Золотой ключик по-еврейски

Тора

Рассказывается в трактате Таанит (2б): «Сказал рабби Йоханан: „Вот три ключа в руке Всевышнего, которые не были переданы посреднику: ключ дождей, ключ роженицы и ключ оживления мёртвых“. Ключ дождей, как сказано: „Откроет Господь для тебя Свое сокровище доброе, небеса, чтобы дать дождь земле твоей во время свое и благословить всякое дело рук твоих“ (Дварим, 28:12). А на западе говорят, что также и ключ пропитания, как сказано: „Открываешь руку Твою и насыщаешь всякого живущего благоволением“ (Теилим, 145:16). А из каких соображений рабби Йоханан не засчитывает его? Сказать тебе: дожди включают в себя пропитание».

На первый взгляд, все просто. Рабби Йоханан дает общую картину. И поскольку пропитание мира, в общем и целом, зависит от дождей, которые являются залогом получения урожая, включил «пропитание» в общую категорию «дожди». А мудрецы Земли Израиля («западом» в Вавилоне называли именно ее) находят нужным детализировать и выносят «пропитание» в отдельную категорию. Возможно, исходя из того, что, в конце концов, существует масса способов получения пропитания, напрямую от дождей не зависящих. А по мере развития технологий опреснения, гидропоники и т. п. – и подавно.

Но, судя по формулировке: «А из каких соображений рабби Йоханан не засчитывает его?», – вопрос не сводится к тому, кто использует большую резолюцию, а кто меньшую. Рабби Йоханан и мудрецы Израиля спорят: три или четыре ключа Всевышний не передает посреднику. И, очевидно, этот спор носит принципиальный характер.

Иными словами, изначально мы могли бы подумать, что рабби Йоханан, как и мудрецы Израиля, считает, что ключей четыре, но находит четвертый не заслуживающим упоминания (пропитание – производная дождей). Но если читать внимательно и обращать внимание на выбор формулировок, становится очевидным, что все гораздо серьезнее: рабби Йоханан считает, что ключей только три (а когда говорится о ключе пропитания имеется в виду ключ дождей). А мудрецы Израиля – что ключей четыре. И пропитание, и дожди – это о разном.

Чтобы разобраться в этом вопросе, нам придется разобраться в позиции рабби Йоханана. Мы уже познакомились с его высказыванием, согласно которому пропитание часть дождей. Но на девятой странице того же трактата Таанит читаем: «Рабби Йоханан говорит: „Дождь – ради одного, пропитание – ради многих“. Дождь ради одного, как сказано: „Откроет Господь для тебя Свое сокровище доброе, небеса, чтобы дать дождь земле твоей во время свое и благословить всякое дело рук твоих“ (Дварим, 28:12). Пропитание ради многих, как сказано: „Вот Я дождем ниспошлю вам хлеб с небес“ (Шмот, 16:4)». Из этих слов следует, что и по мнению рабби Йоханана дождь и пропитание – не одно и то же. А наоборот.

Раши объясняет, что «дождь ради одного» – это когда дождь нужен одному. Например, если человек затеял посевную не вместе со всеми, а на пару месяцев спустя. И у всех уже полито сезонными дождями, а ему теперь нужны аномальные. Или он живет в городе, где кроме него нет евреев. Короче говоря, когда еврей в одиночку выходит просить об эксклюзивных дождях – то там все только в меру его личных заслуг. И не выходя за рамки предопределенного на наступивший год. По минимуму. А когда многие нуждаются в щедром и обильном пропитании – тут система проявляет гораздо большую гибкость и открытость. И счет заслугам (коллективным) еврейского народа уже совсем другой.

Из того, что Раши говорит о разнице между дождем и щедрым и обильным пропитанием, можно подумать, что разница количественная, а не качественная: дожди – это впроголодь (не обязательно, конечно, но опционально), а пропитание – непременно от пуза.

Маарша предлагает другую линию водораздела: дожди – это прокорм, даруемый в естественном порядке и каждому по мере индивидуальных заслуг. А пропитание – это из область сверхъестественного: ман, колодец Мирьям, нефть по $70 и т. п. И такое даруется лишь в заслугу многих.

На основании этих объяснений, можно было бы предположить, что рабби Йоханан считает, что под «пропитанием» подразумевается получаемое в рамках «законов природы» и в личную заслугу. И это очевидно и по всем мнениям входит в категорию «дожди». А мудрецы Земли Израиля считают, что «дожди» – это не пропитание. А пропитание – это когда, как в сказке. И в заслугу многих.

Но тогда у нас по прежнему нет ответа на вопрос, почему рабби Йоханан включает пропитание (то самое, чудесное и коллективное) в «дожди»? Тем более, если его «дождями» не считает?!

Похоже, рабби Йоханан и мудрецы Земли Израиля говорят об одном и том же пропитании. Только расходятся во мнениях касательно того, требует ли это пропитание отдельного ключа или до него можно добраться и с помощью ключа дождей.

По простому, на языке (еврейской) улицы, «дождями» именуется ниспослание мирозданию пропитания свыше. А «пропитанием» – то, как ниспосылаемое воспринимается тут у нас, внизу. Оно же и в буквальном смысле так: дожди – то, что проливается свыше и вызывает (по воле Небес и по независящим от нас причинам) рост и цветение. А «пропитание» – то, что мы добываем своим трудом, чтобы немедленно (ну, или медленно) употребить. То, ради чего пашем, во всех смыслах слова.

И рабби Йоханан рассматривает ситуацию как она выглядит, если смотреть с Небес: все виды пропитания в конечном счете ниспосылаются свыше. И принципиальной разницы между «дождями» и «пропитанием», если смотреть под таким углом, нет. Поэтому и ключа достаточно одного. А мудрецы Земли Израиля смотрят на ситуацию глазами землян. И принципиальную разницу между тем, что сыпется с неба и тем, ради получения чего нужно горбатиться по 12-14 часов в день шесть дней в неделю, видят прекрасно. И поэтому им очевидно, что одним ключом тут не обойтись. Нужны два.

Но тут возникает вопрос. Ключи о которых мы говорим – ключи от сокровищ, которыми одаряет только сам Всевышний, не прибегая к помощи посредников (по крайней мере, так выглядит текст до знакомства с комментарием Раши). Как же можно сказать, что то, что мы, по определению, зарабатываем своим трудом – это то, что нам дарует (без посредников) Всевышний? А мы кто? Не посредники между небесной милостью и конкретными благами, в которые она трансформируется нашими усилиями? Разве ключи от этого счастья не в наших руках, хотя бы в некоторой степени?

(Наши мудрецы подчеркивают, что Земля Израиля питается исключительно дождями (свыше), а не разливами рек (снизу), как Египет, Междуречье и прочие заграницы. Так устроено для того, чтобы в Земле Израиля было наглядно видно, что все пропитание – только свыше. А за ее пределами может показаться, не дай Б-г, что существуют альтернативные источники. Вот люди и ломятся сотнями тысяч и миллионами в Америку или, упаси Б-г, Германию. За улучшенным альтернативным пропитанием, кажущимся независящим от заслуг перед Небесами.)

То, что Всевышний не передает ключи дождей (и в том числе пропитания) посредникам означает, что все наше пропитание, во всех смыслах слова – даруется нам исключительно свыше и ниоткуда больше. А то, что мы стараемся, пыхтим, потеем – это все про исполнение заповедей про «шесть дней трудись», «в поте лица», «благословит тебя Г-сподь Б-г твой во всем, что будешь делать» и т. д. Чтобы дать нам какую-то индикацию. А так-то любой из нас знает по себе: нет никакой реальной зависимости между объемом проливаемого пота и получаемым результатом. А если есть, то только кажущаяся. Вводящая в заблуждение.

На языке хасидизма те усилия, которые мы прилагаем для того, чтобы благословение Небес материализовалось (условно говоря) в желаемой нам форме именуется «созданием сосудов» для потоков Б-жественного света, изливающегося на нас.

Сосуды, на первый взгляд, очень важны. Попробуйте напиться дождевой водой (дождь, как мы помним, у нас символизирует ниспосылаемое свыше) подставляя рот каплям? А в любую плошку можно за считанные минуты набрать несколько полных глотков. Но жажду утоляет все-таки именно вода, а не сосуды, в которые она собирается. Поэтому ее относительная важность бесконечно выше. И в случае с пропитанием ниспосылаемое свыше бесконечно важнее и существеннее того, что мы тут нарываем своими «усилиями».

Это – концепция в общем и целом. В частности же она может быть сформулирована двумя образами.

Первый вариант. Поступки человека и прочие «естественные процессы» не имеют никакого значения вообще. Как когда с неба сыпался ман, было очевидно, что это Б-жественое чудо и Б-жественная милость, так и когда мы получаем зарплату и несем ее в магазин, чтобы затариться макарохами и пельмешками – это Б-жественое чудо и Б-жественная милость. Один в один.

Второй вариант. Конечно, сами по себе наши усилия ничего не стоят. И все пропитание мы получаем только по милости Небес. Но поскольку Всевышний заповедовал нам трудиться и стараться прокормить семью, само это (заповедь) придает усилиям, прилагаемым нами, определенную значимость. Другими словами, головой-то мы понимаем (верим) в то, что все ниспосылается свыше. Но также мы знаем и верим в то, что Всевышний повелел нам трудиться ради пропитания, добывать его. Чтобы ногами-руками чувствовали, как Б-жественная энергия превращается в добавочную стоимость.

Соответственно, первый вариант – это подход рабби Йоханана: только три ключа. Пропитание – часть дождей. А второй – это то, как смотрят на порядок вещей в мире мудрецы Земли Израиля: дожди – отдельно, пропитание – отдельно. Поэтому ключей должно быть четыре.

Сказано в трактате «Брахот» (57а): «Видел во сне Йоханана – жди чудесных чудес». Это (кроме двух «нунов» в имени и т.д.) намек на то, что рабби Йоханан, в силу своей исключительной одухотворенности, во всем видел только ее сверхъестественную, Б-жественную изнанку. А внешней оболочке значения не предавал настолько, что для него ее и не существовало. А мудрецы Израиля именуются в интересующем нас пассаже «мудрецами запада». Что отсылает нас к известному их высказыванию «Шехина, Б-жественное присутствие – на западе». На западе, при том, что мы знаем – весь мир полон Б-жественного присутствия. Противоречие? Нисколько. Б-жественного присутствия полон весь мир. Но явственным оно становится именно на западе. Все пропитание – свыше. Но явственным это становится только когда дело принимает сверхъестественный оборот.

Восемнадцатое элула, день рождения Бешта и Альтер Ребе, как правило (в том числе, и в этом году), приходится на неделю главы «Ки-Таво», что со всей очевидностью указывает на взаимосвязь между одним и другим. В общем и в частности. В частности, очевидна связь между личностью Бешта и его учением и взглядом на мир рабби Йоханана, нашедшем выражение в его понимании и толковании сказанного в главе «Ки-Таво».

Бешт заново научил евреев верить в то, что «нет более кроме Него» (Дварим, 4:35). Пробудил в них веру, позволяющую игнорировать (в моменты экзальтации) окружающую «реальность», не давая той скрыть истину тотальности Б-жественого присутствия в мире.

Алтер Ребе, разработав учение Хабад, пошел (и повел евреев) еще дальше. Он создал методику, позволяющую, посредством интеллектуального усилия, жить с пониманием и ощущением Б-жественного присутствия, которое никак не мешает (а наоборот, усиливает) восприятие мира таким, каким он дан нам в ощущениях. И сохранять такое восприятие стабильным и постоянным. Естественным. В основе этой методики лежит та самая самостоятельная работа, прилагаемые усилия, под которые мудрецы Земли Израиля отводят отдельный ключ. Правда, речь о духовном пропитании, а не материальном. Но принцип тот же.

Бешт научил евреев и позволил им жить за счет духовных заслуг праведника (ребе). Получать пропитание свыше. С дождями. Следствие – полная зависимость от праведника. Лишился связи – лишился всего. Хабад же требует, в первую очередь, самостоятельной работы. Конечно, это создает угрозу возникновения заблуждения, касательно истинного источника всех достижений (ребе, кто же еще). Но зато позволяет функционировать в реальном мире, не опасаясь за свое душевное здоровье и крепость веры. Не то, чтобы совсем не было чего опасаться. Но это как разница между тем, насколько должен опасаться утонуть, упаси Б-г, опытный пловец, а насколько – человек, вовсе не умеющий плавать.

Вот-вот должен прийти Машиах. Говорят, что Алтер Ребе предсказывал, что тот не будет хасидом. Все возможно. Но судя по всему, что написано о той эпохе, на мир тогда все, как один, начнут смотреть по-хабадски. Хотя в дальнейшем зрение начнет медленно изменяться в сторону общехасидского. По мере истончения материальности и возобладания духовности. И самое приятное – гарантированно все до этого доживем, с Б-жьей помощью.

(Авторизированное изложение беседы Любавичского Ребе, «Ликутей сихот» т. 39, стр. 37-42.)

Р-Н ШАУЛЬ-АЙЗЕК АНДРУЩАК
Вы можете оставить комментарий, или ссылку на Ваш сайт.

Оставить комментарий