Возрождение церковной жизни в Восточной Белоруссии в начальный период немецкой оккупации её территории (вторая половина 1941 г.)

Протоиерей Фёдор Кривонос

На Витебщине...

Χ Ρ Ο Ν Ο Σ. Церковно-исторический альманах, № 1 2013 г. Так же как и в Минске и его окрестностях, в Витебске с тяготевшими к нему городскими и сельскими поселениями первые храмы открывали местные жители, в течение нескольких предвоенных лет лишённые возможности посещать свои церкви.

Исстрадавшиеся от невозможности безбоязненно выразить присущие им религиозные чувства верующие люди испытывали несказанную радость в связи с представившейся для них возможностью начать обустройство и посещение православных церквей. Злобная антирелигиозная пропаганда довоенных лет, сопровождавшаяся жестокими репрессиями, направленными против инакомыслящих, так и не смогла парализовать в их душах животворящее стремление к молитве и познанию Господа.

Открытие православных храмов на Витебщине курировал созданный при Витебской городской управе церковный отдел. В августе 1941 г. его возглавлял ныне канонизированный Православной Церковью как святой исповедник Владимир Николаевич Еленевский.

Он происходил из семьи духовного звания. В 1904 г. окончил юридический факультет Юрьевского университета. Работал следователем Витебского окружного суда в г. Двинске. Это был глубоковерующий человек и опытный юрист. В 1922 г. во время изъятия церковных ценностей он не раз осуждал творивших беззаконие и был приговорён за это к одному году тюремного заключения. В 1931 г. его арестовали второй раз, и он находился три года в ссылке43.

Во многом благодаря усердию, проявленному Владимиром Еленевским, в Витебске возобновили свою деятельность два храма: Свято-Покровский и Свято-Казанский (Маркова монастыря). «3 августа 1941 г., – отмечалось в местной газете “Новый Путь”, – было совершено первое богослужение в Свято-Покровской церкви и с тех пор непрерывно, сперва в воскресные и праздничные дни, а затем и ежедневно стали совершаться богослужения...»44.

Вначале в Свято-Покровской церкви служил священник Феодор Тонковид – единственный православный пастырь, уцелевший от большевистского погрома в Витебске. До войны он служил в храме с. Ловец Невельского уезда в Псковской области. Был арестован в 1932 г. и на пять лет выслан на север. В 1937 г. отца Феодора освободили и он приехал в Витебск. Трудился чернорабочим на обувной фабрике45.

В январе 1942 г. по просьбе своих бывших прихожан из с. Ловец он оставил Витебск и выехал к довоенному месту служения на Псковщину...

В первых числах августа 1942 г. отца Феодора пригласили навестить умирающего крестьянина преклонных лет. Пастырь сел на подводу, специально присланную за ним, и отправился в дорогу.

По сообщению газеты «Новый Путь»: «Путешествие поначалу было спокойным, но в лесу скоро начались печали. Подводу остановили “партизаны”. Первая партия бандитов по своему составу была русской, и остановка была непродолжительной. Вторая встреча с бандитами оказалась роковой. Эта группа была смешанная: много было евреев. “Командир” был тоже еврей. Остановив подводу, он подскочил к священнику и потребовал документы. А когда узнал звание, – засмеялся. “На Бога не надеешься?!” – насмешливо закричал он и ударил священника в ухо, затем в другое. Из носа пострадавшего хлынула кровь. Потом, по приказанию негодяя, священника стащили с телеги,
сорвали с него крест, прикладом избили грудь и потащили в лес... Подвода вернулась к умирающему без священника»46.

Так погиб священник Феодор Тонковид, совершивший первую Божественную литургию на Витебщине в начале Великой Отечественной войны...

В сентябре 1941 г. церковный отдел Витебской городской управы вместо Владимира Еленевского возглавил Павел Владимирович Пароменский, до революции окончивший Витебскую духовную семинарию, а затем С. -Петербургскую духовную академию со степенью кандидата богословия (1906) и Археологический институт (1906)47. В дальнейшем он также немало сделал для восстановления ранее разрушенной местной церковной жизни.

Его родной брат священник Пётр Пароменский уже в июле 1941 г. по распоряжению отдела выехал в м. Островно Бешенковичского района, где вскоре открыл приходской храм и стал совершать в нём богослужения. Как и старший брат Павел, он окончил Витебскую духовную семинарию, С. -Петербургскую духовную академию со степенью кандидата богословия (1908) и Археологический институт (1908)48.

Отец Пётр был рукоположен во иереи ещё в 1915 г. Епископом Полоцким Кирионом (Садзаглишвили). В 1929 г. его арестовали. Вернувшись из заключения, он «жил, – по его словам, – за счёт личного физического труда». Открытая им церковь в Островно была одной из первых возобновлённых в пределах бывшей Полоцко-Витебской епархии. «В вере твёрд, религиозен, учителен», – читаем в его характеристике послевоенных лет49.

К ноябрю 1941 г. поблизости от Витебска в населённых пунктах Фальковичи, Яновичи и Довбея возобновили свою деятельность ещё три приходских храма. Перед немецкими властями было возбуждено ходатайство об открытии церквей в Лесковичах, Шумилино, Сураже, Чашниках, Лиозно, Ловше, Лужесно и Высочанах.

Одновременно на повестку дня был поставлен вопрос о необходимости восстановления в Витебске Свято-Николаевского кафедрального собора. С 28 октября под руководством церковного отдела в этом храме начались восстановительные работы50.

В августе 1941 г. богослужения стали вестись в Оршанской Свято-Петро-Павловской церкви. Её настоятелем стал протоиерей Алексей Трусевич, до революции окончивший местное духовное училище и Могилёвскую духовную семинарию. Во иереи его рукоположили ещё в 1898 г., но в 1913 г. он вторично вступил в брак и поэтому, повинуясь каноническим предписаниям, перешёл на гражданскую работу51. В Орше, нарушив эти предписания, он прослужил до ноября 1942 г.

Постепенно православные храмы возрождались и в окрестностях Полоцка. 19 августа богослужения начались в Свято-Николаевском соборе м. Дрисса (ныне г. Верхнедвинск).

В сентябре «миссионером в Полоцкую землю» был назначен священник Никифор Мойсеёнок, до войны служивший настоятелем Голубичской церкви Плисского района Молодечненской области. В диаконский сан в 1914 г. его рукоположил будущий Патриарх Тихон (Белавин), в то время – архиепископ Литовский и Виленский. Во иереи возвёл владыка Елевферий (Богоявленский). В характеристике, составленной в 1956 г., об отце Никифоре было сказано, что это – «один из лучших пастырей в благочинии»52.

«Миссионером в Полоцкую землю» (а именно так отец Никифор охарактеризовал себя в послевоенном послужном списке, имея в виду 1941 г.) он был назначен, по всей видимости, митрополитом Виленским и Литовским Сергием (Воскресенским). Это предположение выглядит достаточно убедительным с той точки зрения, что Голубичская церковь, в которой служил отец Никифор, входила в состав Виленской епархии.

Митрополит Сергий явился не только организатором знаменитой Псковской миссии, участники которой несли крест пастырского служения на северо-западе России. Он также предпринимал попытки к оживлению церковной жизни в близлежащих к Виленской епархии белорусских землях.

Немцы, однако, не позволили ему развить инициативу в этом направлении. Как говорилось в отчёте Айнзатцгруппы «А» за период с 16 октября 1941 по 31 января 1942 г., миссионерская деятельность Православной Церкви, направлявшаяся из Вильнюса в пределы Белоруссии, была ими «парализована»53.

Страницы: 1 2

Вы можете оставить комментарий, или ссылку на Ваш сайт.

Оставить комментарий