Снимай хиджаб, учиться будем

Абитуриентке не разрешили приходить в мусульманском платке на подготовительные курсы

Хиджаб

Владимир Ващенко

Острая дискуссия возникла из-за попытки абитуриентки записаться на подготовительные курсы МГИМО в хиджабе. Руководство вуза не разрешило ей этого сделать, мотивировав свое решение тем, что это светское учебное заведение. Эксперты, опрошенные «Газетой.Ru», уверены: запретами привить светские нормы в обществе не удастся.

Скандалом закончилась попытка девушки пройти через проходную МГИМО, чтоб записаться на подготовительные курсы для поступления в этот вуз. Охранник учебного заведения не пустил ее в университет, пояснив, что в религиозном головном уборе в МГИМО проходить нельзя. Об этом в социальной сети Facebook написала сестра абитуриентки. «Моя сестренка — медалистка с красным дипломом — подала документы на поступление в МГИМО, пришла на курсы по подготовке к вступительным экзаменам. Ее не пустили охранники, сказав, что есть распоряжение, что нельзя пройти в здание вуза в хиджабе, тем более — учиться», — говорится в ее посте.

Чуть позже она дополнила это сообщение другой записью, в которой призвала мусульманское сообщество не оставаться равнодушным к этой ситуации. «Я заканчивала свой вуз в хиджабе, и мы даже молились джамаатом (мусульманским сообществом. — «Газета.Ru») на пролете лестницы, другие студенты очень уважительно относились к этому. Я даже не предполагала, какой беспредел творится сейчас. А, судя по комментариям, ситуация критическая.

Что нам говорят, фактически не стесняясь? Не нужны нам образованные мусульманки.

 Вот и все. Хочешь учиться — снимай хиджаб. И ведь многие девочки сняли, а закончив, уже не смогли покрыться вновь. Я в хиджабе, это мой выбор, я не мешаю никому своим платком, я не принуждаю никого одеваться так же. Но я не могу молча наблюдать за тем, как откровенно издеваются над нашей обязанностью — покрывать свое тело. Кстати, мы говорили с заместителем проректора. Он сказал, что в МГИМО нельзя носить одежду, подчеркивающую религиозную принадлежность», — написала сестра абитуриентки.

 После того как об инциденте написал ряд российских СМИ, его прокомментировали в Министерстве образования и науки Российской Федерации. «Любое ограничение доступа в организации высшего образования по указанным причинам недопустимо. Требования к внешнему виду студентов должны быть установлены правилами внутреннего распорядка вуза, а администрация вуза должна следить за выполнением этих требований», — сообщили агентству «Россия сегодня» в пресс-службе ведомства.В министерстве добавили, что право на образование в России гарантируется независимо от пола, расы, национальности, языка, происхождения, имущественного, социального и должностного положения, места жительства, отношения к религии, убеждений, принадлежности к общественным объединениям и других обстоятельств. В пресс-службе МГИМО «Газете.Ru» заявили, чтопри выборе места обучения абитуриентам нужно задуматься о том, «как принятые в домашнем кругу традиции и обычаи сочетаются с традициями и правилами вуза».«МГИМО на протяжении семи десятилетий формировался как многофункциональный и светский вуз. Формировались традиции поведения, традиции и правила отношений между студентами и преподавателями, нормы общественного поведения, в том числе связанные с внешним видом работающих и обучающихся в МГИМО», — отметили в пресс-службе учебного заведения. В МГИМО добавили, что, согласно официальным данным, в университете учатся представители более чем 50 зарубежных стран и уроженцы 80 регионов РФ. «Для МГИМО характерно, и это объясняется его советским прошлым, как уважение к сторонникам материалистических концепций развития, так и неустанное взаимодействие со всеми традиционными для России религиозными конфессиями», — рассказали в университете. Как бы то ни было, адвокат Мурат Мусаев уже написал открытое письмо министру иностранных дел Сергею Лаврову с просьбой вмешаться в эту ситуацию.«Газета.Ru» побеседовала на эту тему с бывшим заместителем главного редактора журнала «Мусульманка» Насимой Боковой, исламоведом Раисом Сулеймановым и директором Центра изучения религий в РГГУ Николаем Шабуровым.

— Как вы думаете, а есть ли вообще у нас в обществе конфликт, связанный с ношением мусульманками хиджаба в общественных местах?

Экс-заместитель главного редактора журнала «Мусульманка» Насима Бокова: Я живу в Москве и ношу хиджаб уже 15 лет. По моему опыту, все сильно зависит от того, как он выглядит. Из-за ряда материалов в СМИ есть определенный стереотип в отношении этой одежды. Если платье слишком широкое, а хиджаб темный, то люди настораживаются. Если он выглядит более или менее современно, например, женщина надела широкие джинсы, широкую тунику и не однотонный и не темный платок, который не выделяет человека из толпы, то люди до 30 лет, как правило, ведут себя довольно открыто и приветливо. Возможно, это связано с тем, что люди этого возраста больше путешествовали, чаще видели женщину в хиджабе в других странах, а потому мыслят менее консервативно в отношении этой одежды. У меня дети посещают школу, я хожу на родительские собрания в хиджабе, и все ведут себя вполне адекватно, нормально общаются со мной.

Люди, как только слышат от мусульманки, которая носит традиционную одежду, нормальную русскую речь, перестают вести себя по отношению к ней настороженно.

Что касается регионов, то, стоит отъехать совсем недалеко от Москвы, там недоверие к женщине в хиджабе гораздо сильнее чувствуется. Может, это связано с тем, что там люди совершенно не привыкли к присутствию мусульман в такой одежде.

Исламовед, эксперт Института национальной стратегии Раис Сулейманов: В местах компактного проживания мусульман — Татарстане, Башкирии, республиках Северного Кавказа — девушки в хиджабах совершенно спокойно посещают занятия в вузах. Более того, у нас в Казани есть преподавательницы Казанского государственного университета, которые надевают эту одежду и в ней преподают. Это не вызывает ни у кого вопросов. Здесь много активно верующих людей, которые таким образом одеваются и ходят по улице. В других же регионах по этому поводу устраиваются скандалы, когда местные власти, чиновники, общество в целом воспринимают человека, приходящего в религиозном головном уборе, как покушение на светскость. Мы знаем такие примеры в Мордовии и Ставропольском крае. Причем в Мордовии, например, была ситуация, когда девочки приходили в среднюю школу в хиджабе. Местное министерство образования запретило им это делать. В итоге родители дошли до Верховного суда РФ, но он стал на сторону мордовских чиновников. Судьи ссылались на федеральное законодательство, однако в том же Татарстане или Башкирии местные власти толкуют его так, что оно не препятствует появлению студенток в аудиториях в традиционных мусульманских платках.

Сами мусульмане подчеркивают, что факт ношения платка не говорит об агрессивных намерениях того, кто его надел. В случае с Мордовией и Ставропольем родители этих детей перестали пускать в школу учеников и перешли на домашнее образование. И это при том, что дети хорошо учились. Как будут решать этот вопрос в Москве — неизвестно. Многое зависит от руководства вуза.

Директор Центра изучения религий РГГУ Николай Шабуров:Слово «конфликт», наверное, слишком резкое. Но инциденты на этой почве бывают. Что-то подобное было в Ставрополье. Здесь требуется какой-то единый подход к ученикам, которые ходят в подобной одежде. У нас нет законодательного запрета носить хиджабы в публичных местах, более того, мусульманки добились разрешения фотографироваться в хиджабе на паспорт. А раз так, то нет у нас правовых оснований не пускать девушку в традиционной исламской одежде на территорию вуза.Вопрос еще в том, придерживается ли МГИМО единого критерия по отношению к исповедующим разную религию людям?

Православным девочкам в платочках и носящим крест так, что это видно, можно туда приходить? Иудеев в кипе пускают?

В общем, считаю, что в данном случае представители вуза не правы.

— А Коран однозначно требует от женщины носить платок или оставляет этот вопрос на усмотрение самой женщины? Ведь есть примеры, когда мусульманки его не носят.

Насима Бокова: Да, его ношение обязательно. По всем правилам женщина должна покрываться. Все зависит от уровня веры женщины, какие-то женщины принимают для себя решение носить хиджаб, какие-то — нет. Но ислам определил, что женщине надлежит покрываться. По канонам этой религии она должна быть покрыта в общественном месте в присутствии других мужчин. Снимать ей платок разрешено только в случаях прямой угрозы для жизни, когда не снимать его опаснее, чем снять.

Раис Сулейманов: В большинстве случаев ислам позволяет делать отступления от этого правила. В Коране говорится, что женщина должна покрывать себя и не обнажать свое тело, однако самого слова «хиджаб» там нет. Носить именно его — это уже традиция, которая возникла позже. Но

от того, что женщина перестанет надевать платок, она не перестанет быть мусульманкой. Самое главное — не ношение каких-то атрибутов. Важнее твои внутренние принципы и взгляды.

— В ряде стран мира, например во Франции или в Бельгии, есть запрет на ношение никаба — фактически маски для женщин, которая закрывает лицо. Как вы думаете, имеет ли смысл вводить подобное жесткое законодательное регулирование одежды для мусульман?

Насима Бокова: Нет конечно, более того, необходимо прекратить травлю ислама и мусульман в СМИ. Смотрите, допустим, по телевизору передают сообщение о каком-то теракте. И зачастую видеорядом идут кадры, где присутствуют женщины в исламских платках. Это приводит к определенным стереотипам в отношении мусульман. К слову «ислам» автоматически приписывается слово «экстремист». Люди зачастую знают об исламе только то, что видят о нем по ТВ. У нас мало просветительских программ, не преподают в школах религиоведение, не объясняют ничего про ислам так, чтобы это было интересно и понятно. Отсюда возникают конфликты.

Раис Сулейманов: Думаю, что, если у нас введут подобные запреты, это только усилит конфликт в обществе. Если мы установим жесткие требования к одежде, то возникнут вопросы и к другим людям, не мусульманам. Например, кому-то не понравится, что люди ходят в рваных джинсах (а это сейчас снова стало модным). Мусульманки же ходят в кафе или Пенсионный фонд в платках, никто их из подобных мест не выгоняет. Сегодня у нас проживает около 20 млн мусульман. Это наверняка несколько завышенная цифра, так как в нее включают и трудовых мигрантов, которые приезжают на заработки. Так что реально в России постоянно живут около 15 млн людей, исповедующих ислам. Это вторая по численности конфессиональная группа, пускай и не все ее представители сильно верующие. Не надо провоцировать конфликт между людьми искусственно.

Николай Шабуров: Мне кажется, не стоит. Если у нас есть светский вуз и он исповедует какие-то светские ценности, то вряд ли при этом надо сосредотачиваться на деталях одежды. Я работаю в РГГУ, у нас есть девушки в хиджабах, но есть и девушки, которые ходят летом в шортах. Не вижу ничего предосудительного ни в первом, ни во втором случае.

Не думаю, что ношение хиджаба влияет на учебный процесс и мешает получать знания.

 В РГГУ я руковожу центром изучения религий. У нас есть практика, когда мы водим студентов в разные религиозные общины Москвы. За много лет у меня бывали случаи, когда те или иные студенты говорили, что не могут идти в ту или иную религиозную общину, так как это претит их религиозным чувствам. Тогда я им отвечал, что это говорит об их профессиональной несостоятельности. Религиовед не должен иметь таких ограничений. Что касается одежды или других атрибутов религиозной принадлежности — не думаю, что стоит их запрещать.

— Что, на ваш взгляд, можно сделать, чтобы свести к минимуму вероятность возникновения межрелигиозных конфликтов в нашем обществе?

Насима Бокова:Надо, чтобы люди больше общались друг с другом. Почему бы, например, не сделать в вузе вечер, посвященный исламу, на котором девушка расскажет своим подругам-немусульманкам об исламе? Нам навязывают толерантность к другим культурам, в том числе, не хочу никого обижать, и к представителям иных сексуальных культур. При этом не говорят о свободе выбора одежды для представителей разных религий.

Почему можно быть гомосексуалистом, но нельзя быть мусульманином?

Я помню, что дважды участвовала в проекте «Живая книга». Его суть в том, что к тебе подходит человек и задает абсолютно любой вопрос по теме, в моем случае — ислама. Так вот, тогда я поняла, что подавляющее большинство людей у нас ничего не знают о мусульманстве и мусульманах.

Раис Сулейманов: Если говорить об одежде, то надо прописать в инструкциях для вузов дресс-код, где бы говорилось об исключении в одежде для верующих. Чтобы люди могли бы спокойно ходить с крестиком, надевать ермолку или хиджаб.

Николай Шабуров: Необходимо просвещение, в том числе воспитание толерантности у людей. Кстати, просвещение может еще и привести к тому, что люди, строго следующие нормам ислама, получив хорошее светское образование, в итоге откажутся от ношения хиджаба. Только тут не должно

 

Источник: «Газета.Ру»



 

Вы можете оставить комментарий, или ссылку на Ваш сайт.

Оставить комментарий