Афон. Карулья

  Зилотское движение возникло впервые на Афоне в связи с самочинным введением нового стиля Константинопольским патриархом. Тогда большая часть русских монахов перестала поминать Константинопольского патриарха. Старец Феодосий вел переписку по этому поводу с митрополитом Антонием (Храповицким), и о. Никодим стал продолжателем его дела. Так, он дал благословение ныне здравствующего схимонаха Пахомию из Старого Руссика на разработку некой новой календарной системы, которая учитывала бы астрономические неточности юлианского календаря. Вообще он был духовно близок братии его скита состоявшей из русских монахов РПЦЗ. Скит был освобожден в 1992 году от русских по приказу патриарха Варфоломея. «Будучи на Афоне, я посещал русских отшельников Никодима Карульского и иных…», – вспоминал известный подвижник зарубежья архимандрит Нектарий (Чернобыль), живший на Афоне в 1966 году. Схимонах Никодим имел большое влияние на русское зарубежье, к нему приезжали паломники за советом, со многими он общался в письмах. По церковной иерархии о. Никодим был иподиаконом и рукоположен в этот сан в скиту святого Пророка Илии архиепископом Леонтием Чилийским.

Кроме того, на Каруле в ΧΧ веке подвизались следующие русские монахи: схимонах Зосима, занимавшийся плетением корзин, схимонах Нифонт, живший рядом с Георгиевской кельей, ученики иеросхимонаха Феодосия: схииеродиакон Софроний и схимонах Досифей, приехавший на Афон по благословению святого праведного Иоанна Кронштадтского и бывший ранее в Ильинском скиту, схимонах Алипий, часовых дел мастер, схимонах Пахомий, схимонах Епифаний, живший в келье Рождества Христова, схимонах Епифаний, схимонах Василий из Иверской кельи, схимонах Харлампий, обитавший поблизости с Георгиевской кельей. Интересна история схимонаха Вафусия, жившего на самом краю Карули в келье напоминавшей по внешнему виду ласточкино гнездо. Еще до Первой мировой войны он узнал, что мать его в России тяжело больна и близка к смерти. Он пришел к ней, попрощался и похоронил ее и умудрился вернуться на Афон уже во время Гражданской войны. Если мы вспомним, о. Евгений (Жуков) отправившийся в Россию примерно в эти годы хоронить мать, смог чудом вернуться только в тридцатые году, несколько лет до этого проведя в лагерях.

 

Примечание:

1. Отец Тихон ­-- последний великий старец на Афоне.1997.

2. Подробнее о нем можно прочитать в описании кельи «Белозерка».

3. Часовой, 1934 г. № 139-140. Юбилей В.Н. Штрандтмана.

4. Родился Василий Николаевич в 1877 году, крёстным отцом его был сам Государь Император Александр II. В 1897 году окончил Пажеский корпус и некоторое время служил в лейб-гвардейском Уланском полку Ея Величества, а  в 1901 году поступил на службу в Министерство Иностранных Дел. Вот его послужной список: с 1902 года состоял при канцелярии МИДа, с 1906 по 1911 г. секретарь миссии в Дармштадте, в 1908 году был секретарём дипломатического агентства в Софии. С 1911 по 1915 г. первый секретарь миссии в Белграде. В 1919 году был назначен правительством А.В. Колчака посланником в Королевстве СХС. Мало кто знает, что король Александр I, в начале гражданской войны хотел помочь белому движению и послать в Россию добровольческий сербский корпус. Но бывшие союзники России, её тайные враги, категорически запретили ему это делать, да и без их помощи Король не смог бы осуществить такое перемещение войск. Король не забыл помощи русского народа. Василий Николаевич говорил одному своему собеседнику, редактору журнала «Часовой», Орехову: «Где Вы ещё найдете такое сердечное и братское отношение к русским и такое любовное внимание к памяти о России, как в Югославии?» Он не забыл в трудную годину и самого Василия Николаевича. Впоследствии он часто прибегал к советам русского посланника и внимательно относился к его мнению. И пока это было возможно, до 1940 года, над зданием русского посольства красовался двуглавый орёл, и Василий Николаевич делал всё возможное, чтобы облегчить русским нелёгкую жизнь в Югославии. Русский посланник был одновременно и Уполномоченным Русского Красного Креста. Роль этой организации станет ясна, если перечислить её учреждения, действовавшие в Сербии. Главным из них был русский хирургический госпиталь в Панчево, рассчитанный на сто коек. В Словении – санаторий для лёгочно-туберкулёзных больных. В Белграде, Панчево, Великой Кикинде, Белой церкви, Суботице, Любляне, Земуне были открыты амбулатории. Были организованы дом престарелых и детский приют в Белграде. Чтобы обслуживать все эти учреждения пришлось создать общежитие русских сестёр милосердия. И всё это приходилось делать практически без средств.

Когда началась Вторая мировая война, и в Белград вошли немцы, В.Н. Штрандтман был арестован, но довольно скоро освобождён по ходатайству протоиерея Георгия Граббе. Штрандтману оставалось только покинуть Югославию. В 1963 году в «Русской мысли» появилась маленькая заметка: «Уланы Ея Величества и Пажи извещают, что 17-го ноября в Вашингтоне скончался бывший посол Российский в королевстве Югославия Василий Николаевич Штрандтманн». Так тихо ушёл из жизни последний из русских посланников, бывший свидетелем важнейших событий мировой истории. Умер он в нищете, но отпевал его известный архиерей в зарубежье архиепископ Аверкий (Таушев). «Он был очень строг к своей душе и весьма заботился о том, чтобы в ее изгибах не остался какой-либо забытый и неисповеданный им грех. Он как бы с некоторой завистью относился к уделу своего брата, который был схимником иеромонахом в Карульских ущельях на Афонской горе и который предварил его своим отшествием из этого мира на три месяца», — сказал на панихиде по усопшем другой владыка – архиепископ Никон. Похоронен Василий Николаевич на монастырском кладбище в Джорданвилле.

5. 1875 год приводится в некрологе, напечатанном в джорданвилльской «Православной Руси», 1873 год – согласно греческому паспорту.

6. Часовой.1963. № 450. С. 23

7. Митрополит Евлогий в 1926 году вышел из состава Архиерейского Синода Русской Православной Церкви Заграницей, в 1935 году присоединился к РПЦЗ, а в 1936 году отделился от нее окончательно.

8. Часовой. 1963. № 450. С. 22.

9. Владимир Ронин. Церковная жизнь в Русском Антверпене (1920—1960/1999-2006).

10. Геронда Григорий из кельи Даниэлев и геронда Гедеон из кельи Архангелов на Катунаках. Оба подвизаются на Афоне около 50 лет.

11. греч. «Хороший».

12. Нам удалось найти на Каруле не только его фотографию, но и греческий паспорт, который, к сожалению, содержал слишком мало сведений. Указана только профессия – иеромонах, что он родился в 1873 году, глаза у него были голубые и что в 1935—1936 годах он ездил в Сербию. Из журнала «Русского паломника» мы позже узнали, что о. Никон рассказывал своему соседу по келье о. Макарию про Аляску. О. Никон был на Алеутских островах, был на острове Афогнак, соседнем с Еловым островом, где подвизался преп. Герман и где тогда жил тульский монах Герасим, в свое время бывший и на Афоне.

13. Отшельническая келья самых суровых подвижников.

14. Архимандрит Херувим. Из удела Божией Матери. 1998. Киев. С. 41--42.

15. Архимандрит Херувим. Из удела Божией Матери.1998. Киев С.113

16. Там же. С. 114.

17. После смерти о. Стефана, воспользовавшись данными сербского писателя Павла Рака, мне удалось составить следующий краткий некролог в российской печати. Видимо, эти данные следует считать наиболее достоверными:

Почил о Господе афонский подвижник схиархимандрит Стефан Карульский. Вся жизнь афонского старца была тесно связана с братским русским народом. О. Стефан (Милкович) родился в 1922 году. Учился в сельскохозяйственном техникуме. Знания, полученные там, пригодились ему впоследствии, когда он стал афонским монахом. Еще до Второй мировой войны о. Стефан поступил послушником в монастырь Туман в Сербии, где в то время подвизалось русское братство. Во время войны находился в монастыре Студеница. По словам о. Стефана, однажды коммунисты хотели его расстрелять, но ему удалось спастись бегством. Это находит подтверждение в воспоминаниях архимандрита Иоанна (Радосавлевича). В это время о. Стефан был рукоположен владыкой Николаем (Велимировичем) в диакона. На Афон, по собственным словам о. Стефана, он пришел из Сербии пешком, в самом начале пятидесятых годов. Сначала поступил в сербский монастырь Хиландарь, где пробыл совсем недолго. Жил с русскими монахами в Карее, затем один в Старом Руссике, а потом поселился на Каруле месте самых суровых подвигов афонских монахов. Здесь о. Стефан провел почти 40 лет. О. Стефан принадлежал РПЦЗ, как и некоторые другие карульские подвижники, но принимал всех, кто обращался к нему за советом и помощью. На Каруле о. Стефан вел строгую подвижническую жизнь и был известен во всей Греции. Сотни людей приходили к нему или обращались письменно за наставлением, или испрашивали молитв. Во время своего пребывания на Каруле о. Стефан ежедневно служил Божественную Литургию. Причем часто ему приходилось служить в одиночестве, так как все эти годы он практически не имел послушников. О. Стефан был великим молитвенником, и люди, зная это, почитали его и любили. Сотни имен поминал он каждую ночь, совершая проскомидию, причем часто без помянника, наизусть. Имел множество духовных чад в Греции, Сербии, Франции (русских). Написал четыре брошюры, содержащие духовные наставления общедоступного характера, которые были напечатаны его греческими друзьями. Но, больше, чем этими брошюрами, он вошел в историю Афона своей яркой личностью, которая проявлялась практически везде: и в его необычной фигуре, и в живом общении с сотнями гостей, и в подвигах, и в юродстве. О. Стефан иногда юродствовал, иногда был серьезен и делился своим опытом афонской жизни с теми, кто мог его воспринять. Со временем юродство захватило всю его личность и усугубилось старческими немощами и болезнями, что соблазняло многих, плохо знакомых с монашеской жизнью и неспособных оценить подвиги, совершаемые подвижниками на суровой и даже именуемой некоторыми страшной Каруле. Около трех лет назад пожар уничтожил келью о. Стефана, и две зимы старцу пришлось прожить в пещере. Оттуда его и увезли в Сербию, в монастырь Сланцы под Белградом, который является метохом (подворьем) Хиландаря. Там о. Стефан и встретил свою кончину на праздник Введения Пресвятой Богородицы в 2001 году. Остается только добавить, что келья о. Стефана была по соседству с кельей русских иеромонахов Порфирия и Серафима.

18. «Православная Русь». 2005. № 16.

19. Известный афонский духовник, почил 25 мая 1903 года. В миру он был князем Теодором Георгиевичем Эристовым. Его род уже сделал в древности немалое приношение Афону. Во времена преп. Афанасия у него в послушниках были знатные грузины, основавшие еще при его жизни Иверский монастырь. Первым был инок Иоанн (Варасваче), знаменитый полководец иверского царя Давида Куропата, вторым – его сын, в монашестве Евфимий и, наконец, третьим – князь Торникий, из рода которого и происходил грузинский инок. Князь Торникий вошел в историю Афона тем, что по приказу греческой императрицы и по благословению преподобного Афанасия вынужден был переменить рясу на доспехи и вновь стать на время полководцем. Но победа была одержана, и князь снова вернулся в обитель, где и окончил свое земное странствие. Его далекий потомок, старец, известный духовник грузинского братства, закончил свой жизненный путь рядом с Иверским монастырем.

20. Письмо монаха Афонского Ильинского скита Хрисанфа епископу Псковскому Арсению от 13 июля 1905 года ГАРФ. Ф. 550. Опись 473

21. Русский Паломник. №23 С. 19.

22. Русский Паломник. № 28. С. 107.

23. Читая эти отрывки, где говорится «о давнем желании» о. Никодима и «нежелании жить в России» поражаешься двум вещам: незнанию собственной истории и преклонении пред Западом. Человеку, мало-мальски знакомому с историей экспедиционного корпуса, известно, что перед нашими солдатами после Октябрьского переворота был поставлен выбор. либо продолжать воевать на стороне Франции во имя ее интересов, либо работать на предприятиях Франции, либо работать на положении рабов в Алжире. И большинство выбрало тяжелый каторжный труд, не желая воевать за чужие интересы. Французы при этом русских не жалели: «В апреле 1917 новый главком французов генерал Нивель затеял грандиозное наступление. Русские бригады, как обычно, оказались на самом острие. В результате все обернулось страшным поражением для Антанты, вошедшим в историю как «бойня Нивеля». Обе наши «французские» бригады потеряли около 5 000 человек (весь корпус составлял 45 тыс человек) — таких ужасных потерь еще не было. «Разброд в умах» сменился неподдельной обидой за погибших товарищей и такой же откровенной злостью ко всему французскому и военному. Бригады отвели в тыл, где солдаты и офицеры начинают посещать митинги» (Александр Березин. «Забытый контингент». Братишка. Июль 2005 года). Дорога же на Родину была очень трудна и заняла не один год, и далеко не все ее смогли выдержать. Вообще, вопреки стереотипу сложившемуся в сознании русских людей, французы были чрезвычайно жестоки в отношении к иностранцам, воевавшим на их стороне. Так, не выдержав издевательств, русские солдаты, оказавшиеся в силу некоторых причин в составе Иностранного легиона, устроили бунт, избив унтер офицеров. Подобные бунты карались смертной казнью. Можно с уверенностью сказать, что о. Никодиму пришлось вынести немало за свою жизнь, а пробраться на Афон было делом вовсе не легким. После того как начались братания с болгарами, часть была снята с фронта и пред русскими был поставлен выбор, либо продолжить войну в составе: французской армии, либо заняться доблестным каторжным трудом. Отправляться в Россию или на Афон никто русским не разрешал. В любую минуту будущий монах мог был схвачен и отправлен в Африку или даже расстрелян как дезертир. Да и законность пребывания его на Афоне была весьма сомнительна.

24. Русский Паломник. № 28. С. 107.

 

Павел Троицки ©.

 

По материалам:

agion-oros.ru;

фотографии из ЖЖ  монаха Афанасия: m-athanasios.livejournal.com

Страницы: 1 2 3 4 5

Вы можете оставить комментарий, или ссылку на Ваш сайт.

Оставить комментарий