На пути к утверждению концепции «Москва – Третий Рим»

Москва – реально «Третий Рим»?

Вместе с тем, как подчеркивается рядом исследователей, в период Ивана III проявились важные факторы в идеологическом обосновании «прав» Руси на Византию, проявившиеся в формировании концепции «Москва — Третий Рим». Под идеей подразумевается обоснование особого религиозно-политического значения той или иной страны как преемницы Римской империи (легитимация притязаний на преемственность по отношению к Византии). («Москва – Третий Рим»). Правда, немало экспертов предполагают «сложение» этой нити в значительно позднее время, когда мощнейшей геополитической парадигмой высветились русско-османские (в советской историографии – турецкие) войны.

На первое место в данном ряду обычно ставится введение Зосимы (в период его возглавления митрополичьей кафедры) к «Изложению пасхалии» (1492 г.). Хотя начальным шагом в акцентах этого рода можно посчитать некоторые тонкости отмеченных выше московских переговоров 1490 г. Тогда представители Максимилиана I озвучили вопрос, доведенный до Ивана III: «Есть ли твоя воля дать своя дочка» за «Максиміана за короля?». Московский князь велел передать послу Юрию Делатору, что он «дочерь свою за твоего государя хочетъ дати», но ведь Иван III «греческого закона, а онъ римского». Вслед за чем высказал желание услышать, готов ли Максимилиан предоставить «свою грамоту утверженую за своею печатью», чтобы княжна «была в греческом законе, и церковь бы у нее была греческая и священники и весь закон греческий неподвижно и до живота?». Делатор обещал довести вопрос до короля, но разговор развития не получил15.

В рассматриваемом нами аспекте важен не столь акцент на предложение о бракосочетании, сколь высвечивание Иваном III себя перед европейцами (через фактор дочери) истинно православным (без каких-то униатских поползновений). Конечно же, не исключено внесение этой линии в летописи позже, когда государи реально нацелились на Константинополь. С другой стороны, — демонстрация православного лидерства Москвы параллельно могла преследовать цель выбивания православных козырей у литовцев. Немало авторитетных князей из ВКЛ, позиционируя себя истинной и основной православной силой, ратовали за первенство Литвы в объединении «всея Руси». И если даже путем мирного «воссоединения» с Москвой, но не при ее старшинстве.

Возвращаясь к Зосиме отметим, что, в преломление к концепции, он говорил о прославлении Богом «сродника» — крестителя Руси Владимира, «иже в православии просиавшего, благовернаго и христолюбивого» Ивана III, "государя и самодержца всея Руси, новаго царя Констянтина новому граду Констянтину — Москве и всей Русской земле и иным многим землям государя"16.

Наречение правителя Руси «новым Константином», а определение Москвы и земли Русской «новым градом Константина» фактически протягивало политико-духовную связующую нить преемственности между православной Византией и Русью, демонстрируя последнюю единственным реальным православным центром мира.

Следующим пунктом в ряду «обоснований» правопреемничества Руси на Византию чаще всего преподносится новгородское сочинение «Повесть о белом клобуке» (православная линия о чудесном появлении на Руси монашеского головного убора).

В середине XIV в. в истории Руси произошло реальное историческое событие: Константинопольский патриарх прислал архиепископу Новгородскому и Псковскому Василию Калике кресчатые ризы и белый клобук. В сочинении этому событию придается оттенок предназначения Руси особой роли в планетарном масштабе (с конфессиональной точки зрения). В частности, отражается предание о происхождении белого клобука от византийского императора Константина Мономаха, вручившего его Римскому папе Сильвестру в качестве символа высшей церковной власти. Спустя несколько веков один из его преемников, ввиду чудесного явления ему, переслал клобук в Константинополь. Идентичным путем головной убор, посредством патриарха Филофея, оказался в Новгороде.

Вслед за чем «Повесть» детализирует, что после падения первого Рима и второго (Константинополя) только «на Руской земли, благодать Святаго Духа восия». Мало этого, «вся християньская царства приидутъ в конецъ и снидутся во едино царство Руское, провославия ради». Далее говорится о полной самостоятельности в перспективе Русской церкви с установлением собственного патриаршества, при параллельном обретении государями царского титула властвования над многими народами. Эта страна «наречется светлая Росия, Богу тако извольшу прославити тацеми благодарении Рускую землю и исполнити православия величество и честнейшу сотворити паче первых сих».

Правда, тонкость тут – в грамотном пробитии авторами повести мысли о главе русской церкви в лице новгородского епископа: если «изволением» Констянътина (подразумевается византийский император Константин Мономах) "царьский венец дан бысть рускому царю: белыи же сей клобук изволением небеснаго царя Христа ныне дан будет архиепископу великаго Новаграда, и кольми сии честнее оного, понеже архангельскаго чина есть царьский венец, и духовнаго суть"17.

Естественно, и на идеологическом поле Москва не могла оставить «вольности» Великого Новгорода, посему следом за «новгородским» клобуком рождается: «Сказание о князьях Владимирских» (годом появления которого большинство историков считают 1498-й). «Сказание» включает в себя цикл сочинений, посвященных происхождению великих князей Владимирских и Московских, в т. ч. «Послание о Мономаховых дарах» Спиридона-Саввы. Этот самый Спиридон, монах Афонского монастыря, в 1475 г. был рукоположен Константинополем в митрополита Киевского и всея Руси. Однако, Аеликий князь Литовский Казимир отказался признать это решение, как вследствие его принятия вне участия литовской паствы, так и с учетом поставления еще при жизни нареченного митрополита Киевского Мисаила.

«Сказание» проводит мысль о происхождении великих князей от брата римского императора Августа по имени Прус, родственника Рюрика. Четвертое колено от него — просветиший «Русскую землю святым крещением» князь Владимир. На аналогичном расстоянии от последнего — правнук Владимир Мономах, считавший, что «Божьей милостью» наследовал «престол своих прародителей», являясь наследником «той же чести от Бога». Согласно произведению, получил он царские регалии от византийского императора Константина Мономаха18.

Происходили данные идеологические выкладки на тему «особой» роли Руси на фоне использования Иваном III в 1497 г. византийского герба в качестве эмблемы государства (печать).

Сменивший на московском троне Ивана III – Василий III – в 1514 г., «по благословленью» митрополита Московского и всея Руси Варлаама, «велел» обновить «и красити икону владимерскую пречистый владычица нашея богородица». Это был символический жест, т. к. речь шла об иконе Божией Матери, которую, согласно летописи, «написа святый апостол и евангелист Лука»19.

Она являлась одной из двух, в 1131 г. доставленных в Киев из Константинополя (патриархом Лукой Хризовергом) и подаренной Юрию Долгорукому. В XII веке эту икону Андрей Боголюбский перенес из Вышгородского монастыря во Владимир. В XIV в. Василий I перебазировал ее в Москву, что якобы поспособствовало недопущению разгрома города Тимуром20.

Тем самым, Василий III продолжил политику идеологического «обоснования» сакральной связи Руси с Византией. Не за горами был и этап принятия московскими князьями царского титула.
Примечание:

1.Игумен Иосиф Волоцкий. Сказание о новой ереси новгородских еретиков: Алексея протопопа, Дениса попа, Федора Курицына и других, то же исповедующих
2.Протоиерей Георгий Флоровский. Пути русского богословия. Часть I История русского богословия. Его становление
3.Вениамин, монах-доминиканец
4.Послание Геннадия Иоасафу
5.Летописный сборник, именуемый Патриаршею или Никоновскою летописью
6.Дамаскин Иоанн. О ста ересях вкратце. Откуда они начались и от чего произошли
7.Львовская летопись, ч. 1
8.Хроника Быховца
9.Сергей Панасенко. Появление двуглавого орла в России, Византии и Германии
10.Новгородския и псковския летописи
11.В.В. Кусков. История древнерусской литературы
12.Вениамин. Собрание на лихоимцев
13.Софийския летописи
14.Н.И. Костомаров. Русская история в жизнеописаниях ее главнейших деятелей
15.Приезд, в 1490 году, в Москву Юрия Делатора, посла Короля Римского Максимилиана, переговоры с ним и отправление обратно. Документ помещен в: «Памятники дипломатических сношений c Империею Римскою. Том I. С 1488 по 1594»
16.Цит. по: Александр Гольдберг. К предыстории идеи «Москва — третий Рим».
17.Повесть о новгородском белом клобуке
18.Сказание о князьях Владимирских
19.Постниковский летописец
20.См. подр.: а/Тюркские корни Москвы Или эпизоды истории Руси XII века
б/Кому Русь обязана своим возвышением? Часть IV

Источник

 

Страницы: 1 2 3 4

Вы можете оставить комментарий, или ссылку на Ваш сайт.

Оставить комментарий