Об имперском государственном устройстве Древней Руси X-XI вв

Горин Алексей Гаврилович

 Распространено мнение, что история империи в России начинается с XVIII в., когда Сенат преподнес Петру I титул императора, а европейские государства признали Российскую империю. Между тем титул императора в России возник гораздо позже появления империи. В зарубежной историографии рождение империи обычно относят к XVI веку1. Эта точка зрения находит признание и в отечественной исторической науке2. В действительности имперская форма государственного устройства имела в России гораздо более глубокие корни: имперские черты были свойственны и Киевской Руси, она являлось сложносоставной политией имперского типа. При этом имперская природа Древнерусского государства не была предметом специального анализа3.

Исследователи давно заметили сходство процессов возникновения государства на Руси, в скандинавских странах, а также в Польше и Чехии4. Но было и поразительное различие, которое, однако, обычно воспринимается как нечто само собой разумеющееся. Уже на рубеже IX-X вв. начали вырисовываться контуры державы, явно превосходившей по своей территории масштабы обычного государства того времени. В период расцвета Древнерусского государства его площадь превышала 1 млн. кв. км и была сопоставима с размерами Каролингской, а также Византийской империй5.

Нередко называют Древнерусское государство федерацией6. Но могла ли органически, путем согласительных процедур, вырасти и длительное время существовать федерация такого масштаба с населением в 4,5 — 5 млн. человек в период раннего Средневековья? Кажется, история не знает подобных примеров. Иное дело империя. Имперская форма политической интеграции больших пространств — обычное явление и в древности, и в Средние века.

Как объяснить, что у восточных славян сложилась гигантских размеров империя? Вряд ли империя была нужна для "содействия первичным процессам феодализации"7 — уж слишком умозрительным кажется этот довод. Если же исходить из того, что территориальная конфигурация Руси определялась речным коммуникационным «костяком», связывавшим Европу с Востоком и Византией8, тогда становится очевидной и ключевая функция древнерусской империи — обеспечение трансконтинентальной торговли, в которой Русь выступала в роли участника и транзитера.

Обширная территория Древней Руси формировалась путем постоянной экспансии. На это обращал внимание еще К. Маркс, когда писал "о непрерывном процессе расширения ее территории в IX-XI столетиях"9. Сообщениями о военной экспансии первых киевских князей, покорении и «примучивании» ими племен и народов изобилует Повесть временных лет. Государство, образованное в результате завоеваний, в теории государства и права принято называть империей10.

Империя предполагает наличие центра и периферии (метрополии и колоний), отношения между которыми имеют асимметричный и неравноправный характер. Если центром, «ядром» (Kernland) Каролингской державы была территория франков между Маасом и Мозелем в области среднего Рейна11, то политическим и территориальным «ядром» империи Рюриковичей являлась "Русская земля"12 в Среднем Поднепровье — Киев, Чернигов, Переяславль с прилегающими к ним землями. Историки говорят о "Полянском этнографическом облике «Русской земли»"13.

Политическое доминирование «Русской земли», небольшой полянской народности над другими восточнославянскими «народцами» (славиниями, по выражению византийского императора Константина Багрянородного), а также над неславянскими племенами («иными языками») во многом объясняется тем, что во главе «Русской земли» встали варяжские князья и их дружинники (русы) — прославившиеся на всю Европу профессиональные воины. Военное превосходство Полянского «центра» над обширной периферией хорошо прослеживается по источникам.

Первоначально власть «Русской земли» над «примученными» племенами и народами выражалась в обложении их данью, периодическом участии данников в войнах с противниками киевских князей. В остальном данники сохраняли автономию.

В исторической литературе до сих пор заметно стремление рассматривать дань в Киевской Руси в политэкономическом контексте феодализма: она была якобы ничем иным как феодальной рентой, взимаемой верховным собственником всех земель — государством. По-видимому, прав И. Я. Фроянов, отмечавший, что дань в Киевской Руси есть выражение "военно-политического господства полянской общины над другими общинами, а не поземельной зависимости данников от государства"14.

На взгляды Фроянова об общественном и политическом строе Древней Руси оказали влияние некоторые достижения этнографии, в частности, наблюдения А. И. Першица о дани как архаической форме эксплуатации, отличающейся, с одной стороны, от податей, налогов с подданных, с другой — от контрибуций с побежденных. По Першицу, дань — это разновидность межобщинной эксплуатации, состоящей в долговременном, регулярном отчуждении прибавочного продукта не со своей собственной, а с покоренной чужой общины, остающейся при этом более или менее самостоятельной15. При этом Першиц и ряд других исследователей связывают данничество с предгосударственным состоянием общества, с так называемыми потестарными образованиями.

Мнение о несовместимости данничества с государством является спорным. Хотя некоторые общества не знали частной эксплуататорской собственности на средства производства и общественных классов, государственность уже существовала. По мнению Н. Н. Крадина, к ранним государствам, основанным на данническо-редистрибутивной эксплуатации, относилась Киевская Русь. Государственность, основанная на данничестве, допускает политическую интеграцию данников и получателей дани в форме империи16.

Империи, подобные древнерусской, не являются централизованно-бюрократическими. Они относятся к империям, где преобладают непрямое правление, непрямые методы контроля центра над периферийными сообществами. Удачное определение такой империи дает Ч. Тилли. В ней центральная власть держит под военным и фискальным контролем каждый существенный сегмент своего домена, "но терпит два важнейших элемента непрямого правления: 1) сохранение или установление особых соглашений о правлении в каждом сегменте; 2) осуществление власти через посредников, которые пользуются значительной автономией в своих собственных доменах за послушание, дань и военное сотрудничество с центром"17.

Превращение древнерусской империи в патримониальную империю Рюриковичей во второй половине X в., хотя и свидетельствовало о более тесной интеграции имперского пространства, принципиально не изменило государственное устройство Киевской Руси. Методы непрямого управления зависимыми территориями18 с опорой на местную знать сохранялись и тогда, когда ее возглавляли Рюриковичи. При этом неславянские земли не имели самостоятельных русских княжеских столов, а шли, как правило, в придачу к русским (славянским) землям — уделам19.

Таким образом, во времена Владимира I и Ярослава Мудрого сформировался разнородный династический конгломерат — управляемая Рюриковичами огромная иерархическая империя, в которой «иные языки» платили дань Руси, периферийная Русь в свою очередь находилась в даннических отношениях со своим центром — полянской «Русской землей». Эту ситуацию довольно точно отражало предание о предсказаниях хазарских старейшин: полянам-де суждено собирать дань с разных земель. "И сбылось все это, — написал летописец, живший в начале XII в., — ибо не по своей воле говорили они (хазарские старейшины. — А. Г.), но по Божьему повелению"20.

Историки, отрицающие имперский характер Древнерусского государства, ставят под сомнение распространенное в науке представление о полиэтничности его населения. По мнению Горского, Киевская Русь типологически ближе к моноэтничным европейским государствам Средневековья21. Ход его мыслей таков: если империя — это конгломерат разных племен и народов, находящихся под одной властью, то серьезных оснований видеть в Киевской Руси государство имперского типа нет.

Конечно, в этническом отношении империя Рюриковичей была более однородной, чем, скажем, та же империя Каролингов. Однако говорить, хотя бы и с оговорками, о моноэтничности Древней Руси, особенно Руси X-XI вв., не приходится.

Вызывает сомнения тезис о моноэтничных европейских государствах Средневековья, к которым якобы типологически близка Древняя Русь. Известно, что едва ли не все средневековые государства Европы, в особенности крупные (Франция, Испания, Германия и др.) не были таковыми. Более того, полиэтничность, политическое доминирование одних этнических групп над другими придавали многим государствам черты своеобразных малых империй, в которых легко обнаружить традиционные для империй метрополии и периферии22.

Примечания:

1. КАППЕЛЕР А. Россия — многонациональная империя. М. 1997, с. 20; КАРРЕР Д'АНКОС Э. Евразийская империя. М. 2007; ХОСКИНГ Дж. Россия: народ и империя (1552 — 1917). Смоленск. 2000.
2. См., например: ГОРСКИЙ А. А. Русское средневековье. М. 2010, с. 90.
3. Лишь А. А. Горский сделал попытку доказать, что Киевская Русь не была имперским государством (ГОРСКИЙ А. А. Русь. От славянского расселения до Московского царства. М. 2004, с. 115 — 120).
4. ШАСКОЛЬСКИЙ И. П. Возникновение государства на Руси и в Скандинавии, (черты сходства). В кн.: Древнейшие государства на территории СССР. 1985. М. 1986, с. 96.
5. Территория империи «должна быть существенно больше, чем средняя, для данной эпохи и данного региона, территория государства» (КАСПЭ С. И. Империя: генезис, структура, функции. — Полис, 1997, N 5, с. 33).
6. См., например: НОВОСЕЛЬЦЕВ А. П. Образование Древнерусского государства и его первый правитель. — Вопросы истории, 1999, N2 — 3, с. 15.
7. РЫБАКОВ Б. А. Киевская Русь и русские княжества. М. 1993, с. 473.
8. Как писал А. В. Назаренко, «именно на этот коммуникационный „костяк“ наросла „плоть“ Древнерусского государства» (НАЗАРЕНКО А. В. Древняя Русь на международных путях. М. 2001, с. 114).
9. МАРКС К. Разоблачения дипломатической истории XVIII в. — Вопросы истории, 1989, N 4, с. 3.
10. КАШАНИНА Т. В. Происхождение государства и права. М. 2004, с. 132 — 133. См. также: ГАТАГОВА Л. Г. Империя: идентификация проблемы. В кн.: Исторические исследования в России. Тенденции последних лет. М. 1993, с. 338.
11. ТЕГАН. Деяния императора Людовика. СПб. 2003, с. 139.
12. НАСОНОВ А. Н. «Русская земля» и образование территории Древнерусского государства. СПб. 2006, с. 31.
13. Древнерусские княжества X-XII вв. М. 1975, с. 67.
14. ФРОЯНОВ И. Я. Рабство и данничество. СПб. 1996, с. 375.
15. Там же, с. 271; АЛЕКСЕЕВ В. П., ПЕРШИЦ А. И. История первобытного общества. М. 1990, с. 273, 278 — 279.
16. КРАДИН Н. Н. Политическая антропология. М. 2004, с. 185 — 186; ЕГО ЖЕ. Кочевые общества. Владивосток. 1992, с. 171 — 172.
17. Цит. по: Наследие империй и будущее России. М. 2008, с. 33 — 34.
18. Теперь это были главным образом княжества-уделы, не совпадавшие с прежними славянскими «племенными» территориями. Типологически новые территориальные единицы в империи Рюриковичей были близки к королевствам-уделам (Teilreiche) в империи Каролингов.
19. Древнерусское государство и его международное значение. М. 1965, с. 81.
20. ПВЛ. СПб. 2007, с. 148.
21. ГОРСКИЙ А. А. Русь, с. 120.
22. СУНИ Р. Г. Империя как она есть: имперский период в истории России, «национальная» идентичность и теории империи. В кн.: Национализм в мировой истории. М. 2006, с. 41.

Страницы: 1 2

Вы можете оставить комментарий, или ссылку на Ваш сайт.

Оставить комментарий