Российское духовенство и свержение монархии в 1917 году (продолжение)

Приложение к № 686 Из статьи епископа Нарвского Антонина (Грановского) «Православие и 17 октября»

18 декабря 1905г.

... .Невольный грех православия в том, что его доселе заставляли нести солдатскую ох­рану государственного режима. Священное горение сердец и задушевность церковных мо­литв были культивируемы на пропаганду и защиту общественного строя, именуемого «само­державием». Этот полицейский мотив убил церковную искренность и силу авторитета. Сло­во Божие и молитва выставлялись в оплот и освящение тех жизненных порядков, которые в последних судьбах нашего отечества явили себя плачевными и тягостными и назначены к уп­разднению. Православие и самодержавие не только органически не связаны между собою, напротив, они взаимно отталкивают друг друга. Глубокое горе самодержавия — безвинность и безответственность, неискупляемость плохого или беззаконного употребления власти1.

...Верная завету Христа, церковь в своей канонической организации всегда была чужда самодержавия, и в предупреждение поползновений в эту сторону на знамени сво­ем, в символе веры2, утвердила принцип свой: соборность^.

Слово. СПб., 1905. № 330. С. 5-6.

Данный абзац статьи Антонина напечатан в газете «Церковная правда» (Симбирск, 1917. № 1. С. 2).

В символе веры утверждены основные догматы православия. Символ веры установлен
в IV веке как христианское исповедание веры (см. подробнее: Полный православный богосло­
вский энциклопедический словарь... Т. 2. С. 2056—2059).

Выделено Антонином.

№ 687. Из «Послания Святейшему Всероссийскому собору» крестьянина Ми­хаила Евфимовича Никонова Семендяевского Богоявленского прихода деревни Ка­луг Калязинского уезда Тверской губернии

15 ноября 1917 г.1

ЕГО ВЫСОКОПРЕОСВЯЩЕНСТВУ>
Высокопреосвященнейшему Серафиму
Архиепископу Тверскому и Кашинскому
ПОСЛАНИЕ
СВЯТЕЙШЕМУ2 ВСЕРОССИЙСКОМУ СОБОРУ

Высокопреосвященнейший Владыко, прошу Вашего Святительского благословения для передачи сего послания Святейшему Всероссийскому Собору.

Святии отцы и братия! [...] Нам думается, что Святейший Синод сделал непоправи­мую ошибку3, что преосвященные4 пошли навстречу революции. Неведомо нам сей при­чины. Страха ли ради Иудейска5? Или по влечению своего сердца, или по каким-либо ува­жительным причинам, но всё-таки поступок их в верующих произвел великий соблазн, и не только в православных, но даже в среде старообрядцев. Простите меня, что коснулся се­го вопроса — не наше дело о том обсуждать: это дело Собора, я только поставил на вид народное суждение. В среде народа такие речи, что якобы поступком Синода многие здраво­мыслящие люди введены в заблуждение, а также многие и в среде духовенства. На приход­ских и благочиннических собраниях что мы слышали — даже ушам своим не верится6. От­цы духовные, искусившиеся прелестью свободы и равенства, потребовали удалить неугод­ных им иерархов с занимаемых ими кафедр, а избрать себе по желанию. Псаломщики пот­ребовали такого же равенства, чтобы не подчиняться своим настоятелям. Вот до какого аб­сурда дошли, подчеркнувши сатанинскую идею революции. Православный русский народ уверен, что Святейший Собор в интересах Святой матери нашей церкви, отечества и Ба­тюшки Царя, самозванцев и всех изменников, поругавшихся над присягой, предаст анафе­ме и проклятию с их сатанинской идеей революции. И Святейший Собор укажет своей пастве, кто должен взять кормило правления в великом Государстве. Надо полагать тот, кто находится в заточении, а если он не пожелает царствовать над нами изменниками, подле­жащими притче Господней о человеке высокого рода, то укажет, кому принять правление Государством; так выходит по здравому смыслу. Не простая же комедия совершаемый акт Священного Коронования и помазания Святым миром царей наших в Успенском Соборе [Московского Кремля], принимавших от Бога власть управлять народом и Тому Единому отдавать ответ, но никак не конституции или какому-то парламенту собравшихся не совсем чистоплотных людей, способных только для устройства крамольных художеств одержи­мых похотью властолюбия...

Всё вышеизложенное, что здесь написал, не моё только личное сочинение, но голос православно-русского народа, стомиллионной деревенской России, в среде которого на­хожусь я.

Крестьянин Михаил Евфимович Никонов7.

ГАРФ. Ф. 3431. On. 1. Д. 318. Л. 36-37об. Машинопись. Подлинник.

Текст «Послания» написан 15 ноября 1917г. На заседании Соборного совета оно был рас­
смотрено 23 ноября. Согласно принятому решению, «Послание» было передано в соборный Отдел
«О церковной дисциплине». См. приложение I к сему документу.

21 марта (3 апреля) IV Подотдел соборного Отдела «О церковной дисциплине» заслушал публи­куемое «Послание». Вместе с ним прозвучал и доклад члена Поместного собора священника В.А. Бе­ляева, в котором затрагивались аналогичные вопросы: о присяге, клятвопреступлении православных в феврале-марте 1917 г. и проч. (см. приложение II к сему документу). Однако по затронутым вопросам решения никакого принято не было. Они продолжали обсуждаться и на последующих заседаниях Под­отдела 20 июля (2 августа), 25 июля (7 августа) и 9 (22) августа 1918 г. Но как и прежде — безрезуль­татно. В обсуждениях принимали участие члены епископата, священники, профессора духовных ака­демий и другие делегаты собора, каждый раз продлевая обмен мнений на последующие заседания В качестве примера выступлений делегатов на заседаниях 21 марта (3 апреля) и 20 июля (2 августа) см. приложения III-V к сему документу. На двух последних заседаниях речь шла, в основном, о том нужна ли вообще государственная присяга (ГАРФ. Ф. 3431. Оп. 1. Д. 318. Л. 41-55).

Все упомянутые доклады и дискуссии, имевшие место на IV Подотделе, в издание «Деяний Священного собора Православной российской церкви» не вошли.

То, что вопрос о верноподданнической присяге продолжал волновать верующих и в более позднее время, можно заключить из приложения VI к сему документу.
2   После избрания и интронизации (настолования) патриарха Тихона (состоявшихся 5 и
21 ноября 1917 г.) ему был усвоен титул «святейший», ранее принадлежавший синоду. Синод стал именоваться «Священным». Поскольку Поместный собор РПЦ являлся высшим органом церковной власти, то крестьянин М.Е. Никонов обратился к нему, используя высший церков­ный титул.
Имеются в виду действия Св. синода в феврале-марте 1917г.
То есть епископы РПЦ.
Перефраз евангельских слов, см.: [Ин. 19, 38].

По-видимому, речь идёт о постановлениях собраний по приветствию свержения монархии, новых начал жизни и проч. в духе «церковной революции».

Подписано чернильным пером, рукою М. Никонова.

Страницы: 1 2 3 4

Вы можете оставить комментарий, или ссылку на Ваш сайт.

Оставить комментарий