Православная Румынская Церковь в 1918—1950 годах (продолжение)

Заседания открылись вступительной речью Патриарха, затем длинную речь произнес премьер-министр П. Гроза, огласивший декрет правительства о возвращении на свои приходы всех священников, уволенных в результате чистки, кроме тех, кто бежал в Германию и до сих пор не вернулся (еще 19 августа 1945 г. вышел указ об освобождении из лагерей священников, арестованных за антиправительственную деятельность). Кроме того, были заслушаны доклады о связи Румынской Церкви с другими Церквами, прежде всего с Русской, о роли Церкви в восстановлении государства, о положении других вероисповеданий в стране. В заключение конгресс принял устав Союза священников-демократов и избрал его ЦК в составе министра культов о. Константина Бурдучи и 7 священников120.

К концу 1945 г. численность Союза священников-демократов выросла до 880 священников и 1 тыс. диаконов. Союз сумел привлечь значительную часть сельских священников к участию в осуществлении аграрной реформы, они разъясняли прихожанам ее значение и оказывали содействие сельским комитетам. Однако деятельность Союза все же вызывала сопротивление многих священнослужителей. Так, в донесении политуправления Южной группы советских войск «О положении Румынской Православной Церкви в Олте- нии» от 19 декабря 1945 г. сообщалось, что в этой области членами компартии являются только 5 священников, а «большая часть священнослужителей Олтении реакционна. Даже среди младших священнослужителей в Олтении мало демократических элементов. Старые священники были связаны с “историческими партиями” и не освободились от их влияния... Сам Патриарх Никодим... недоброжелательно относится к демократизации церковного аппарата. Он противился, например, созданию Союза демократических священников. Министерство культов старается на руководящие церковные посты посадить священников — сторонников Национально-демократического фронта. Несмотря на трудности в смещении священников с должностей, министерству культов удается постепенно назначать в важнейшие приходы сторонников правительства П. Гроза. Демократическое влияние почти не проникло в одно из важных звеньев церковной системы — монастыри, которые продолжают быть очагами церковной реакции. В руках реакционного духовенства находится большая часть духовных учебных заведений Олтении, крупнейшие из которых — духовные лицеи при монастырях в Быстрице и Ге- ресе. Только духовная семинария в Рымнику-Вылче находится под контролем священников-коммунистов и является центром подготовки демократических священнослужителей»121. Правительство П. Грозы, с одной стороны, пыталось поднять свой авторитет среди духовенства, например, в конце 1945 г. существенно повысило его оклады — до 60-120 тыс. лей в месяц, а с другой — стремилось ограничить влияние Церкви. В частности, был принят закон, по которому права преподавателей религии в школах оказались сильно урезаны, а количество учебных часов Закона Божия сведено до минимума (2 часа в неделю).

В январе 1946 г. духовенство и миряне Румынской Церкви торжественно праздновали тройной юбилей Патриарха Никодима: 80-летие со дня рождения, 50-летие служения в священном сане и 7 лет Патриаршего служения. Его приезд в Москву намечался в мае того же года, но был отложен под предлогом болезни Патриарха, хотя, по мнению Совета по делам Русской Православной Церкви, главную роль в этом решении сыграло влияние англичан и американцев. Весной 1946 г. в Румынии вновь побывал проездом в Югославию епископ Сергий (Ларин), а в октябре он же сопровождал Патриарха Никодима из Бухареста в Москву122.

Визит в СССР Патриарха Никодима вместе с наиболее влиятельными румынскими иерархами епископом Орадиевским Николаем, епископом Васлуйским Юстинианом (будущим Патриархом) и другими членами делегации состоялся 27 октября — 1 ноября 1946 г. В интервью, данном вскоре после прибытия в Москву для Совинформбюро, Патриарх сказал: «Отношения между нашими Церквами начались более 500 лет тому назад, со времени (получения) первых русских рукописей, которые содержали в себе обрядовые указания и литургийные службы на церковнославянском языке. Киев был центром, откуда к нам доставлялись духовно-поучительные книги. Москва стала вторым центром для распространения православной богословской на уки»123. Далее Патриарх Никодим говорил об укреплении спасительной для Румынской Церкви дружбы с русским православным народом в последнее время. Выступил и епископ Николай. Описав страдания своей паствы в период венгерской оккупации Северной Трансильвании, он подчеркнул, что

«когда натиск врагов был особенно силен, то пастыри наши... обращались к Русской Церкви и помощь, быстрая и сильная, всегда была ответом»124.

В ходе переговоров была достигнута договоренность, что Румынская Церковь не примет участия в экуменическом движении «ввиду его ярко выраженного политического характера», и Московской Патриархии передадут храм в Бухаресте для организации подворья. Согласно докладной записке Карпова в Совнарком от 12 ноября 1946 г., «Патриарх Никодим и участвовавшие в беседе румынские епископы Николай и Юстиниан высказывали также мысль о том, что Москва должна стать центром православия, а Русская Православная Церковь возглавить борьбу с католичеством. При этом они дали согласие принять участие в 1947 г. в совещании православных Церквей славянских государств для обсуждения этой проблемы. В знак согласия с позицией Русской Православной Церкви в отношении Ватикана Патриарх Никодим подписал обращение «К христианам всего мира», выпущенное в феврале 1945 г. от имени глав и представителей всех автокефальных Церквей, присутствовавших на Поместном Соборе православной Церкви, и направленное против политики Ватикана. Представители Румынской Православной Церкви и, в частности, генеральный секретарь министерства культов [протоиерей Иоанн] Васка заявили также, что они будут добиваться от своего правительства разрыва конкордата с Ватиканом, и высказали уверенность, что это им удастся сделать»125.

Кроме того, участники переговоров обменялись мнениями о целесообразности взаимной посылки 4-5 студентов в духовные учебные заведения Советского Союза и Румынии на 1947/48 учебный год, и Патриарх Никодим пригласил Патриарха Алексия и Г. Г. Карпова нанести ответный визит весной или летом 1947 г. Перед отъездом члены делегации передали для публикации в печати отзыв о своем пребывании в СССР, в котором говорилось: «Наше посещение Москвы дало нам возможность видеть и констатировать великую истину: культура и цивилизация, создаваемые и совершенствуемые в Советском государстве при поддержке правительства во главе с гениальным вождем Генералиссимусом Сталиным, находятся на такой высоте, что вызывают восторг и восхищение всего мира»126. По случаю посещения делегацией Румынского Патриархата Советского Союза в Румынии был издан специальный сборник.

При всех достигнутых договоренностях итог визита оказался неоднозначным. Вопрос возвращения церковных ценностей, вывезенных из Бессарабии, Буго-Днестровского междуречья и Северной Буковины и скрываемых в монастырях Румынии, на переговорах затронут не был. Позиция Патриарха Никодима также оставалась двусмысленной. Епископ Орадиевский Николай (Попович) в конфиденциальной беседе с помощником Карпова Блиновым заявил: «...а) что Патриарх Никодим является сторонником реакционных кругов православной Церкви Румынии, и сделанные им официальные заявления не соответствуют его действительным настроениям; б) что Патриарх Никодим длительное время уклонялся от поездки в Советский Союз под предлогом болезни и старости, и только под влиянием румынского правительства и настоянию со стороны д-ра Петру Гроза согласился нанести визит Московскому Патриарху Алексию; в) что он запрещал сопровождавшему его духовенству принимать участие в богослужениях и выступать с проповедями в московских церквах, а пребывание в Москве ограничил 5 днями, несмотря на возражение со стороны и членов делегации, и румынского посла Иордана»127.

Однако после возвращения в Бухарест Патриарх Никодим все же оказал существенную помощь возглавляемому коммунистами Национально-демократическому фронту в подготовке к парламентским выборам, которые состоялись 19 ноября. В докладе в ЦК ВКП(б) об итогах работы за 1946 г. Карпов подчеркнул, что в разгар борьбы в Румынии духовенство активно поддержало сторонников социалистических преобразований: «Это особенно сказалось во время последних выборов в парламент, когда Румынская Православная Церковь, по указанию Никодима, только что вернувшегося из Москвы, во многом способствовала победе демократического фронта»128. Не случайно Патриарха Алексия и Г. Г. Карпова наградили орденами «Звезда Румынии», причем это награждение было одобрено 23 декабря 1946 г. специальным постановлением Политбюро ЦК ВКП(б)129.

Ответный визит Патриарха Алексия в Румынию прошел с 29 мая по 11 июня 1947 г. Он был связан прежде всего с подготовкой намеченного на осень этого года Всемирного Православного Собора в Москве. Делегация Русской Церкви, в которую также входили митрополит Ленинградский и Новгородский Григорий (Чуков), архиепископ Дмитровский Виталий (Введенский) и еще 5 священнослужителей, помимо Патриарха Никодима встречалась с румынским королем Михаем, премьер-министром П. Грозой и министром культов Раду Рошкулецем. В состав делегации должен был войти председатель Совета по делам Русской Православной Церкви Г. Г. Карпов, но из-за болезни он остался в Москве130. При встрече Московского Патриарха в Бухаресте 1 июня Патриарх Никодим заявил: «Мы перенесли жестокую войну, но в тяжелую годину мы встретили дружбу и полное понимание со стороны советской армии и русского народа»131.

Теплый прием ожидал Первосвятителя и в других городах Румынии: Клуже, Сибиу, Симмерии, Деву, Тимишоаре, Сучаве, Куртя де Арджеше и Яссах. Так, митрополит Трансильванский Николай (Балан), встречая Патриарха Алексия 5 июня в Сибиу, в своей приветственной речи сказал: «Благодарю через Ваше Святейшество русский народ и за недавнюю помощь, которую... оказали нам для присоединения Северной Трансильвании как природной части Румынии к телу нашей страны. Не забудем никогда этого благородного акта, которым с большими человеческими жертвами народ, пасомый Вашим Святейшеством, освободил часть наших духовных чад из горнила тяжелых страданий». Подобную же речь произнес на следующий день при встрече Московского Патриарха в соборе города Тимишоары епископ Тими- шоарский Василий132. В Клуже Патриарха Алексия встречали представители не только православного духовенства, но и католической, кальвинистской Церквей и иудейской общины.

Церковные традиционалисты надеялись на содействие Московского Патриарха в вопросе об отмене заключенного в 1927 г. конкордата с Ватиканом. Правая же оппозиция поддерживала это требование, рассчитывая вовлечь просоветское правительство в очередной конфликт с Западом. Поэтому почти все румынские газеты поместили положительные материалы о визите главы Русской Церкви. Во время пребывания в Бухаресте Патриарх Алексий посетил армянскую и греческую церкви и присутствовал при открытии Института русской культуры133.

В ходе визита не без труда удалось добиться согласия Румынской Патриархии на участие во Всеправославном Соборе в Москве (который, впрочем, так и не состоялся). В справке, подготовленной отделом балканских стран МИД СССР по итогам поездки, отмечалось: «Необходимо сказать, что это согласие было прямо-таки вырвано у Никодима. Во время приема у Румынского Патриарха Алексий сказал о своем решении собрать съезд всех православных Церквей в Москве осенью этого года для того, чтобы выработать общий план действий против врагов православия. После него выступил премьер-министр Петру Гроза, речь которого была направлена против католичества и экуменического движения... Он призвал к организации против католичества общего фронта. После этого Патриарху Никодиму ничего не оставалось, как дать свое согласие на участие Румынской Церкви в Московском совещании. Он сказал: “Мы должны считаться со всем сказанным нашим премьером г. Гроза. Будем уверены в успехе этого дела. Бог да будет нам в помощь”. После Гроза выступил министр культов. Раду Рошкулец. Рош- кулец заявил о своем намерении незамедлительно созвать Святой Синод, на котором наметить делегацию на указанный съезд»134.

В целом же результатом визита стала дальнейшая нормализация отношений Румынской и Русской Церквей. Летом 1947 г. Московскому Патриархату было возвращено здание русской посольской церкви свт. Николая, освященной после ремонта 21 ноября 1948 г. в присутствии нового Румынского Патриарха Юстиниана и представителей посольства СССР. Настоятелем храма был назначен протоиерей Павел Статов135.

Примечания:

100. Власть и Церковь в Восточной Европе. Т 1. С. 96-97.
101. Православие в Молдавии. С. 112-113; ГА РФ, ф. 6991, оп. 1, д. 70, л. 4-5.
102. Скурат К. Е. Указ. соч. С. 228; он же. Румынская Православная Церковь // Журнал Московской Патриархии (далее — ЖМП). 1974. № 1. С. 53.
103. Известия. 1945. 18, 21 февраля.
104. ГА РФ, ф. 6991, оп. 1, д. 70, л. 7, 16, 105-115 об.; Васильева О. Ю. Русская Православная Церковь в политике Советского государства в 1943—1948 гг. М., 1999. С. 161.
105. ГА РФ, ф. 6991, оп. 1, д. 149, л. 150-151.
106. Там же, д. 70, л. 30-35.
107. Письма Патриарха Алексия I в Совет по делам Русской Православной Церкви при Совете народных комиссаров — Совете министров СССР. 1945—1970 гг. / Под ред. Н. А. Кривовой, отв. сост. Ю. Г. Орлова, сост. О. В. Лавинская, К. Г. Лященко. Т. 1. М., 2009. С. 48; Православие в Молдавии. С. 115-116.
108. Православие в Молдавии. С. 116-119; ГА РФ, ф. 6991, оп. 1, д. 70, л. 29-30 об.
109. Русская Православная Церковь: XX век / А. Л. Беглов, О. Ю. Васильева, А. В. Журавский и др. М., 2008. С. 366; Православие в Молдавии. С. 122-124; Иосиф (Пав- линчук), иером. Кишиневско-Молдавская епархия в период с 1944 по 1989 год. Ново- Нямецкий монастырь, 2004. С. 285-287.
110. Православие в Молдавии. С. 151; Орзул И. История Кишиневско-Молдавской епархии в период ее нахождения в составе Русской Православной Церкви. Дис. . канд. богословия. Л., 1958. С. 217; ГА РФ, ф. 6991, оп. 1, д. 70, л. 55-60.
111. ГА РФ, ф. 6991, оп. 1, д. 70, л. 113 об.
112. Там же, л. 45; Православие в Молдавии. С. 126, 152-153; Заявление службы коммуникации ОВЦС 113. Московской Патриархии об аргументах представителей Румынской Православной Церкви, оправдывающих решение об учреждении епархий «Бессарабской митрополии» от 25 марта 2008 г. (электронный ресурс: pravoslavie.ru).
113. Православие в Молдавии. С. 124-127; Стратулат Н. Указ. соч. С. 217; Иосиф (Пав- линчук), иером. Указ. соч. С. 289-291.
114. ГА РФ, ф. 6991, оп. 1, д. 70, л. 43.
115. Там же, л. 70-73; Власть и Церковь в Восточной Европе. Т. 1. С. 190-193.
116. Русская Православная Церковь. XX век. С. 367; ГА РФ, ф. 6991, оп. 1, д. 65, л. 382384.
117. ЦДА, ф. 791к, оп. 2, ед. хр. 172, л. 1-6.
118. Там же, ед. хр. 34, л. 72; ед. хр. 173, л. 1-7.
119. Письма Патриарха Алексия I... С. 79.
120. Власть и Церковь в Восточной Европе. Т 1. С. 216-220; ГА РФ, ф. 6991, оп. 1, д. 70, л. 84-85, 89-93.
121. Власть и Церковь в Восточной Европе... Т. 1. С. 241-243.
122. ГА РФ, ф. 6991, оп. 1, д. 149, л. 151-152; оп. 7, д. 107, л. 24.
123. Шабатин И. Из истории русско-румынских церковных отношений // ЖМП. 1956. № 2. С. 64-65.
124. Там же. С. 65.
125. Российский государственный архив социально-политической истории (далее — РГАСПИ), ф. 17, оп. 125, д. 407, л. 91-92; Православие в Молдавии... С. 210-214.
126. РГАСПИ, ф. 17, оп. 125, д. 407, л. 91-92.
127. ГА РФ, ф. 6991, оп. 1, д. 81, л. 134; Стратулат Н. Указ. соч. С. 219.
128. РГАСПИ, ф. 17, оп. 125, д. 407, л. 31.
129. Там же, д. 506, л. 102.
130. ГА РФ, ф. 6991, оп. 1, д. 133, л. 71.
131. Письма Патриарха Алексия I. С. 264-265; Заявление службы коммуникации ОВЦС Московской Патриархии. от 25 марта 2008 г.
132. Заявление службы коммуникации ОВЦС Московской Патриархии. от 25 марта 2008 г.
133. Скурат К. Е. История Поместных Православных Церквей. Т. 1. С. 228; он же. Румынская Православная Церковь. С. 53; Стратулат Н. Указ. соч. С. 220-221.
134. ГА РФ, ф. 6991, оп. 1, д. 133, л. 83-86.
135. Русские храмы и обители в Европе / Авт. -сост. В. В. Антонов, А. В. Кобак. СПб., 2005. С. 197.

Назад /          Начало                /Далее

Страницы: 1 2

Вы можете оставить комментарий, или ссылку на Ваш сайт.

Оставить комментарий