Сталин и Церковь глазами современников: патриархов, святых, священников

Сталин и Церковь глазами современников: патриархов, святых, священников

автор-составитель П. Победоносцев

ДА ИСПРАВИТСЯ
МОЛИТВА МОЯ

...У одного человека было два сына;
и он, подошед к первому, сказал:
сын! Пойди, сегодня работай в винограднике моем.
Но он сказал в ответ: «не хочу», а
после, раскаявшись, пошел.
(Мф. 21-28, 29.)

И.В. Сталин искренне ушел из духовной семи­нарии в революцию — многие так поступали в начале XX века. Что же могло быть причиной этого ухо­да? Ведь духовное училище он окончил с отличием, отлично начал учиться в семинарии, его приглашали петь в хор экзарха Грузинской Православной Церкви.

Причина для большинства людей тогда была одна: в стране господствовал общий дух отступления от жизни по Евангелию. Церковь за время господс­тва в ней светских чиновников все больше прибли­жалась к системе государственного чиновничества. (Как видим, институт «уполномоченных по делам церкви» придумали не большевики-коммунисты, а еще православный царь Петр I). Из нее стреми­тельно уходил дух евангельской любви и самопожертвования. Это вынуждало выдающихся наших пастырей — епископа Феофана, епископа Игнатия (Брянчанинова) — уходить в затвор. Раздававший свое церковное жалование бедным священник Ио­анн Кронштадтский казался своим сослуживцам по меньшей мере странным. Над ним подсмеивались, двадцать лет не производили в протоиереи. Сорок лет беспорочной службы и активнейшей просве­тительской работы среди прихожан в удмуртских уездах не принесли священнику Н.Н. Блинову даже самой малой церковной награды.

Когда после революции 1905 года государь им­ператор Николай II предложил высшим иерархам церкви свою кандидатуру на служение в качестве патриарха (тогда готовился Поместный собор Рус­ской Православной Церкви для избрания патриар­ха), они промолчали. Это означало отказ. Последую­щие события (1917—1918 гг.) показали причину этого молчания — почти все церковные иерархи изменили присяге, отступили от православного императора, присягнули масонскому Временному правительству.

В государстве, армии и народе также пошатну­лась вера, люди заботились только о своей корыс­ти и безопасности. Вот что о том бурном времени писал в 1906 году святой праведный Иоанн Кронштадтский:

«Вера Слову Истины — Слову Божию исчезла и заменена верою в разум человеческий; печать... в большинстве изолгалась — для нее не стало ничего святого и досточтимого, кроме своего лукавого пера, нередко пропитанного ядом клеветы и насмешки, не стало повиновения детей родителям, учащихся — учащим, и самих учащих — подлежащим властям. Браки поруганы, семейная жизнь разлагается. Твер­дой политики не стало... все желают автономии, даже средние и высшие духовно-учебные заведения позабыли о своем назначении: быть слугами Церкви и спасения людей. Не стало у интеллигенции люб­ви к Родине, и она готова продать ее инородцам, как Иуда предал Христа... Правды нигде не стало, и Отечество на краю гибели...»

В среде духовенства в те времена процветали пороки, свойственные всему обществу. Именно от этих пороков многие дети священнослужителей бе­жали в революцию. Бежали в надежде «собственной рукой» построить «новую, светлую жизнь». О внут­ренних устремлениях молодого семинариста Иоси­фа Джугашвили говорят его стихи, печатавшиеся во многих грузинских сборниках и школьных учебни­ках тех лет:

Шел он от дома к дому,
В двери чужие стучал.
Под старый дубовый пандури
Нехитрый мотив звучал.
В напеве его и в песне,
Как солнечный луч, чиста,
Жила великая правда —
Божественная мечта.
Сердца, превращенные в камень,
Будил одинокий напев.
Дремавший в потемках пламень
Вздымался выше дерев.
Но люди, забывшие Бога,
Хранящие в сердце тьму,
Вместо вина отраву
Налили в чашу ему.
Сказали ему: «Будь проклят!
Чашу испей до дна!..
И песня твоя чужда нам,
И правда твоя не нужна!»

 

Страницы: 1 2

Вы можете оставить комментарий, или ссылку на Ваш сайт.

Оставить комментарий