Мюнхенский сговор: историческая реальность и современные оценки

Адольф Гитлер подписывает Мюнхенское соглашение после переговоров

Адольф Гитлер подписывает Мюнхенское соглашение после переговоров

Мюнхенская конференция четырех держав – Великобритании, Германии, Италии и Франции, состоявшаяся 29–30 сентября 1938 г., стала кульминацией политики попустительства гитлеровской агрессии, той политики, которая привела к развязыванию Второй мировой войны.

Как известно, нацистская Германия не удовлетворилась теми территориальными приобретениями, которые были ей предоставлены в Мюнхене. В марте 1939 г. части вермахта вступили в Прагу, Чехословакия была расчленена и утратила свою независимость. Был образован «протекторат Богемии и Моравии» во главе с немецким наместником, создано марионеточное Словацкое государство, территория Закарпатской Украины включена в состав Венгрии.

Следующим объектом агрессии стала Польша, которая до этого сама принимала деятельное участие в разделе Чехословакии, захватив часть Тешинской Силезии. С марта 1939 г. Польское государство оказалось в положении, сходном с тем, в котором находилась Чехословакия после захвата Германией Австрии: если ранее военная угроза исходила с севера и с запада, то теперь добавилась угроза с юга. Руководство гитлеровского рейха последовательно проводило свою стратегию «фазированной» агрессии, расправляясь со своими противниками поодиночке. Англия и Франция, отдавшие на растерзание агрессору Чехословакию, не оказали никакой помощи своему союзнику – Польше, когда 1 сентября 1939 г. она стала очередной жертвой Гитлера. Они ограничились формальным объявлением войны Германии, не предпринимая против нее каких-либо активных военных действий. Началась так называемая «странная война», в ходе которой поведение западных руководителей отчетливо показывало, что своим главным противником они по-прежнему рассматривают не гитлеровскую Германию, а Советский Союз.

Мюнхенская политика продолжалась, приведя в конце концов к военному поражению и оккупации Франции; вполне реальной стала перспектива захвата Великобритании. Только решительный отказ от этой политики, мобилизация всех антифашистских сил и создание антигитлеровской коалиции, ставшее возможным после нападения Германии на Советский Союз и начала Великой Отечественной войны, – только все это и спасло мир от «коричневой чумы». Банкротство мюнхенской политики делало актуальным и вопрос о формальной денонсации Мюнхенского соглашения 1938 г., открывшего путь к расчленению и ликвидации Чехословацкого государства. Наибольшие колебания в этом вопросе демонстрировало правительство Великобритании, более решительно действовало руководство сражающейся Франции во главе с генералом де Голлем, после выхода из войны Италии ее новое правительство также осудило Мюнхенское соглашение, одним из инициаторов которого был свергнутый дуче Муссолини. Дольше всех довольно двусмысленную позицию в отношении Мюнхена занимало правительство Федеративной Республики Германии. Лишь в 1974 г. договором между ФРГ и Чехословакией закончилась история Мюнхена, начавшаяся в сентябре 1938 г.

С чего же эта история, или вернее, предыстория начиналась?

Ее отправным пунктом можно считать выступление Гитлера на совещании с руководством вооруженных сил и дипломатической службы 5 ноября 1937 г. Как пишет его известный биограф, английский историк И. Кершоу, именно тогда немецкие военачальники «впервые получили ясное представление о мыслях Гитлера по поводу вероятного времени и обстоятельствах германской экспансии в отношении Австрии и Чехословакии»1. Как следует из записи хода совещания, сделанной полковником Ф. Хоссбахом, одним из адъютантов Гитлера, последний, охарактеризовав Англию и Францию как «заклятых врагов» Германии, заявил, что «нашей первой задачей должен быть разгром Чехии и одновременно Австрии»; при этом «фюрер полагает весьма вероятным, что Англия, а также предположительно и Франция втихомолку уже списали Чехию и согласились с тем, что когда-нибудь этот вопрос будет решен Германией»2. По сути, Гитлер озвучил как раз тот сценарий, который менее чем через год был реализован в Мюнхене. Некоторые западные историки ставят под сомнение подлинность высказываний фюрера на этом совещании, аргументируя это тем, что упомянутая запись, известная как «меморандум Хоссбаха», не является официальным протоколом совещания, составлена задним числом, спустя несколько дней после него, частично по памяти, что она не была просмотрена и верифицирована Гитлером. Высказывается также предположение, что этот документ, впервые представленный общественности американским обвинителем на Нюрнбергском процессе, подвергся некоей «правке» со стороны юристов США, которые работали над обвинением. Существует и такая версия, что немецкие военные либо не восприняли сказанное Гитлером всерьез, либо выступили против, что вызвало раздражение с его стороны, чем и объясняется нежелание знакомиться с документом, составленным его адъютантом. Из текста «меморандума Хоссбаха» действительно следует, что представители вермахта выражали сомнения в том, что Франция и Англия «уже списали» Чехословакию, что они отмечали «прочность чешских укреплений», которые «крайне затруднят наше наступление». Как бы то ни было, эти сомнения не помешали им заново отредактировать планы операций вермахта: если ранее они исходили из задачи обороны чехословацко-германской границы «в случае войны с Францией», то теперь речь шла о ведении «наступательной войны против Чехословакии с целью успешного решения проблемы жизненного пространства для Германии, даже в условиях, если та или иная великая держава выступит против нас»3.

Говоря о том, что реальные события в значительной мере пошли по сценарию Гитлера, не следует этот тезис абсолютизировать. В «меморандуме Хоссбаха» зафиксированы его «предвидения», что в 1938 г. начнется «франко-англо-итальянская война», что возможность «военного вмешательства России» (в случае германской агрессии) является «более чем сомнительным» фактором – «ввиду позиции Японии». Все это оказалось беспочвенными спекуляциями. Зато в другом отношении действительность даже превзошла его ожидания: Австрия была аннексирована не путем ее военного «разгрома», который должен был последовать одновременно с такой же акцией в отношении ЧСР, а раньше и по-иному – путем аншлюса с использованием «пятой колонны». Тот же метод было решено применить и против Чехословакии.

При этом по максимуму и довольно успешно была использована нерешенность национального вопроса, который Чехословацкое государство унаследовало от империи Габсбургов. В начале 1920-х гг. из 13,6 млн граждан новообразованного государства чешское население составляло менее половины (6,6 млн); следующей самой большой этнической группой были немцы (3,2 млн), затем следовали словаки (2 млн), венгры (0,7 млн), проживавшие в Закарпатской Украине русины (0,5 млн), евреи (300 тыс.), поляки (100 тыс.), а также представители других нацменьшинств – хорваты, цыгане и др. Период между провозглашением Чехословацкой республики 28 октября 1918 г. и подписанием Сен-Жерменского мирного договора 10 сентября 1919 г. был омрачен конфликтом между представителями немецкой диаспоры, многие из которых выражали желание войти в состав Австрии, и центральным правительством, которое применило против них военную силу. Роль ведущей силы в немецком сопротивлении играла местная Социал-демократическая партия, образованная в 1919 г. путем объединения партийных организаций Моравии, Богемии и Судетской Силезии. Лишь к середине 1920-х гг. было достигнуто своего рода примирение между немецкими политическими силами и пражскими властями. Однако с началом мирового экономического кризиса противоречия, в том числе на национальной почве, вновь обострились. Уровень безработицы в Судетской области превышал средненациональный (1/3 рабочей силы против 1/5 по стране). Судето-немецкие социал-демократы во главе с их новым лидером Венцелем Якшем попытались создать совместно с Немецкой христианско-социальной партией (НХСП) и Крестьянским союзом (КС) общую платформу борьбы за национальное равноправие в рамках существующей государственной структуры (использование немецкого языка в госучреждениях, прием немцев на работу в местную администрацию, субсидии немецким предпринимателям), и даже провели ряд массовых акций в защиту этих требований. Однако они все больше отставали от своих соперников в немецкоязычной диаспоре, которые выступали с более радикальными требованиями. Речь идет о «Судето-немецкой партии» (СНП) во главе с Конрадом Генлейном, которая и стала той «пятой колонной», которую Гитлер использовал для внутреннего подрыва Чехословакии и создания соответствующего международного фона для ее аннексии.

История возникновения СНП восходит к 1918 г., когда еще в рамках габсбургской монархии была создана организация под наименованием «Немецкая национал-социалистическая рабочая партия». Вполне вероятно, что именно это словосочетание стало образцом для Гитлера при окончательном выборе названия для своей партии (отличие было только в порядке слов и букв в акрониме: NSDAP вместо DNSAP). В Чехословакии DNSAP в 1932 г. попала под запрет, однако 1 октября 1933 г. она была воссоздана под маркой «Судето-немецкого отечественного фронта», а с апреля 1935 г. приняла свое окончательное название – «Судето-немецкая партия». На состоявшихся в мае того же года выборах СНП получила 63% голосов судетских немцев, а электорат социал-демократов, НХСП и КС сократился более, чем вдвое. После состоявшегося 13 марта 1938 г. аншлюса Австрии руководители НХСП и КС объявили о самороспуске своих партий и присоединении к СНП; единственной политической силой среди судетских немцев, представлявшей демократическую альтернативу генлейновцам, оставались социал-демократы, которые, однако, все больше теряли популярность.

Чем объяснялся этот сдвиг в настроениях и политической ориентации судетских немцев? Воронежский историк С.В. Кретинин обратил внимание на фактор отсутствия единства и потери ориентации в руководстве судето-немецкой социал-демократии как одну из причин ее политической неэффективности: сторонники прежнего лидера Л. Чеха восприняли его отстранение от руководства как антисемитскую акцию и интриговали против Якша, а последний, в свою очередь, пытался наладить, впрочем, безуспешно, контакт с лицами из окружения Генлейна4. Вероятно, эти сложные процессы в среде судето-немецких социал-демократов играли свою отрицательную роль, но все же не главную. Решающее значение имело значительное превосходство СНП в материальном обеспечении, обусловленное тем фактом, что, начиная с 1934 г., она стала получать крупные финансовые вливания со стороны Германии.

Определенную  роль играла и поддержка Генлейна со стороны Великобритании. В июле 1935 г. контакт с Генлейном установили британские спецслужбы. Их представитель, капитан (по другим данным, полковник) Грэхэм Кристи, бывший военно-воздушный атташе в Германии, неоднократно организовывал Генлейну визиты в Великобританию, в ходе которых тот встречался с такими видными деятелями интеллектуальной элиты, как Х. Сетон-Уотсон и А. Тойнби, дипломатами и политиками Р. Ванситтартом, Г. Никольсоном, У. Черчиллем. Указанные лица придерживались оппозиционных по отношению к правительству Чемберлена взглядов, и миссия Генлейна заключалась в том, чтобы убедить их в «умеренности» программы СНП. Эта пропаганда имела определенный успех: во время очередного визита в Лондон в мае 1938 г. (когда кризис в германо-чехословацких отношениях уже был в разгаре) он сумел убедить Черчилля, что ситуация в Чехословакии аналогична той, что была в Великобритании в 1913 г., когда ирландцев обманули, не предоставив им «гомруль»5, что привело к восстанию и выходу Ирландии из Соединенного Королевства; в своей речи в Палате общин 3 июня 1938 г. Черчилль буквально повторил аргументы Генлейна6.

Примечания:

1.  Kershaw I. Hitler. 1936–1945: Nemesis. London, 2000. Р. 49.
2.  Документы и материалы кануна Второй мировой войны, 1937–1939. Т. 1. М., 1981. С. 27, 30.
3.  Kershaw I. Hitler. Р. 51.
4 Кретинин С.В. «Единый фронт между красным и черным»? К вопросу о контактах между немецкими правоконсервативными силами и судето-немецкими социал-демократами в 1937–1938 гг. // Консерватизм в России и мире / Отв. ред. А.Ю. Минаков. Ч. 3. Воронеж, 2004. С. 107–119.
5 Гoмруль (англ. Home Rule – «самоуправление») – движение за автономию Ирландии на рубеже XIX–XX вв. Предполагало собственный парламент и органы самоуправления при сохранении над островом британского суверенитета, то есть статус, аналогичный статусу доминиона.
6 Robbins K. Konrad Henlein, the Sudeten Question and British Foreign Policy // Historical Journal. 1969. No. 4. P. 674–692.

Страницы: 1 2 3 4 5

Вы можете оставить комментарий, или ссылку на Ваш сайт.

Оставить комментарий