Праздник Освобождения — 12-13 Тамуза

Ребе Раяц после прибытия в США (1929 г.)


2 числа месяца Тамуз 5687 года (1927 г. по нееврейскому летосчислению) произошло событие, которое во многом предопределило историю евреев не только Советского Союза, но и всех других стран. В этот день был освобожден из советских застенков духовный наставник поколения — шестой Любавичский Ребе рабби Йосеф-Ицхак Шнеерсон, незадолго до этого приговоренный к смертной казни за распространение религии и еврейскую просветительскую деятельность.

Это было не только чудесное избавление, с трудом поддающееся осмыслению, не только спасение Великого еврея от гибели. Происшедшее означало, что ГПУ и евсекция не всевластны, что и эти устрашающие учреждения вынуждены отступить перед силой еврейского духа, перед вмешательством самого Всевышнего. Этот вдохновляющий факт оказал огромное влияние на дальнейшее развитие Любавичского движения в Советском Союзе, а через него — и на всю духовную жизнь советского еврейства в последующие десятилетия.

Прибытие Ребе в Европу, а позже — в Америку предопределило распространение Любавичского движения во всем мире, благодаря чему оно стало одним из важнейших факторов еврейской жизни.

Сказанным объясняется, почему день 12 Тамуза стал праздником освобождения, ежегодно отмечаемым как любавичскими хасидами, так и всеми евреями, которым дорога Тора, еврейские нравственные ценности, сохранение грядущих поколений в лоне еврейства.

Рабби Йосеф-Ицхак Шнеерсон был шестым в ряду Любавичских Ребе, возглавлявших любавичское движение, основанное более двух столетий тому назад. Знаменательно, что все Любавичские Ребе подвергались преследованиям со стороны российских властей, но особую жестокость проявил советский режим.

Рабби Йосеф-Ицхак Шнеерсон стал во главе Любавичского движения в 1920 году, и таким образом ему пришлось противостоять традиционной жестокости российских правителей, помноженной на бескомпромиссность коммунистической и атеистической идеологии и лакейское рвение «евсеков». В то время, когда считавшие себя «разумными» полагали единственно возможным путем для сохранения еврейских религиозных ценностей — уступки, отступление и приспособление, Рабби Йосеф-Ицхак Шнеерсон выдвинул концепцию наступления еврейского духа. Он создавал новые еврейские учебные заведения, готовил новых преподавателей и наставников, организовывал еврейские учреждения, распространял Тору и заповеди всеми возможными и невозможными путями.

Кризис наступил в 1927 году, когда Ребе арестовали и приговорили к казни. Вскоре, однако, свершилось казавшееся невероятным — смертный приговор был заменен ссылкой на десять лет в Соловки. Но Провидению было угодно, чтобы произошло еще более невероятное, — вскоре приговор был снова заменен, на сей раз — тремя годами ссылки в Кострому. Полоса чудес достигла апогея, когда 12 числа месяца Тамуз, через три с лишним недели после ареста, в день 47-летия Ребе, его окончательно освободили...

 Тюрьмы и каторга — временны

 Эту короткую речь рабби Йосеф-Ицхак Шнеерсон произнес на перроне ленинградского вокзала перед высылкой в Кострому. В этот день Ребе был освобожден из ленинградской тюрьмы Шnалерная, в которой провел 18 суток в ожидании смертного приговора за распространение учения Торы. Смертный приговор был заменен трехлетней ссылкой, которая, однако, продолжалась всего восемь дней. 12 Тамуза Ребе был полностью освобожден и получил возможность покинуть страну.

Мы просим у Всевышнего: «Да будет с нами Б-г, как Он был с нашими отцами; да не оставит и не ослабит нас», хотя мы не можем сравниться с нашими отцами, которые на деле жертвовали собой ради Торы и Заветов. Известны слова, сказанные одним из Любавичских Ребе, когда прежние власти требовали реформ в воспитании и статусе раввинов и раввинства:

«Не по своей воле ушли мы из Святой Земли, и не своими силами мы вернемся в Страну Израиля. Наш Отец изгнал нас, и Он же, Благословенный, освободит и соберет нас с четырех концов света и поведет с поднятою головою к Святой Земле с праведным освободителем Мошиахом в скором будущем. Но все народы на земле должны знать: лишь тела наши были преданы изгнанию и порабощению чужим властям. Но души наши не были изгнаны и в подчинение властям не преданы. Мы должны сказать открыто, во всеуслышание, что во всем, что касается нашей религии, Торы, заповедей и еврейских обычаев, нет для нас, евреев, никаких указчиков и никакой нажим не может быть применен в этом. Мы должны заявить с великой мощью еврейского упрямства, с тысячелетней еврейской самоотверженностью: „Не прикасайтесь к Моим помазанникам, и пророкам Моим не делайте зла“».

Так говорил самоотверженный еврей. А у нас нет даже твердости сказать открыто перед всем миром и показать, что несколько сот распоясавшихся еврейских мальчишек вытворяют над евреями и еврейством.

Все знают, что закон разрешает нам учить Тору и соблюдать, хотя бы и с ограничениями, ее заветы. Лишь доносы и наветы ведут нас в тюрьмы и на каторгу.

И в этом наша просьба: «Да не оставит нас Б-г и не ослабит нас», чтобы Всевышний наделил нас должной стойкостью, чтобы любая расправа, настигающая нас за то, что мы содержим хедер, изучаем Тору и соблюдаем заповеди, придавала нам силы в святом деле укрепления еврейства.

Мы должны помнить, что тюрьмы и каторга — временны, а Тора, Заветы и народ Израиля — вечны!

Будьте здоровы и крепки материально и духовно. Я надеюсь на Всевышнего и уверен, что мое непродолжительное заточение вольет свежие силы в дело укрепления еврейства и исполнятся слова: «Наш Б-г будет с нами, как был с нашими отцами; Он не оставит нас и не ослабит», и всем сынам Израиля засияет свет в духовном и материальном.

 Великий еврей

 Еще задолго до октябрьской революции идеологи большевизма выработали свою линию в отношении еврейского вопроса. Согласно этой линии, евреям надлежало раствориться в окружающих их народах. Большевики понимали, что могут добиться этой цели, только лишив евреев Торы и обычаев — основы их обособленности и неистребимости. Еще бушевала гражданская война, лились потоки крови, свирепствовал голод, когда большевики начали свою планомерную атаку на веками существовавшую систему еврейского воспитания и духовного самоуправления. В 1919 году был принят указ о разгроме еврейских общин и конфискации их имущества. Подписали указ Сталин и Савелий Агурский, верноподданный еврей — братоубийца, ставший несколько позже одним из организаторов и главарей «Еврейской секции» большевистской партии.

Евсекция была создана тогда, когда власти убедились, что лобовая атака на бастионы еврейского духа терпит провал. Коварство замысла организаторов евсекции состояло не только в том, чтобы, действуя по известному принципу кнута и пряника, привлечь коллаборантов, расшатать вековечную систему еврейского воспитания и духовной жизни, но и в том, чтобы, используя язык идиш, маскируясь лозунгами о развитии светской еврейской культуры и литературы, обмануть также многих из тех евреев, которые никогда не стали бы осознанно на путь коллаборационизма. От ядовитой пропаганды против раввинов и йешив евсекция постепенно переходила к административным мерам, к разгрому синагог, арестам и физической расправе с людьми.

Смертельная опасность вынуждала многих раввинов, учителей, воспитателей, студентов йешив, писателей бежать за границу.

Рабби Йосеф-Ицхак Шнеерсон отказался покинуть Россию. Он хорошо понимал опасность схватки с евсекцией, выслушал немало угроз, но... без Торы нет еврейства, и Ребе выбрал девиз: «При любых условиях сохранить еврейский образ жизни, даже если это потребует самопожертвования!»

Ребе считал пассивное сопротивление безнадежным. Закрыты все религиозные учебные заведения? — тогда откроем их тайно по всей России, и начальные, и высшие. Повсеместно и постоянно будем изучать святую Тору, скрупулезно исполнять ее заповеди, укреплять святость еврейской семьи, строить миквы, распространять еврейскую литературу...

В 1924 году Ребе переезжает в Ленинград, и дом его превращается в штаб-квартиру борьбы за еврейское дело. Со всех концов земли сюда приходят письма; кто не охвачен страхом, кто готов следовать за Ребе в борьбе за освобождение своего народа, всегда получит здесь совет и поддержку. Никаких компромиссов в соблюдении Торы и никаких уступок: превыше всего на свете духовность и физическое благополучие каждого еврея.

Отважные помощники Ребе организуют сотни нелегальных хедеров и йешив — начальных и высших школ изучения Торы. На тайном съезде религиозных активистов, созванном Ребе в Москве, участники съезда поклялись, невзирая ни на какие опасности, — поддерживать еврейство и распространять Тору. Многие заплатили за это жизнью. Но если чекисты хватали одного, Ребе посылал на его место другого. И снова продолжались занятия с молодежью: на конспиративных квартирах, в укромных подвалах.

Верные и талантливые ученики Ребе бесстрашно распространяют по всей стране учение Торы. Их страстные, высоко духовные, идущие к сердцу слова легко пробуждают интерес к еврейству, потому что нет силы, способной навсегда отделить еврея от Всевышнего.

Гигантская работа Ребе, его последователей и учеников приносила успех за успехом. Евреи возвращались к Торе, возникали новые религиозные общины, а деятельность евсекции заходила в тупик. Промывка мозгов коммунистической «идеологией» перестала приносить результаты. Евсекция знала, кто за этим стоит. «Он организовал религиозные силы страны и поддерживает все религиозные заведения», — с бессильной яростью сказал о Ребе руководитель евсекции.

Лютую ненависть и страх испытывали к Ребе ренегаты из евсекции. Однако не так-то просто арестовать главу всемирно известного Любавичского движения — огласка может привести к неприятным последствиям. В конце концов ГПУ устанавливает строжайшую цензуру на всю обширную переписку и почту Ребе — и местную, и заграничную. Как ни старались его корреспонденты прятать за безобидным тайное, в скором времени цензоры ГПУ находят точные подтверждения уже известному им факту: все еврейское религиозное движение в России сосредоточено в руках рабби Йосефа-Ицхака Шнеерсона.

В 1927 году ненависть прорвалась наружу, когда Ребе разрушил задуманную евсекцией гигантскую провокацию. Он разгадал скрытый замысел организуемого евсекцией съезда руководителей всех синагог, на котором предполагалось задушить религиозное еврейство. Зная, на что идет, чем рискует, — Ребе отправляет в каждую синагогу письмо-предупреждение о ловушке. И грязная затея провалилась.

Срыв провокационного съезда был крахом деятельности евсекции. Жажда мщения пересилила все прочие соображения, и Ребе арестовали. В тюрьме, во время мучительных допросов, тяжело больной Ребе проявил удивительную стойкость и величие духа. И произошло немыслимое — палачи отступили, Ребе был выпущен на свободу и уехал в независимую в ту пору Латвию. Несколько лет он прожил в Риге, а потом переехал в Польшу, в местечко под Варшавой.

Уход из неволи — начало нового этапа в деятельности Ребе. Наконец-то он поднялся во весь рост. Ни на минуту не прекращал кампании в защиту советского еврейства, он начинает великое дело своей жизни — распространение Любавичского движения по всему миру. Ребе организует в Латвии, а затем в Польше сеть религиозных школ, выезжает в Париж и Вену, посещает Священную Землю и Соединенные Штаты Америки... И всюду, где он побывал, возникают новые религиозные общины, укрепляются старые. В 1939 году Ребе основывает «Всемирное объединение любавичских хасидов».

Начало второй мировой войны застало рабби Йосефа-Ицхака Шнеерсона под Варшавой. Своими глазами он видел ужасы фашистского нашествия, невероятным образом спасся от нацистов и в 1940 году прибыл в Америку.

Положение в еврейском мире казалось безнадежным. Подавляющее большинство хасидов находилось в России, в Европе полыхала война, а для американских евреев цели и смысл Любавичского движения оставались далекими, как звезды. Это была страна с иными обычаями, иной духовной атмосферой. И при встрече лидер многомиллионного американского еврейства откровенно заявил об этом Ребе. «Не забывайте — мы коренным образом отличаемся от евреев Европы».

На явный совет отступиться от евреев США Ребе ответил: «Америка не отличается от любой другой страны диаспоры!» И действительно, потребовалось не так уж много времени, чтобы любавичское движение охватило Америку. Сегодня здесь сердце и центр движения ХАБАД.

Но начинать нужно было с нуля. Пришлось много ездить по Соединенным Штатам, доказывать, объяснять. На выступления Ребе приходит молодежь, не получившая религиозного воспитания. Зов сердца влечет их к полнокровной еврейской жизни без надуманных «облегчений» на американский лад, и они становятся учениками Ребе.

Постепенно и в Америке появляются йешивы и начальные школы по изучению Торы, возникает «Объединение йешив США и Канады». Последователи Ребе в свою очередь становятся учителями и едут воспитателями в отдаленные общины. Письма, послания, статьи и книги Ребе пробуждают американское еврейство из долгой спячки, в стране начинает пульсировать истинно еврейская жизнь.

Непостижимо, откуда черпал силы тяжело больной Ребе Йосеф-Ицхак Шнеерсон, как находил время для колоссальной по масштабам работы. Он основывает издательства и библиотеки, выпускает журналы и сборники, публикует статьи и книги, ведет огромную переписку, принимает ежедневно десятки людей, создает и руководит организациями по еврейскому воспитанию, распространению знаний Талмуда или мелодий ХАБАДа...

«Бюро помощи беженцам» с отделением в Париже, открытое им сразу после войны, спасло жизнь десяткам тысяч евреев и многим из них помогло благополучно перебраться в Израиль и другие страны.

Ребе РАЯЦ оставил нам огромное литературное и философское наследие. Среди его книг следует особо отметить и рекомендовать нашим читателям два тома «Мемуаров», посвященных истории зарождения Любавичского движения.

Благодаря мужеству и целеустремленности Ребе, оживляющее еврейские души, пламя Любавичского движения с течением времени охватило все континенты. дом номер 770 по Истерн Парквей в Нью-Йорке, где поселился Ребе по приезде в Америку, превратился в мировой центр движения ХАБАД. Отсюда исходят знаменитые обращения к еврейскому народу, сюда приезжают юноши, чтобы углубить свои знания святой Торы, здесь издают журналы и книги на многих языках. Сюда шли и концов земли, идут религиозные и нерелигиозные, раввины, политические деятели, ученые, бизнесмены, философы и писатели...

Рабби Йосиф-Ицхак Шнеерсон вернул свою святую душу Создателю на 70 году жизни, в 1950 году. С этого времени движением руководит рабби Менахем-Мендель Шнеерсон שליט"ט — Король Мошиах.

Страницы: 1 2

Вы можете оставить комментарий, или ссылку на Ваш сайт.

Оставить комментарий