Очевидное-невероятное

Станислав Мотл

Чешский телеведущий, писатель и журналист Станислав Мотл поделился с корреспондентом «Пражского Телеграфа» историями, которым он пока не может найти объяснение.

С древних времён всё таинственное и необъяснимое притягивает внимание человечества. Шифры, знаки, закодированные публичные послания интересуют почти каждого, но не многие посвящают себя этому.

Станислав Мотл – один из тех, для которого решение и описание загадок стало делом всей жизни. В разговоре с «Пражским телеграфом» Станислав Мотл рассказал о таинственных событиях, с которыми ему довелось столкнуться.

В ледяном капкане

 гора Казбек

К тому моменту прошло всего два дня, когда я вместе со своими друзьями в тридцатиградусный мороз покорил знаменитую кавказскую гору Казбек. После ночи, проведённой на самой вершине, мы в течение суток добирались до нашего лагеря, а набравшись сил, продолжили спуск и взяли курс на деревню Казбекия, последний пункт в нашем путешествии по Кавказу.

Спуск проходил абсолютно нормально, пока вдруг не опустился туман. В горах часто такое бывает… Я шёл последним и так случилось, что потерял из виду своих товарищей. Так я попал в самую неприятную для альпиниста ситуацию: туман, подо мной огромный ледник, вокруг никого, и каждый мой шаг может стать для меня роковым.

Иду очень медленно, выверяю каждое своё движение. Шаг, ещё один, слышу хруст льда, и вот я уже лечу вниз по одной из расщелин ледника. Спас меня лишь мой альпинистский рюкзак, который чудом зацепился за ледяной выступ. Чувствую невыносимую боль по всему телу, но понимаю, что только моя тщательность при сборе рюкзака спасла мне жизнь.

Оглядываюсь вокруг: подо мной пропасть, а до поверхности где-то 7-8 метров. Начинаю карабкаться вверх, однако руки и ноги меня не слушаются. Кричу, что есть силы, но ледник поглощает каждый звук. «Вот так выглядит смерть», – думаю про себя и надежда начинает покидать меня. Но тут мне становится тепло, как будто кто пустил что-то тёплое по моим жилам, хочется спать и я понимаю, что засыпаю.

Я переношусь в какое-то прекрасное место, где играет музыка, а вокруг всё кажется светло-голубым. Я прекрасно себя чувствую. Оглядываюсь и совсем не удивляет, что меня окружают люди, молодые и старые, женщины, мужчины, дети. Тут я вижу знакомое лицо, это Петр, друг моего детства, который научил меня любить и понимать горы. Рядом с ним стоят мой дед и бабушка, друг Мирек, мой одноклассник. Все они мне улыбаются, а я улыбаюсь им в ответ. Чувствую, что совсем скоро – конец моего путешествия, не знаю, куда я попаду, но абсолютно уверен, что там мне будет хорошо.

Но вдруг среди знакомых мне лиц я вижу Ленку, с которой мы расстались перед тем, как я отправился на Кавказ. В отличие от остальных моих друзей и родственников она не улыбается. Наоборот, она серьёзно смотрит на меня своими грустными глазами и говорит: «Тебе ещё рано сюда, этот мир пока не для тебя». «Странно, – подумал я, – почему мне сюда нельзя, если чувствую себя здесь отлично». Но Ленка исчезает и возле меня вырастает тень и тянет меня оттуда, из светло-голубого мира, где я увидел столько родных и любимых мной людей.

Совсем скоро я понимаю, что сижу на снегу, щурюсь от яркого солнца, а окружают меня мои товарищи-альпинисты. Как мне потом они рассказали, потеряв из виду, они принялись меня искать и, к счастью, нашли. Моим спасителем оказался Лексо, которого я принял в своём сне за тень.

Ещё через два дня я уже лежал в больнице и вновь и вновь возвращался к тому сну, который видел, пока висел над пропастью. Я анализировал, вспоминал, что я услышал и кого в нём видел. И тогда понял, что все, встретившиеся тогда на моём пути люди в том светло-голубом мире, давно умерли. «Но Ленка ведь живая… Почему она там оказалась? Что она делала в моём сне? И был ли это сон?», – спрашивал я себя.

Полностью выздоровев, я вернулся в Прагу месяц спустя. Мои друзья устроили мне праздничный ужин по случаю моего покорения Казбека в одной из знаменитых пражских пивных. В разгар празднества ко мне обращается Йозеф и говорит: «Помнишь Ленку, с которой ты встречался до Кавказа?». Я удивлённо смотрю на него. «Так помнишь или нет?», – повторяет он свой вопрос. «Помню», – отвечаю я с недобрым предчувствием. «Так вот, вскоре после твоего отъезда она погибла в автокатастрофе».

«Тень» из йиглавских катакомб

Место действия – йиглавские катакомбы. Время действия – половина пятого утра. В поисках интересного сюжета я приехал в знаменитое подземелье города Йиглава на юго-востоке Чехии. Оно известно, в первую очередь, тем, что там размещались казармы и штаб-квартиры СС, чьи сотрудники проводили в катакомбах секретные эзотерические эксперименты, чтобы наладить контакт с потусторонним миром, с помощью которого нацисты хотели завладеть миром.

К концу подходит очередная ночь в подземелье, а мне так и не удалось найти или заснять хоть что-нибудь интересное. Чтобы занять себя, я начинаю перебирать в памяти воспоминания людей, которые здесь встречались с привидениями или духами. Продолжаю бродить по коридорам и представляю себе, как вернусь в гостиничный номер и лягу спать. Прохожу под лестницей, ведущей наверх, поворачиваю за угол и вдруг останавливаюсь, как вкопанный, и чувствую, что не могу сделать ни шагу.

«Боже мой… Это невозможно! Это тень и она двигается!», – говорю я сам себе и понимаю, что действительно вижу человеческую тень с неестественно тонкой шеей, поднятой рукой и шлемом на голове. Не знаю, сколько мы так стояли друг против друга. Наконец, я прихожу в себя и вспоминаю про видеокамеру.

Направляю её на тень, но, к своему ужасу, понимаю, что видеоустройство не работает. Бегу обратно к рюкзаку, где находится выключатель и проклинаю себя и камеру, которая подвела меня в решающий момент. Между тем тень исчезла, и больше я её уже не видел.

Расстроенным вернулся в гостиницу и вечером уезжаю в Прагу, не рассказав никому об этом происшествии. На следующий день сижу со своим коллегой и просматриваю заснятые в Йиглаве и местных катакомбах материалы. Разговоры с очевидцами и их рассказы должны были стать основой моего репортажа о путешествии в этот город. Продолжаем работать с плёнкой, подбираемся к месту, где должны были быть кадры с таинственной тенью.

И тут слышу голос Павла – моего коллеги-видеоредактора: «Верни обратно! Отмотай плёнку назад!». Снова просматриваем кадры, на которых сняты стены подземелья и спустя некоторое время видим на экране отчётливое изображение духа или привидения…

Репортаж об этой странной встрече в йиглавских катакомбах вышел в сентябре 1997 года в передаче «Собственными глазами» (Na vlastní oči) на телеканале Nova.

Проклятье белых богов

Ещё одно необыкновенное приключение со мной случилось в Полинезии. Я попал в этот райский уголок нашей планеты абсолютно случайно и решил исследовать его. В первый же день своего пребывания на острове я решил, что не хочу жить в гостинице, и устроился на ночлег на пляже на берегу волшебного Тихого Океана.

Я проснулся от того, что дождь заливал мой спальный мешок. Быстро собрав вещи, я пережидал непогоду под пальмой, как вдруг послышался странный звук, доносившийся из джунглей и напоминавший детский плач. Бросив спальные принадлежности на том же месте и вооружившись фонариком, я побежал на крик. Плач становился всё громче, я приближался к месту, из которого он доносился.

Спустя несколько секунд абсолютно машинально я опустил фонарик, чтобы рассмотреть дорожку, по которой бегу. Вид, открывшийся мне, заставил меня замереть: всего в шаге от меня была пропасть, куда бы я неизбежно упал, если бы не случайное желание осветить себе дорогу.

Из оцепенения меня вновь вывел плач, который слышался из пропасти. Я начал кричать и звать на помощь, но в тот же момент он прекратился. Я был вынужден ни с чем вернуться на пляж, после чего крепко уснул.

Разбудили меня две девушки-полинезийки, которые хотели узнать, кто я такой и что делаю на этом пляже. Узнав, что я из далёкой и незнакомой им страны под названием Чехия, они буквально завалили меня вопросами. Лани и Леолики (именно так звали этих девушек) целый час расспрашивали меня о моей родине, а затем предложили пойти с ними в деревню. Я согласился, и буквально через двадцать минут мы оказались в маленьком поселении.

Первым, с кем меня познакомили, был старейшина деревушки – Тахонга – высокий мужчина, лет семидесяти. Лани и Леолики поспешно удалились, а Тахонга усадил меня на пёстрый жёлто-красный ковёр напротив себя, предложил мне кокосового молока и начал расспрашивать о том, кто я и что здесь делаю. Так началась наша дружба.

В общей сложности я провёл в деревне Тахонги около двух недель и всё это время не переставал думать о том, что произошло в первый день моего пребывания на острове. Я несколько раз хотел заговорить об этом с местными жителями, но всякий раз отказывался от этой идеи, предполагая, что они меня сочтут сумасшедшим.

В последний вечер перед отъездом мои новые друзья организовали торжественный ужин с танцами и песнями. Меня снова усадили на почётное место рядом с Тахонгой, и именно тогда я всё-таки решил рассказать ему о плаче ребёнка, который я услышал на краю пропасти.

В первый момент мне показалось, что Тахонга меня совсем не слушает, но после того, как я закончил рассказ, у него, как мне показалось, был грустный, даже испуганный вид. Старейшина поднялся из-за стола, ушёл и больше не возвращался. Я спросил у Лани и Леолики, в чём дело, но девушки дали понять, что не собираются говорить о том, что сейчас произошло.

Прошла ночь, наступило утро, пришло время прощаться. Лани и Леолики проводили меня к причалу, Тахонга так и не вышел. Я ещё раз спросил, чем я обидел вождя, но девушки попросили меня не упоминать об этом. «Не думай и не старайся это понять. Через две недели я прилетаю на Оаху и там всё тебе расскажу», – сказала мне Лани. Спустя полмесяца мы встретились в кафе недалеко от университета, где учится Лани.

«Я знаю, что обещала тебе всё объяснить, так вот слушай», – сказала она и начала рассказ. «С нашей деревней связана одна необычная история. Однажды к нам в деревню пришли белые люди, которых наши предки восприняли как богов и поклонялись им. Но однажды боги уплыли, пообещав вернуться. В подтверждение своих слов они оставили белую девушку на острове. В эту девушку влюбился один из молодых полинезийских парней. Это был, кстати, предок Тахонги. Позже они поженились и у них родилась девочка. Но жил в деревне злой шаман, который ненавидел белую девушку и настраивал против неё односельчан.

Случилось как-то раз, что на остров налетел ураган и разрушил нашу деревню. Тогда шаман обвинил белых богов в том, что они не защитили деревню и стал убеждать других жителей, что это были не боги, а демоны, поэтому девушка должна умереть. Голодные и разъярённые жители убили предка Тахонги, его жену, а их дочку выбросили в пропасть. В ту самую, о которой ты рассказал тогда. С тех пор каждый раз, когда доносится плач из той пропасти, это означает, что следующий из рода Тахонги должен умереть. Это проклятие белых богов.

В то утро, когда ты уехал с острова, мы нашли Тахонгу мёртвым в собственном доме. Он умер во сне… Со смертью Тахонги завершился и его род, и вся наша деревня так искупила свою вину перед богами».

Александр Поповский

Опубликовано в газете «Пражский телеграф» №45

Вы можете оставить комментарий, или ссылку на Ваш сайт.

Оставить комментарий