Приходское духовенство Российской православной церкви и свержение монархии в 1917 году

 Бабкин М.А.

Итоги Февральской революции рядовые священнослужители Русской православной церкви (РПЦ) начали коллегиальным образом обсуждать уже через несколько дней после ее завершения.

Царская Россия. Общий вид села Кимры

Приоритет в этом принадлежит собраниям духовенства столичных и губернских городов. Несколько позже, начиная со второй половины марта, по всей стране стали созываться многочисленные епархиальные, викариатские, городские и благочиннические собрания и съезды духовенства.

Общий вид Желтикова мужского монастыря близ города Тверь1903 г.

На епархиальных съездах присутствовали избранные соответствующими собраниями делегаты от духовенства или всех благочиннических округов, или даже от всех приходов (например, по одному священнику, дьякону, псаломщику и мирянину), представители от мужских и женских монастырей (как правило — по одному человеку), два-три представителя от духовной консистории (епархиального управления — М.Б.), от духовных учебных заведений (зачастую по одному представителю) и от церковно-приходских школ (например, по одному от каждого уезда). В городских и благочиннических собраниях принимали участие, как правило, все священнослужители (или их большинство из общего числа духовенства, соответственно, города и благочиния), а также выборные представители от низших клириков и прихожан. Мирян в основном представляли церковные старосты и преподаватели духовных учебных заведений. В марте и апреле эти съезды собирались по инициативе самих рядовых священнослужителей или местных архиереев. Нередко собрания священно- и церковнослужителей проводились и без разрешения епархиального начальства. 5 мая 1917 г. определением Святейшего синода РПЦ всему российскому духовенству было дано официальное разрешение на проведение на местах различных съездов с участием представителей духовно-учебных заведений и прихожан. На этих съездах обсуждению подлежали не только вопросы, касающиеся местных дел, но и проблемы, вызванные происшедшими переменами в политической жизни страны1. Решения съездов по каждому вопросу принимались в виде отдельных резолюций.

На формирование мнения приходского духовенства о революционных событиях влияло несколько факторов. Один из них — позиция Синода, распоряжениям которого (например, об изменении богослужебных чинов и молитвословий)2 православные священнослужители подчинялись согласно внутрицерковной дисциплине.

Духовная семинария. 1903 г. г. Тверь

Вторым фактором являлся массовый революционный настрой, охвативший с первых чисел марта 1917 г. население страны. В те дни монархические идеи были крайне непопулярны. Соответственно, государственный переворот воспринимался как насущная необходимость для спасения России.
Третьим фактором, определявшим позицию духовенства, являлось отношение к революционным событиям местных правящих архиереев. Епископы своими распоряжениями, проповедями, официальными посланиями и зачастую личным примером давали подчиненным определенную установку на оценку произошедшего переворота. Но мнения архиереев, как правило, влияли на позицию рядовых священнослужителей, если епископы пользовались авторитетом у своей паствы. В противном случае духовенством, зачастую при участии местных органов новой власти, предпринимались меры для увольнения своих архиереев с их кафедр: иногда за излишнюю строгость и взыскательность, за деспотический нрав, за имевшуюся у них в прошлом репутацию черносотенцев, за связь с Г. Распутиным и т. п. Всего за первые месяцы Февральской революции было уволено около полутора десятков правящих архиереев, причем большинство из них было отправлено Синодом в отставку по ходатайствам местных епархиальных съездов3. Такие факты весной 1917г. были нередки и имели место вследствие проходившей в тот период «церковной революции», явления достаточно уникального для России. Она заключалась в том, что рядовое духовенство пыталось весьма радикальными мерами, как правило, против воли своих архиереев, провести назревшие реформы во внутреннем строе Православной Церкви и добиться установления социальной справедливости в церковноприходской жизни4. Со стороны рядовых клириков достаточно громко звучали голоса о желании установить выборность епископата, о необходимости участия приходских священнослужителей в управлении епархиями, об уравнивании в правах белого, женатого, и черного, монашеского, духовенства; о справедливом распределении между членами причта церковных доходов.

На формирование политической позиции приходских священнослужителей сел и небольших уездных городов оказывал влияние еще один фактор: мнение о революционных событиях духовенства крупных городов. Зачастую в этих промышленных, транспортных и культурных центрах имелась значительная концентрация антимонархически настроенного населения, уставшего от тягот войны и экономического кризиса, жаждущего демократических преобразований. Под влиянием общественной атмосферы оказывалось и многочисленное городское духовенство. В силу того, что в крупных городах, как правило, находились кафедры правящих и викарных архиереев, постановления, принятые на съездах и собраниях городского духовенства, имели руководящее значение для всей епархии. Таким образом, несмотря на то, что большинство православных клириков служило в селах и деревнях, где проживало более 80 % населения России, священнослужители уездных церквей и монастырей ориентировались на губернские центры.

В марте 1917 г. были нередки случаи официальных обращений собраний городского духовенства к священнослужителям своих епархий с заявлениями программного характера. В этих обращениях содержались рекомендации по действиям в новой политической обстановке. Более того, известны случаи, когда сельское духовенство, не умея разобраться в происходящих событиях, непосредственно обращалось к городским собратьям за указаниями к дальнейшим действиям. Поэтому, хотя собрания городского духовенства по своему статусу и отличались от епархиальных съездов, постановления тех и других, как правило, имели весьма похожее содержание.

Общий вид Рождественского девичьего монастыря. 1903 г. г. Тверь

Вследствие различного влияния перечисленных факторов, духовенство РПЦ на местах занимало неоднородную позицию относительно революционных событий: от выражения откровенной радости по поводу свержения монархии до заявления об аполитичном отношении к государственному перевороту. Так, в постановлениях епархиальных съездов, проходивших в Москве, Ярославле, Нижнем Новгороде и Екатеринославе, а также в резолюциях собраний духовенства Петрограда, Владивостока, Коломны, Одессы, Пензы и ряда других городов революционные события приветствовались как «обновление России на началах демократии». В этих постановлениях говорилось о принятии духовенством нового государственного строя и о сочувствии перевороту. Аналогичная позиция высказывалась и на различных благочиннических собраниях в Московской, Енисейской и Новгородской епархиях5.
Обновление страны ассоциировалось у церковных пастырей с наступлением коренных демократических изменений в государственной и общественной жизни. Духовенство публично и официально высказывало свое видение будущего страны, построенного на началах свободы, равенства, братства, правды, добра и справедливости. Об этом говорилось в постановлениях Подольского, Воронежского, Полтавского, Рижского и Ярославского епархиальных съездов, на Закавказском церковном соборе, на Всероссийском съезде военного и морского духовенства, на собраниях священнослужителей Коломны, Пензы и Вятки. В единогласно утвержденной резолюции Подольского съезда в качестве всенародного заявления прозвучало даже осуждение монархического строя, который был охарактеризован как отживший свой век6.

Весной и летом 1917 г. такое отношение к прежней форме государственного правления не являлось редкостью в среде духовенства: на епархиальных съездах, проходивших в Екатеринославе, Одессе, Тифлисе, Новочеркасске, Полтаве, Рязани и на некоторых городских собраниях духовенства подчеркивалась недопустимость возврата к старому строю. Резолюция Полтавского епархиального съезда гласила: «Старый порядок был гибельный для церкви и государства, для народа и духовенства, он душил все живое и возврата к прежнему порядку не может быть никогда». Аналогичное постановление было принято на пастырском собрании г. Вятки, в котором говорилось, что «возврат к прежнему политическому строю категорически нежелателен». На этом же собрании был произведен путем тайной подачи голосов опрос, выявлявший политические убеждения духовенства. Оказалось, что за демократическую республику — 59 голосов (почти 82%), за конституционную монархию — 8 (около 11%), монархию — 3 (чуть больше 4%), христианскую беспартийность — 1 и воздержавшийся — 1 (менее чем по 1,5% бюллетеней). Таким образом, только 15% вятского духовенства придерживались монархических взглядов, и примерно 4% присутствовавших были противниками преобразований в политическом строе страны. Большинством голосов на собрании была принята резолюция весьма радикального содержания. На примере духовенства Вятки не подтверждается тезис советской историографии о том, что в 1917 г. иерархи РПЦ занимали по отношению к рядовому духовенству правую, более консервативную позицию7.

В материалах различных съездов духовенства (среди которых Подольский, Владивостокский, Воронежский, Олонецкий, Ярославский епархиальные и два всероссийских съезда: православного духовенства и мирян, а также военного и морского духовенства) нередко говорилось об утверждении достаточно радикальных резолюций политического содержания «единогласно», «единодушно», «почти единогласно» и «подавляющим большинством голосов» 8. На основании этого можно сделать вывод, что в духовной среде было крайне мало сторонников прежней монархической системы.
Положительные эмоции по поводу свержения монархии были официально выражены духовенством на епархиальных съездах в Петрозаводске, Курске, Екатеринбурге, Воронеже, Казани. Так, Курский съезд «почти единогласно постановил приветствовать крушение царского самодержавия». Созвучно этому были и решения Всероссийского съезда военного и морского духовенства, состоявшегося в первых числах июля в Могилеве, а также городского собрания духовенства Новочеркасска. Новочеркасские священнослужители уже 8 марта «с великой радостью» приветствовали смену политического строя9. Столь радикальная позиция духовенства армии, флота и значительной части казачьих войск достаточно красноречиво свидетельствует об антимонархических настроениях среди тех слоев общества, которые до 1917 г. считались оплотом самодержавия.

Отрочев мужской монастырь. 1903 г. г. Тверь

Восторженные отзывы со стороны духовенства последовали по поводу не только свержения монархии, но и сокрушения авторитарной системы в целом. Священнослужители публично восторгались наступлением «торжества свобод», как гражданских, так и «свободы» церкви10. Например, черниговское духовенство обратилось к народу с приветственным воззванием: «Доблестные граждане возрожденной России! Свободные сыны славной Родины!.. Ярко засияла над нами заря свободы, равенства и братства...Крепко верьте Временному правительству нашему, оно с Божией всесильной помощью доведет так славно начатое дело до желанного конца на славу, долгоденствие и процветание России!». Аналогичным было и послание к народу от ярославского духовенства.

Около двух десятков епархиальных съездов и различных собраний городского духовенства, например, в Полтаве, Твери, Петрозаводске, Кишиневе, Туле, Воронеже, Пензе, Ставрополе, Челябинске, Тифлисе высказывались за установление республиканской формы правления в России. Резолюция Екатеринбургского съезда гласила, что духовенство «приветствует падение самодержавного бюрократического строя», что оно находит приемлемой формой для будущего государственного устройства страны демократическую республику. Рязанское духовенство, желая отстоять завоевания революции, на своем епархиальном собрании постановило "противодействовать всяким попыткам восстановлению старого режима"11.
Приходское духовенство в целом, рассматривая вопрос о причинах, вызвавших Февральскую революцию, не говорило об остром политическом и экономическом кризисе в стране. В резолюциях некоторых съездов указывалось, что события в России произошли «по воле Божией и народа». Тем самым фактически утверждался тезис о богоугодности революционных событий. Например, Пензенский епархиальный съезд расценил совершенный переворот как "дело великой милости Божией к нашему отечеству"12.

Страницы: 1 2 3 4

Вы можете оставить комментарий, или ссылку на Ваш сайт.

Оставить комментарий