.
38. Sanhedr., с. VI, Hal. 5.
39. Philon., inHacc., § 10.
40. Матф., XXVII, 57 и парал.
41. Матф., XXVI, 60.
42. Матф., XXVII, 62, бЗ и парал.

Назад             Начало         Далее

Страницы: 1 2 3

Вы можете оставить комментарий, или ссылку на Ваш сайт.

Оставить комментарий