Приставы отбили ребенка на свадьбе

Juvenile Justice/ Ювенальная юстиция

Александр Ермаков

Судебные приставы провели силовую операцию на свадьбе сотрудника регионального УФАС. Прямо с нее забрали восьмилетнюю дочку жениха – суд решил, что девочка должна жить с матерью. Почетным гостем на торжестве и невольным свидетелем свадебных «маски-шоу» был советник главы Федеральной антимонопольной службы России, экс-глава петербургского УФАС Александр Беляев. Он предпочел не вмешиваться, несмотря на хорошие отношения с помятым молодоженом. В УФССП силовой вариант изъятия ребенка объяснили просто: была вероятность, что свадьба начнет отстреливаться.

К «маскам-шоу» в банкетном зале «Tiramisu Milk» на Галерной улице привела судебная тяжба супругов. После развода Елена Балашова и Павел два года делили дочку. В августе 2013 года вступило в силу решение суда об определении места жительства ребенка – с матерью. Павел девочку не отдавал, его объявили в розыск и наложили штраф 500 рублей. В конце января нашли в Василеостровском районе. Мужчина дал приставам письменное объяснение, сквозившее дерзостью и упрямством:

«О решении суда, в котором указано, что ребенок должен проживать с моей бывшей женой, я знал. Данное решение мной не исполнено ввиду несогласия с ним. На данный момент я не могу пояснить, где находится мой ребенок, его забрали мои родители. Адреса они не сообщили, информацию о местонахождении ребенка тоже. На данный момент дозвониться до них не могу, телефон выключен».

Поиски ребенка по школе, дежурства у адреса на Васильевском острове результата не дали. Не помогли обращения по месту работы Павла – в УФАС по Петербургу. Он личный водитель главы ведомства Вадима Владимирова.

Спасла для приставов ситуацию новая пассия мужчины – белокурая любительница делиться с миром новостями. Девушка чуть ли не каждый шаг личной жизни афишировала в социальных сетях. Так в УФССП узнали о намеченной свадьбе, с регистрацией брака и гулянием в банкетном зале на Галерной. О присутствии дочки Павла на торжестве приставы догадались.

Проводить операцию в ЗАГСе было рискованно, решили они, как рассказали «Фонтанке» в ведомстве. «Лазутчик» не мог с расстояния сличить девочку с фотографией. Решили дождаться банкета. На Галерную выслали спецподразделение – группу быстрого реагирования специализированного отдела оперативного дежурства Минюста (ГБР) из восьми бойцов в костюмах цвета хаки и балаклавах.

«Не было гарантии, что кто-нибудь из гостей свадьбы не возьмется за травматическое оружие, и приняли все меры обеспечения личной безопасности своих сотрудников», – объяснил силовую поддержку заместитель главы УФССП по Петербургу Вадим Дмитриев.

К шести вечера свадьба гуляла уже часа полтора. Была весела. Момент для визита приставы выбрали, может, не вполне удачный.

«Мы вошли, когда опознали девочку. Банкетный зал посчитали самым удобным местом. Была уверенность в том, что ее не увезут», – пояснил «Фонтанке» участник операции.

Видеозапись неприглядной сцены с истериками, плачем, нецензурщиной и кулаками попала в Сеть. Изъятие девочки прошло без формальностей – озвучивания решения суда и представления сотрудников по именам-фамилиям. Промедление, объясняют в УФССП, могло спровоцировать еще большую агрессию.

Зато не обошлось без применения силы, что, собственно, сторонники Павла теперь и вменяют приставам. Сотрудник ГБР в разговоре с корреспондентом «Фонтанки» лаконично ответил на претензии: «Нас предупредили: возможна сеча. Мы были готовы. Но не лютовали – оборонялись. К девочке прикасались, да. Помогали маме, которая не смогла поднять ребенка на руки».

Приказ ФССП от 9 марта 2011 года № 84 «Об утверждении положения о специализированном отделе оперативного дежурства» среди прочих возлагает на бойцов ГБР обеспечение безопасности судебных приставов-исполнителей при исполнительных действиях в рамках исполнительных производств.

На фоне шумихи, впрочем, петербургское УФССП не спешит с категоричным заявлением о правоте своих сотрудников.

«Проводим служебную проверку, руководство оценит действия участников исполнительного производства», – отметили в пресс-службе ведомства.

Не исключено, что недостатки найдут. Вероятно, могут счесть, что приставы до прихода в Tiramisu не использовали все возможности. ФЗ № 118 от 21 июля 1997 года «О судебных приставах» дает им довольно широкие полномочия – при розыске обрабатывать персональные данные, запрашивать из банков данных оперативно-справочную информацию, наводить справки, опрашивать граждан, изучать документы, осматривать имущество и обследовать помещения.

Невольным свидетелем «масок-шоу» стал нынешний советник руководителя ФАС России Александр Беляев, до декабря прошлого года – глава УФАС по Петербургу. Александр Николаевич объяснил «Фонтанке» присутствие на скандальном мероприятии, быть на котором ему, казалось, не по статусу: «Давно знаю семью Павла. Я его и устроил в 2012 году водителем в УФАС. Его брат Николай – мой хороший приятель. Меня пригласили, не мог отказать. Видел сцену, приятного в ней мало. Но в действия приставов не вмешивался, боже упаси».

Беляев подчеркнул, что причину визита незваные гости не озвучивали и решение суда, на основании которого действовали, не показывали. Но банкетный зал сразу понял – за девочкой.

О дележе ребенка в семье подчиненного высокопоставленный чиновник, по его словам, знал: «Ко мне и бабушка Елены обращалась с просьбой помочь по служебной линии, но я объяснил, что ведомство не занимается личной жизнью сотрудников, и посоветовал решать вопрос через суд. Но о том, что решение в пользу Елены вступило в силу, не знал. Поверьте, мои симпатии ни на чьей стороне. Но свое мнение имею. Думаю, приставы, с учетом интересов ребенка, могли поступить тактичнее. А на месте органов опеки я бы вовсе изъял девочку из семьи, усадил бы за стол двух родителей и не отпускал, пока не договорятся о месте проживания, режиме общения, учебе, финансировании. Ведь ясно, что Павел и Елена запутались в отношениях, и острый конфликт пагубно влиял на ребенка. Но, к сожалению, российские родители выбирают путь войны, а не переговоров».

Семья Балашовых «Фонтанке» объяснила, что живет она по традиционным нормам, даже патриархальным, поколениями держится друг за дружку и девочку считает своей кровинушкой. А Елену – чужой: «Не вошла она в наш круг».

Елена Балашова дочку вернула, но как жить дальше, пока не вполне понимает.

«Нет никаких гарантий, что бывший муж не попытается отбить ребенка, – сказала она «Фонтанке». – Я вынуждена скрываться. При этом не совсем уверена, что девочка так уж нужна Павлу. Она подолгу жила с бабушкой-дедушкой, а отец приезжал эпизодически».

 

Видимо, для пущей уверенности Елена подала иск о лишении мужчины родительских прав.

Уполномоченный по правам ребенка в Петербурге Светлана Агапитова считает, что приставы инициировали не очень красивое действо, но претензии в первую очередь надо предъявлять к родителям: «Для УФССП вмешательство в семейные дела – тонкий и этически сложный момент. Видеозапись, конечно, поначалу наводит ужас. Служба старается редко применять крайние меры, но в этом случае, как мне объяснили, другой возможности исполнить решение суда не было. К счастью, девочка чувствует себя нормально. После банкета по инициативе приставов ее сразу отвезли к психологу. В истории виноваты оба родителя, но в большей степени, наверное, все-таки отец. Он съехал с квартиры, забрал из школы дочь, которую пришлось объявлять в розыск. Цивилизованность родителей оставляет желать лучшего. Думаю, в УФССП тоже извлекут урок. С другой стороны, приставов часто пинают за бездействие, а в этом случае накинулись за исполненное решение суда».

 

«Фонтанка.ру»

 

Вы можете оставить комментарий, или ссылку на Ваш сайт.

Оставить комментарий