Летопись церковных событий 1939—1940 год

1940: Церковная политика архиепископа Серафима (Ляде) вызвала спустя некоторое время неодобрение со стороны администрации польского генерал-губернаторства. В это время в Кракове образован был Украинский комитет, состоявший исключительно из униатов-галичан, проводивших линию униатского митрополита Андрея Шептицкого. Под влиянием этого комитета в преддверии войны с Советским Союзом и оккупации Украины Франк взял курс на создание на территории генерал-губернаторства опорной базы по формированию православного епископата для Востока и преобразованию Православной Церкви в Украинскую. По рекомендации Украинского комитета подобраны были два кандидата на епископские кафедры из националистов-украинцев православного вероисповедания, но сочувствующих унии. Это были профессор Иван Огиенко и архимандрит Палладий Выдубида-Руденко. В прошлом Огиенко был министром исповеданий, а Выдубида-Руденко — заместителем министра финансов в правительстве Семена Петлюры. Архиепископ Серафим отказался хиротонисать этих лиц. (К. Свитич…)

1940: Июнь, советские войска оккупировали Эстонию, она стала частью СССР.

1940: В июне, после заключения советско-германского пакта в 1939 г. Румыния потеряла Бессарабию и Буковину, передав их Советскому Союзу после советского ультиматума. После возвращения Бессарабии в состав Советского Союза значительная ее часть была включена в Одесскую епархию МП, а в Кишинев в декабре 1940 г. временно управляющим Кишиневской и Бессарабской епархией был назначен епископ Тульский Алексий (Сергеев).

1940: Летом все иерархи Западной Белоруссии и Западной Украины были вызваны в Москву для оформления их присоединения к Московской Патриархии. 25 июня они были приняты в состав Российской Церкви архиепископ Волынский и Кременецкий Алексий (Громадский) и епископ Камень-Каширский Антоний (Марценко), 10 июля — архиепископ Пантелеймон (Рожновский) и 21 августа — епископ Острожский Симон (Ивановский).

Акт присоединения заключал в себе чтение соответствующей молитвы над присоединяемым, исповедь и совместное участие в Божественной Литургии. После этого присоединенные становились полноправными епископами Московской Патриархии.

Архиепископы — Феодосии (Виленский) и Александр (Полесский), а также епископ Луцкий Поликарп (Сикорский) в Москву не поехали.

  Отказ епископа Поликарпа (Сикорского) выехать в Москву для оформления своего присоединения к Московской Патриархии все же не помещал ему неоднократно сослужить Экзарху Московской Патриархии Архиепископу Николаю (Ярушевичу) и вместе с ним хиротонисать в Луцком Соборе во епископы архимандрита Вениамина (Новицкого), исполнявшего доселе обязанности Секретаря Духовного Собора Почаевской Свято-Успенской Лавры.

  Патриарший Экзарх Николай (Ярушевич) одновременно стоял также и во главе новообразованной Луцкой епархии, выделенной Московской Патриархией из Волынской епархии, возглавлявшейся архиепископом Алексием (Громадским), которому было оставлено незначительное количество приходов, главным образом, в пределах Кременецкого уезда.

В июле 1940 г. Экзарх Украины Западной архиепископ Николай (Ярушевич) был также назначен и Экзархом Западной Белоруссии вместо архиепископа Пантелеймона (Рожновского), который был назначен правящим архиереем новосозданной Гродненско-Виленской епархии, насчитывавшей свыше 300 приходов. (К. Свитич…)

1940: 30 августа Синод греческих старостильных епископов “флоринцев” выпускает энциклику № 1844:

“Греческой Церкви Истинно-Православных Христиан, Афины. —

Благословенным христианам, следующим отеческому календарю.

Относительно действительности или недействительности таинств, совершаемых новостильниками, мы остаемся при всем, что объявили в июне 1935 г., согласно чему “освящающая благодать таинств, согласно духу божественных и священных правил и нашему мнению, находится и действует через тех церковных служителей, которые хранят священные предания и правила Православной Церкви, не приняв никакого новшества, а не через отдалившихся от священных преданий и нарушивших божественные и священные правила, и, следовательно, находящихся под клятвами Святых Отцов. Чтобы новостильник был принят в нашу старостильную Церковь, он должен просьбой объявить свое священное намерение нам, иерархам, которым только и подобает оценить способ его принятия, либо через письменное заявление, как принимал еретиков и раскольников по церковной икономии Первый Вселенский Собор (Восьмое правило) и древняя Церковь, либо повторным миропомазанием, согласно Пятому правилу Шестого Вселенского Собора. Касательно того, что только мы, Епископы, компетентны, как представители Церкви — сокровищницы Благодати, прилагаем 39-ое Апостольское правило, которое так определяет. Пресвитеры и диаконы без воли Епископа ничего да не совершают. Ибо ему вверены люди Господни, и он воздаст ответ о душах их” и т. д.

+ Димитриадский Герман

+ Бывший Флоринский Хризостом

+ Закинфский Хризостом”.

(Цит. по посланию епископа Матфея Вресфенского от 21-9-1944 г.).

1940: 6 сентября фактическим диктатором Румынии стал маршал Й. Антонеску, возглавивший правительство, которое состояло в основном из членов «Железной гвардии»; Румыния была провозглашена государством «национал-легионеров». Наступил период жестокого антиеврейского террора, продолжавшийся пять месяцев.

1940: 15 сентября Священный Синод Болгарской Православной Церкви принял декларацию протеста против “Комиссариата по еврейским вопросам». Св. Синод протестовал также против запрещения “лицам еврейского происхождения” вступать в брак с христианами и крестить детей от этих браков.

1940: 23 сентября в городе Кракове польский Генерал-Губернатор д-р Франк принял в торжественной аудиенции, в Вавельском Замке, митрополита Дионисия Варшавского, который прибыл туда в сопровождении профессора И. И Огиенко, протоиерея Малюжинского и представителей Украинского Центрального Комитета. Здесь Генерал-Губернатором было заявлено митрополиту Дионисию, что он возвращается к управлению Православной Церковью на территории Генерал-Губернаторства, а митрополит Дионисий, принимая это утверждение, с своей стороны заявил, что он установит каноническую иерархию на территории Генерал-Губернаторства и возведет в епископский сан профессора И. Огиенко. Затем, митрополит Дионисий сделал Генерал-губернатору следующее торжественное декларативное заявление:

“Мы, Дионисий, архиепископ Варшавский и Митрополит Св. Православной Автокефальной Церкви в Генерал-Губернаторстве, как Глава этой Церкви, обещаем

Генерал-Губернатору верность и послушание. Изданные им законы и распоряжения будем в точности исполнять и будем стремиться к тому, чтобы подчиненное нам духовенство с такой же верностью и послушанием эти законы и распоряжения уважало и выполняло”. На следующий день митрополит Дионисий прибыл в Варшаву и принял от архиепископа Серафима управление Варшавско-Холмской епархией. С момента возвращения к власти митрополита Дионисия возглавляемая им Православная Церковь в оккупированной немцами Западной части Польши получила наименование “Автокефальная Православная Церковь в Генерал-Губернаторстве”. Очень быстро в жизни этой Церкви стал выявляться украинский характер.

Верхняя Свято-Мария-Магдалинская митрополичья церковь в Варшаве была передана в исключительное распоряжение украинцев, для русского же населения Варшавы была предоставлена нижняя, пещерная церковь, в том же митрополичьем храме, во имя Страстей Господних. В верхней части этого храма Богослужения стали совершаться на украинском языке, и в них неоднократно принимал участие и сам митрополит Дионисий. Украинизирована была и Варшавская Духовная Консистория, членами которой митрополит Дионисий назначил священнослужителей-украинцев. Делопроизводство в этой Консистории велось на украинском языке, а Синодальная Типография начала печатание также на украинском языке Богослужебных книг и религиозной литературы. (К. Свитич…)

1940: В октябре в городе Холме состоялась торжественная хиротония во епископы известного украинского деятеля и ученого профессора Ивана Ивановича Огиенко, принявшего незадолго до этого монашеский постриг с именем Иларион. Хиротонию совершали митрополит Дионисий, епископ Тимофей и архиепископ Пражский и Чешский Савватий, нарочито для сего прибывший в Холм. В тот же самый день хиротонии епископ Иларион был сразу же возведен в сан архиепископа. Новый архиепископ Холмщины сразу же начал проводить украинизацию вверенной ему епархии. В самом Холме была организована Духовная Консистория, исключительно из украинцев, в Богослужения была введена, так называемая, “украинская вымова”, в переданной в пользование украинцев конфискованной ранее немецкими властями одной из типографий начинается печатание на украинском языке Богослужебных книг, популярной религиозной литературы и сочинений самого архиепископа Илариона. Украинцам теми же немецкими властями был передан древний Пречистенский Собор в Холме, на горе короля Даниила, захваченный поляками в первые годы восстановления независимой Польши. В непродолжительном времени в городе Холме открылась и Православная украинская духовная Семинария, во главе которой был поставлен известный украинский церковно-общественный деятель протоиерей Евгений Барщевский. (К. Свитич…)

1940: 28 октября Италия объявила войну Греции.

1940: С осени в Японии вступил в силу новый закон, согласно которому иностранцы не имели права возглавлять религиозные организации. Митрополит Сергий (Тихомиров) лишился права руководить Японской Православной Церковью и был вынужден передать на Соборе 1940 г. временное управление Церковью одному из кандидатов в епископы, Арсению Ивасава Хэйкити. Он не был священнослужителем, и это вызвало недовольство верующих, расколовшихся на многочисленные группы, каждая из которых выдвигала своего кандидата в епископы. Группа, поддерживавшая Ивасаву, а это были в основном военные, после того, как он наотрез отказался стать Предстоятелем Церкви, выдвинула кандидатом в епископы протоиерея Иоанна Оно. В адрес временного управляющего делами Японской Церкви Арсения Ивасавы пришла телеграмма из Югославии от митрополита Анастасия (Грибановского), в то время первоиерарха Русской Зарубежной Церкви, о необходимости скорейшего назначения им главы Японской Церкви и беспромедлительного посвящения для этого должного кандидата. Митрополит Анастасий был однокашником Арсения Ивасавы по Санкт-Петербургской Духовной академии и, по-видимому, поддерживал с ним связь.

1940: После присоединения Латвии к Советскому Союзу латвийское духовенство через покаяние было принято в юрисдикцию Московской Патриархии. Митрополит Рижский Августин (Петерсон) ушел на покой.

1940: 4 нояб. в день Казанской иконы Божией Матери в Брюсельский собор пришли гестаповцы арестовывать архиеп. Брюссельского (Париж. экзархат) Александра (Немоловского), владыка отслужил литургию в продолжении которой пришедшие за ним ждали в корридоре, разоблачился и вышел к гестаповцам. Храм был полон, боясь возмущения народа, чтобы владыку не узнали, его переодели, нахлобучив на голову широкополую шляпу и в таком виде увезли в Гестапо. После допросов в наручниках и с нагрудной табличкой с надписью “Враг №2″ его перевели в тюрьму в город Аахен. Оттуда он попал в берлинскую тюрьму. Архиепископ Серафим (Ляде) (РПЦЗ) сумел вызволить владыку Александра (которого уже собирались расстрелять) из заключения, взяв его на поруки и поселив при русском храме в Тегеле, где он и пребывал до конца войны (М.Шкаровский. “Нацисты и русское церк. Зарубежье…”).

1940: 13 декабря. Послание Патриаршего Местоблюстителя Митрополита Московского Сергия Митрополиту Таллинскому и всея Эстонии Александру: “Ваше Высокопреосвященство!

В своем письме от 16 ноября Вы напоминаете, что Эстонская Церковь в свое время получила от Московского Патриарха автономию. В 1923 же году, желая иметь полную автокефалию, обратилась с ходатайством о том к Патриарху Константинопольскому. Ходатайство встретило благоприятный прием, однако, и Константинопольский патриарх смог учредить в Эстонии лишь независимую митрополию в юрисдикции Константинопольского патриарха, т. е. даровал, в сущности, тоже автономию, но с несколько большими правами. В результате Эстония лишь сменила одного Кириарха на другого: своего изначального и законного Кириарха Московского на приглашенного со стороны самими эстонцами и, неизвестно на каком основании, решившегося принять такое приглашение. Так как канонически достаточных оснований, которые оправдали бы такой разрыв с законным Кириархом, тогда не было, а разные политические соображения не оправдывали поспешности, с какой проведено было дело, то совершенная Эстонией перемена, пред судом предания нашей Христовой и Апостольской церкви, может быть оценена лишь как самочиние, раскол и неизбежно подпадает тем суровым прещениям, которыми наша Церковь карает в особенности неверность иерархии и клира, принятым ими обязательствам и обетам (напр. Двукр. 14—15 и мн. др.). Однако, едва ли можно сомневаться и в том, что вышеназванные прещения преследуют виновника лишь до тех пор, пока он пребывает в своем прежнем расположении: виновным себя пред Церковию не признает, свое деяние оправдывает и всего менее думает о восстановлении прежних отношений к своему Кириарху, столь незаконно порванных. Но если виновник внутренне уже и сам отказывается от своего деяния, сожалеет, что его совершил, готов исправить все его последствия, тем более, если просит принять его в прежние отношения и готов прекратить свои обращения к другому Кириарху,— такого виновника Св. Церковь встречает обычно словом Христовым: «Грядущего ко Мне не изгоняют вон.» В вашем письме Вы становитесь как будто на вторую из описанных выше позиций. Вы пишете не о тех Ваших наивысших достижениях, какие получены Вами ценою раскола со своим законным Кириархом и которые в данном деле, казалось бы, больше всего должны были бы Вас занимать. Наоборот, Вы просите о сохранении за Вами лишь автономии, дарованной Вам еще Московским патриархом, прежде чем обстоятельства и всякие внешние давления увлекли Вас в сомнительное предприятие с Константинополем. О последнем Вы как будто и забыли: вычеркнуть его совсем из Вашей истории, конечно, нельзя, но оно для Вас как будто уже не имеет никакой нормативной силы. В сущности, это равно полному отречению от главного, что нас разделило и теперь ставит в необходимость вести все эти переговоры о возобновлении между нами общения. Остается лишь пожелать, чтобы все эти предполагаемые мысли и настроения: и осознание канонической незаконности совершенного, и сожаление о том, что совершилось, и отречение от этого, и желание возвратиться в союз с Церковию-Материю, и желание и обещание оставаться в союзе навсегда,— чтобы все это нашло себе вполне ясное и определенное выражение в Вашем ответе на настоящее мое письмо. Лучше же всего Вам привезти свой ответ сюда лично, захватив, может быть, с собою и кого-нибудь из Ваших ближайших сотрудников. В помещении патриархии мы бы оформили восстановление между нами церковного общения (как это мы делали, напр., с представителями б. Польской автокефалии), а потом явили бы наше единение совместным служением Божественной Литургии в одном из храмов Москвы. Если надумаете приехать сюда, благоволите меня известить. Мы тогда пришлем вам официальный вызов в патриархию по делам службы и постараемся выхлопотать у здешних властей вам разрешение на проезд в Москву и обратно в Таллин. II.

Что касается возбужденных Вами конкретных вопросов: 1) вопрос о границах отпадает. Мы с Вами ничего здесь не можем ни убавить, ни прибавить. По общему правилу церковные границы следуют государственно-административным: так что если со временем будет признано необходимым расширить или сократить территорию Эстон. ССР, соответственно изменятся и ваши церковные границы. 2) вопрос об автономии я бы советовал теперь не ставить. Он только осложнит наше дело, а чего-либо практического, осязательно полезного, в частности, для Вашей Церкви не принесет. Прежде всего, теперь и оправдать такую для Вас привилегию довольно мудрено. Автономия понятна для Церкви, находящейся на территории независимого государства, но теперь мы вас принимаем как граждан нашего же Союза, во всем с нами равноправных. По какому же признаку мы выделим вас в особую группу? Национальный признак опять-таки не годится, потому что в Эстонии проживают, хотя и в меньшинстве, и русские православные, да и немало соседних национальностей. Главное же, отдельная да еще автономная Церковь (не епархия) потребует для себя довольно громоздкой и сложной организации (и периодические соборы, и постоянный синод, и высший церковный совет, и архиерейский собор, и по епархиям съезды и советы и пр.), и все это будет стоить не дешево. При союзе с государством финансовый вопрос разрешался для Церкви почти безболезненно. Теперь же совсем другое дело. К тому же и оправдать необходимость столь сложной и дорогой организации будет не так легко. В силу того же отделения Церкви от государства, добрых 9/10 дел, проходивших через наши церковные учреждения, теперь изъяты государством и переданы в свои государственные учреждения. У нас остается почти только область, так называвшегося непосредственного Архипастырского окормления, дела чисто канонические и пастырские. Теперь даже наши прежние учреждения епархиального масштаба кажутся излишне громоздкими и неудержимо стремятся к сокращению: архиерей, при нем два-три помощника духовных, из которых один заведует канцелярией, и слава Богу! Несомненно, и у Вас будет то же самое. Поэтому, лучше и не задаваться многим, а возвратиться к более скромному…Так как мы с Вами уговариваемся о мире, то прошу Вас с миром принять в свою систему и все, что сделано по Вашей епархии нами отсюда (мной и Владыкой-Митрополитом Елевферием)… В ожидании благоприятного от Вас ответа остаюсь преданный Вам Патриарший Местоблюститель Сергий Московский (Sedmitza.ru).

1940: 27 декабря на расширенном заседании Синода Эстонской Апостольской Православной Церкви было принято решение о восстановлении канонических отношений с Матерью Русской Церковью.

1940: 31 декабря в Вильно от менингита скончался митрополит Литовский Елевферий (Богоявленский).

 

Продолжение следует....

 

Страницы: 1 2 3

Вы можете оставить комментарий, или ссылку на Ваш сайт.

Оставить комментарий