К 70-летию со дня кончины Святейшего Патриарха Сергия. Патриарх Сергий, обновленчество и несостоявшаяся реформация Русской Церкви XX века

Митрополит Сергий (Страгородский) Середина 30-х гг.

Протоиерей Константин Буфеев

15 мая – 70 лет со дня кончины Святейшего Патриарха Сергия (Страгородского; † 1944)

Введение

Церковными историками России ХХ века на удивление мало внимания уделено описанию попытки церковной реформации в первой четверти столетия. Сам факт проведения богослужебной языковой реформы в Русской Церкви многими исследователями обходится глухим молчанием, в то время как реформация была практически подготовлена и лишь чудом Божиим не оказалась внедренной в богослужебную жизнь нашей Церкви.

Не менее странно, что значение Патриарха Сергия (Страгородского) как одного из ведущих реформаторов в неудавшейся реформе богослужебного языка и Устава нашей Церкви должным образом не отмечено ни в посмертном сборнике «Патриарх Сергий и его духовное наследие», ни в многочисленной политиканской критике в адрес Его Святейшества со стороны русского Зарубежья. Скорее всего, это случилось так из-за того, что бурные события революции, Гражданской войны, репрессии и эмиграция заслонили перед современниками неудачную церковную реформацию. Лишь сравнительно недавно появилась работа под названием «Патриарх Сергий как литургист», основанная на архивных документах, которая частично затрагивает эту проблему.

Вопросы церковно-политические, и прежде всего связанные с нашумевшей Декларацией митрополита Сергия 1927 года, до сих пор будоражат умы православных людей России и Зарубежья. Вопросу же чисто духовному — проведению Преосвященным Сергием реформы богослужебных книг — внимания, по существу, не уделяется.

Таким же ущербным образом освещен в церковно-исторической литературе вопрос об отношении к обновленчеству. Широко известен историко-политический аспект обновленческого раскола 1922 года: борьба за власть в Церкви, сотрудничество живоцерковников и других обновленческих группировок с карательными органами советской власти и т. п. Но духовная оценка обновленчества как радикального церковного модернизма еще никем, по существу, не высказана. Без такой оценки вряд ли можно понять, например, почему митрополит Сергий в 1922 году примыкает к обновленческому расколу, а затем, став в 1925 году Заместителем Патриаршего Местоблюстителя, так жестко ополчается против обновленцев.

В 1908 году профессор Киевской Духовной академии В. Певницкий писал: «Реформаторская тенденция как эпидемия овладела умами: стали переоценивать ценности, обсуждать принятые порядки и обычаи и искать новых путей для удовлетворения насущных потребностей живущего поколения, и между другими вопросами, поднятыми реформаторским стремлением, добрались и до вопроса о церковно-богослужебном языке». Отметим явно не случайную закономерность: особые всплески реформаторской активности совпадают с социальными революционными выступлениями — революцией 1905–1907 годов, революционными потрясениями 1917 года и последующей смутой (а также с посткоммунистической перестройкой).

В самом деле, в 1905 году активно стала выступать в печати «группа 32-х» петербургских священников, провозгласившая своей целью обновление самих основ церковной жизни. Впоследствии эта группа, покровительствуемая Санкт-Петербургским митрополитом Антонием (Вадковским), переименовалась в «Союз церковного возрождения». Как отмечает прот. Владислав Цыпин, «после первой революции активность обновленцев падает, но сразу после Февраля “Союз церковного возрождения” возобновляет свою бурную и притязательную активность... Ядро этого союза получает странное для церковного слуха наименование “ЦК”. В союз входит немалая часть питерского духовенства. Организовавшись, союз берет курс на захват церковной власти... В своих публикациях обновленцы ополчались на традиционные формы обрядового благочестия, на канонический строй церковного управления».

Такая же картина вырисовывается из обстоятельного обзора истории «исправления» богослужебных книг, составленного Б.И. Сове. Пик реформаторской активности приходится на 1906 год, когда «Церковные ведомости» публиковали «Отзывы епархиальных архиереев по вопросу о церковной реформе». В это же время создается специальная синодальная Комиссия по исправлению богослужебных книг под председательством архиепископа Финляндского и Выборгского Сергия (Страгородского). Результатом деятельности этой комиссии стало фактическое осуществление богослужебной языковой реформы.

В 1906 году на страницах «Церковного вестника» развернулась целая дискуссия «О богослужебном языке Русской Православной Церкви». В этой журнальной баталии Н. Покровский, полемизируя со священником А. Лиховицким, писал: «Наклонность к реформам составляет основную и совершенно естественную черту нашего времени, с этой точки зрения представляется совершенно понятным интерес к пересмотру нашего богослужения, в частности к богослужебному языку. Но многочисленные опыты реформ в различных сферах общественной и политической жизни, произведенные в духе современности, опыты по большей части скороспелые и неудачные, заставляют нас быть очень осторожными, особенно в деле церковном».

Пьянящий дух революционного освобождения от старого режима, в том числе и от строгого церковного Устава, несомненно чувствуется и в предсоборной дискуссии, и в ряде выступлений и обсуждений на заседаниях Поместного Собора 1917–1918 годов.

Не умаляя значения Поместного Собора для нашей Церкви, заметим лишь, что будущее «тихоновское» крыло на Соборе было представлено наряду с будущим обновленческим, причем последнему трудно отказать в напоре и активности. Двадцатые годы стали временем неслыханного литургического «творчества и чудотворства» в среде обновленцев. Преемственность их устремлений чувствуется и у нынешних реформаторов.

Процесс реформации Русской Церкви и обновленчество как его крайнее выражение не сводился к какому-либо одному аспекту. Замысел реформирования Церкви затрагивал целый ряд вопросов, связанных с верой и благочестием: реформе должны были подвергнуться догматы и каноны Православия, в частности предусматривался пересмотр Священного Предания. При этом вопрос о реформе богослужебного языка оказался одним из ключевых в планах реформации нашей Церкви.

Следует отметить, что некоторая часть высказывавшихся на эту тему представителей духовенства и мирян России в период подготовки и проведения Поместного Собора 1917 года была согласна на упрощение или русификацию богослужебного языка и прочие реформы. При этом радикалов, оформившихся вскоре в обновленческий раскол (Грановский, Введенский), было явное меньшинство. В известном смысле можно говорить о них не как об одном из мнений Церкви, но как о противостоянии Церкви, или, точнее, как о натиске на Церковь «одолевающих вратах адовых».

Строгих ревнителей церковного Предания были единицы. К. П. Победоносцев писал в 1906 году в журнале «Странник»: «Слышим, что из среды духовенства идут предложения перевести богослужение на русский язык. Но это, в сущности, была бы не реформа, а крайне легкомысленная, бесцельная и опасная для единства Церкви революция, разрушающая весь характер и все значение для народа нашего богослужения». Так ветер революционных перемен, веявший во всем российском обществе, через попытку проведения языковой и богослужебной реформы проявлялся в церковной ограде.

Из всех архиереев наиболее видным реформатором начала ХХ столетия следует по справедливости признать владыку Сергия (Страгородского), будущего Патриарха и видного православного богослова. Мы рассмотрим историю неудавшейся русской церковной реформации ХХ века и роль в ней Патриарха Сергия.

 1. Неудавшаяся «тихая» реформация 1907–1917 гг.

Архиепископ Сергий с 1907 года возглавлял деятельность специальной синодальной Комиссии по исправлению богослужебных книг. Он был также вдохновенным инициатором ее работы, был реформатором-практиком. Действовала Комиссия с опаской, втайне от народа, не предавая гласности своих трудов, так что даже утаивалось от покупателей, что новые напечатанные богослужебные книги — Цветная и Постная Триоди, Октоих и другие — подверглись сильной редакции. «Патриархом Сергием лично были исправлены каноны на Рождество Христово, Крещение Господне и праздник трех Вселенских Святителей, читавшиеся в Выборге в Крестовой церкви архиерейского дома и кафедральном соборе».

Известен Указ Святейшего Синода 1911 года № 7398: «Председатель Комиссии по исправлению славянского текста богослужебных книг Преосвященный Финляндский (архиепископ Сергий (Страгородский). – К. Б.), представляя исправленный славянский текст Пентикостариона, объясняет о том, что в означенной богослужебной книге Комиссией в полном ее составе рассмотрен и исправлен славянский текст только первых двух седмиц — Пасхальной и Фоминой, остальные же исправления сделаны им, Преосвященным председателем, единолично, причем при исправлении им строго выдерживались принятые Комиссией и в свое время одобренные Св. Синодом начала».

Вообще, реформаторская деятельность по изменению Устава и исправлению церковных книг была весьма плодотворной. Н. Нахимов, составитель Толкового молитвослова, отмечал, что исправление богослужебных книг «усердно и прекрасно исполняется учрежденною при Святейшем Синоде под председательством Высокопреосвященного Сергия, архиепископа Финляндского и Выборского, Комиссиею, которая, сверяя с греческим подлинником и древними рукописями наш церковно-славянский текст, исправляет в нем неправильности перевода, упрощает его конструкцию, делает более естественную расстановку слов, заменяет некоторые слова и выражения равнозначными, но более простыми и вразумительными». Любопытно, что это мнение не какого-нибудь обновленца, но человека, высказывавшегося так: «Да не подумает кто-либо, что мы желали бы молиться на русском языке. Боже сохрани! Херувимская, Свете Тихий, Волною морскою, даже Отче наш и проч. и проч. на русском языке — это нечто такое, что при первых же звуках заставило бы нас бежать из храма; даже замена привычного нашему уху “живота” словом “жизнь” производит на нас самое неприятное впечатление. Мы настаиваем на том, что русский православный человек должен читать молитвы дома и слушать богослужение в храме непременно на родном нам высоком, прекрасном церковно-славянском языке».

Никаких помех для своей деятельности Комиссия, возглавляемая архиепископом Сергием, не имела. Справное дело финансировалось за счет бюджета Св. Синода. После согласования и утверждения кабинетной работы тексты направлялись прямо в Синодальную типографию.

К исправлению книг были привлечены ведущие специалисты русской богословской школы и первоклассные лингвисты. В состав Комиссии с 1907 года входили прот. Димитрий Мегорский, профессора Санкт-Петербургской Духовной академии Ловягин Е.И., Глубоковский Н.Н., справщик Санкт-Петербургской Синодальной типографии Гуриловский Н.Ф. С 1909 года — начальник архива и библиотеки Св. Синода Здравомыслов К.Я., библиотекарь рукописного отделения Императорской публичной библиотеки Лопарев Х.М., профессор Санкт-Петербургской Духовной академии Карабинов И.А. В работе Комиссии принимали участие известные ученые — академики Соболевский А.И., Латышев В.В., духовный цензор епископ Мефодий (Великанов), профессора Санкт-Петербургской Духовной академии Евсеев И.Е., Абрамович Д.И., Бенешевич В.Н., зав. богословским отделением Императорской публичной библиотеки Пападопуло-Керамевс А.И., известный литургист профессор Киевской Духовной академии Дмитриевский А.А. и другие авторитетные богословы, слависты и византологи. Таким образом, к осуществлению пересмотра богослужебных книг был привлечен самый цвет отечественной профессуры. Справедливость требует признать, «какую огромную работу, требующую в совершенстве знания греческого и славянского языков и глубокого понимания богослужебного текста, исполнила эта комиссия под председательством и руководством Преосвященного Сергия» .

Тем не менее, несмотря на все по видимости успешные действия возглавляемой архиепископом Сергием синодальной Комиссии по исправлению богослужебных книг, новая печатная продукция была отвергнута церковным народом. Новые исправленные книги на церковнославянском языке не были приняты верующими ни до революции 1917 года, ни тем более после. Новоисправленные тексты не воспринимались сложившейся церковнопевческой традицией, потому что это был уже новославянский (то есть слегка русифицированный) язык, отличающийся от традиционного церковно-славянского. Приведем свидетельство Б.И. Сове: «Изданные по благословению Св. Синода исправленные издания богослужебных книг, особенно Триоди Постной и Пентикостариона, распространялись довольно медленно, встречая во многих местах (например, в Валаамском монастыре) оппозицию. Исправленный текст ирмосов почти нигде не привился, так как певчие пользовались старыми нотными книгами. Эти новые издания не получили оценки и в духовной литературе со стороны заинтересованных лиц, будучи почти замолчаны».

Так на глазах будущего Патриарха реформаторские усердные труды «на благо церковного народа» благодаря именно этому народу, хранителю церковного Предания, были сведены на нет.

Стоит заметить, что еще прежде начала работы Комиссии архиепископ Сергий выступал как убежденный реформатор на Предсоборном Присутствии в 1906 году. На майском заседании владыка Сергий сделал доклад, предлагающий и обосновывающий введение в Русской Церкви нового модернизированного Устава — так называемого Типикона Великой Константинопольской Церкви, изданного в Афинах в 1864 году. Предназначение данного реформированного Типикона, по мысли его приверженцев, заключалось в сокращении и упрощении богослужения. В частности, новый Устав отменял ставшие традиционными в нашей Церкви всенощные бдения. Этот Устав предлагался архиепископом Сергием «в противоположность действующему, хотя и нигде не исполняемому у нас Уставу монастырскому, слишком подробному для приходских церквей».

Однако Предсоборное Присутствие отклонило предложение владыки Сергия о реформировании Типикона.

Совместное заседание VI и VII Отделов отклонило также «предложение», представленное Финляндским архиепископом Сергием Предсоборному Присутствию, «о чтении за литургией вслух Евхаристической молитвы».

Так вся огромная по масштабу реформаторская деятельность архиепископа Сергия (Страгородского) до 1917 года при кажущейся ее убедительности не принесла для нашей Церкви практически никаких плодов.

Страницы: 1 2 3 4 5

Вы можете оставить комментарий, или ссылку на Ваш сайт.

Оставить комментарий