Опасность однополых браков

Где вы, мама и папа?

Дженнифер Тием (Ruth Institute)

В странах, где побеждает левый либерализм, вслед за которым приходит уже откровенный социализм, все чаще звучат призывы легализовать однополые браки. Некоторые из них уже, несмотря на массовые протесты, принимают такие законы (например, Франция).

При этом обслуживающими всю леволиберальную братию мейнстримными медиа применяется аргументация, которая сравнивает противников гей-браков с отсталыми и даже неполноценными людьми, не желающими идти в ногу с «прогрессом». И то, куда девается в таких случаях любимый либералами плюрализм и толерантность к чужому мнению — загадка. Но отбросим либеральные двойные стандарты в сторону, и скажем прямо — если под прогрессом понимать увеличение правительственного контроля и присутствия в жизни человека, то поведение консерваторов на самом деле совершенно нельзя назвать нелогичным.

Зато нелогичным можно назвать поведение тех либертарианцев и консерваторов, которые скорее себя таковыми только называют, и которые активно потворствуют превращению мечтаний ЛГБТ-активистов в реальность. В частности, сравнительно недавно в США даже появилась политическая организация «Молодые консерваторы за свободу брака», которая декларирует, что так как брак — это консервативная ценность, якобы консерваторы должны на этой почве объединяться с ЛГБТ и помогать последним «бороться за свои права». И это крайне нелогичная ситуация, а главное — опасная, ведь за подобными «консерваторами» на деле стоят левые либералы, у которых свои планы и цели.

Что за планы, спросите вы? А тут нам на помощь придет Дженнифер Тием из Института Рут, США. Особенно ценным ее мнение становится еще и потому, что она работает в профессиональной консервативной организации, занимающейся исследованиями в области семьи. Собственно, я просто переведу для вас ее статью по этой теме, а вы уже решите, соглашаться с ней, или нет:

Несколько месяцев назад появилась политическая организация под названием «Молодые консерваторы за свободу брака». Эту группу спонсирует более крупная организация «Свобода жениться». Цель этих групп — продвижение идеи однополых браков.

Эти юные консерваторы были запутаны левацкой пропагандой, и на мой вкус, просто не понимают философских основ настоящего консерватизма. Они ошибочно полагают, что «свобода жениться — не односторонняя ценность, соответствующая основным консервативным ценностям ответственности, ограниченного правительства и индивидуальной свободы». Так называемая «свобода жениться» (в ее однополом понимании) — вовсе не консервативная ценность. Это леволиберальная идея, и больше ничья.

Объясню, как это работает.

Все это не так просто, и поэтому некоторым нашим союзникам бывает сложно отстоять эту точку зрения на дебатах с оппонентами, но я постараюсь разбить свои тезисы на небольшие, понятные сегменты.

1. Гомосексуальные браки на деле означают «бесполые браки».

2. «Бесполые браки» означают, что пол человека должен быть убран на законодательном уровне. Такие слова, как «невеста», «жених», «муж», «жена», «мать» и «отец» по этой логике заменяются на такие нейтральные по отношению к половой принадлежности слова, как «партнер», «сторона», «участник», «родитель». Кстати, если вы не обратили внимание, эти меры левые уже успешно продвигают. Во Франции буквально недавно был принят закон, по которому родителей ребенка во всех документах будут называть «Родитель А» и «Родитель Б», и сделано это было именно в угоду «бесполым бракам», которые упорно продолжают называть «однополыми браками». В США леволиберального Обамы (но не право-консервативных патриотов) с 2011 года в ряд шаблонов документов также были внесены подобные изменения. Швеция вовсю вводит в обиход применение современной детской литературы, в которой пол стараются не упоминать в принципе, а Совет Европы и вовсе находит в словах «мать» и «отец» признаки сексизма, и требует на законодательном уровне заменять их во всех документах на все те же «бесполые» «родитель 1» и «родитель 2».

3. Если убрать все отсылки к полу из закона, а в перспективе и из языка, таким образом можно постепенно ликвидировать и естественные, биологические узы между матерями и отцами с одной стороны, и их детьми с другой. Эти естественные, в том числе на чисто лингвистическом уровне, родственные связи, заменяются искусственными «законодательными», уже абсолютно субъективными, и насаждаемыми государством.

4. Обратите внимание — исчезновение гендерных признаков в законе касается уже не только однополых пар. Это изменение полностью переопределяет сам институт брака для всего общества.

5. Замена естественных уз на определяемые государством полностью противоречит естественному закону, тому самому естественному закону, который был заложен в основу США. Отцы-основатели этой страны понимали его значение — а именно то, что наши права приходят к нам от рождения, от Бога. Они относились к этим правам, как к неотчуждаемым. А если мы с вами не противимся естественному закону, то естественные семейные узы, безусловно, и есть один из примеров таких неотчуждаемых прав.

6. Заменяя естественные узы искусственными, мы будем позволять государству, а не «биологии» решать, кого считать родителем. Это приведет к значительному повышению уровня присутствия государства в нашей жизни. Законодательная гонка за контролем над детьми будет расти и мы увидим примеры того, как при этом будут игнорироваться естественные узы. «Бесполые браки» уже навредили людям там, где они признаны законными. Конкретные примеры будут приведены в конце этой статьи*.

7. Большая часть людей не понимает, как много законодательных изменений должно произойти, чтобы «помочь» гомосексуальным парам. Некоторые консерваторы надеются, что поддерживая гомосексуальные браки, они усилят институт брака и семьи. Но только браки, основанные на естественных узах могут помочь достичь этой цели. Бесполые браки не могут служить этой цели, так как здесь требуются искусственные, образуемые государством связи. По определению, бесполые браки уже значительно расширили рамки присутствия государства только одним фактом своего существования. Всем должно быть ясно, что когда вы требуете заменить естественные узы искуственными — это вредит самой основе семьи, и не усиливает ее никоим образом.

Консерваторам важно не забывать, что традиционный (гендерный) брак существовал еще до государства. Общество, которое основывается на идее ограниченного правительства больше зависит от гендерного брака, чем гендерный брак зависит от государства. Семейная ячейка — оплот против правительства. Другие семейные формы таковыми не являются — им требуется больше и больше государственного интервенционизма, который будет поддерживать их существование законодательно и финансово, вот поэтому либералам нужны другие семейные формы, чтобы оставаться у власти, и именно поэтому они хотят переопределить институт брака.

Настоящее консервативное определение брака — «один мужчина, одна женщина, на всю жизнь», потому что это та семейная структура, которая держит государство вне семьи. Это единственная структура, которая поддерживает идею неотчуждаемых, естественных прав, и которая в своей основе держит естественные узы между детьми и их матерями и отцами.

И это единственная семейная структура, которую атакуют левые. Я призываю всех молодых консерваторов избегать левых течений и не давать им поддержки в их целях по переопределению брака, и присоединяться к реальным консерваторам в их защите внеполитических институтов традиционного (гендерного, полового) брака. Гендерный брак служит цели ослабления государственной мощи. И ослабление государственной власти — это настоящая консервативная миссия.

Примеры и ситуации из жизни:

Вероятно, вы уже слышали историю Лизы Миллер, биологической матери своего ребенка, которая потеряла право опеки над собственной дочерью из-за того, что состояла в браке со своей любовницей? По большому счету, эта любовница не имеет никакого отношения к ребенку по крови, но это не имело значения для судьи, вынесшего постановление не в пользу биологической матери после расставания бывших любовников. В итоге Лиза сбежала с дочерью в Центральную Америку. Ее имя теперь мелькает в списках ФБР и Интерпола — она объявлена в розыск за похищение собственной (!) дочери, а пастор-амиш, который помог ей бежать, был признан виновным в «пособничестве похищению несовершеннолетнего в международном масштабе». Ему грозит три года лишения свободы.

Биологические связи Лизы ее собственной дочери даже не учитывались в пользу государственной политики, направленной на поощрение «равенства». Объективная, естественная, внеполитическая реальность здесь теряется, и заменяется реальностью субъективной, искусственной, и навязываемой государством.

И второй пример.

М. C. была рождена в лесбийской семье от своей матери, Мелиссы, которая воспользовалась правом на заключение однополого союза в 2008 году в Калифорнии со своей партнершей Ирэн. В какой-то момент пара распалась, и распалась с таким скандалом, что Мелисса послала своего бойфренда — Хосе (да, именно своего бойфренда; я знаю, что она же вроде как была лесбиянкой, но давайте не будем вдаваться в эти детали сейчас) напасть на Ирэн с ножом. В итоге теперь Мелисса находится в тюрьме за попытку организовать убийство, а Ирэн находится в больнице. И что вы думаете? У М. С. есть биологический отец. Оказывается, что Мелисса родила M.C. от своего друга Хесуса, а забеременела она еще до того момента, когда Мелисса и Ирэн стали встречаться. Запутанная история? Дальше интереснее.

Так как, по понятным причинам, ни Мелисса, находящаяся в тюрьме, ни Ирэн, находящаяся в больнице, не были в состоянии заботиться о M. C., ее биологический отец, Хесус, хотел оформить опеку над ней. Вместо этого, судья отправил девочку в приемную семью. Почему? Потому что в соответствии с семейным правом, вторым законным родителем является лицо, с которым мать ребенка состоит в браке. В данном случае это означает, что другой родитель — это Ирэн! Хесус, несмотря на то, что это его ребенок, получает отказ.

Представьте себе, вместе с введением однополых (а точнее, еще раз — «бесполых») браков такое положение вещей будет навязано абсолютно всем семьям. Где здесь любимое либералами «сострадание»? Это действительно тот мир, который мы хотим, тот, где настоящие родственные связи больше не имеют приоритета в глазах закона?

Вступление и перевод: Александр Китченко

Источник

Вы можете оставить комментарий, или ссылку на Ваш сайт.

Оставить комментарий