Дисфункция в семье – дисфункция в монастыре

Резюме. Что же делать?

Подобные образы можно продолжать описывать и дальше. Для их создания не обязательно изучать жизнь монастырей. Достаточно посмотреть на отношения людей на приходах, да и на любой рабочий коллектив: в частных фирмах, госструктурах, корпорациях. И затем наблюдения, с соответствующими корректировками, перенести на жизнь обителей.

Данные образы являются именно «образами». Живой человек всегда сложней. И не думаю, что такие описанные типы в «химически чистом» виде встречаются часто. В одном и том же человеке могут встречаться черты характера и поведения нескольких описанных типов. Но у всех них есть особенности, присущие каждому из описанных типов. Это:

  • Неразвитая, или, наоборот, гипертрофированная самокритичность.
  • Критика воспринимается очень болезненно (чувство вины) или не воспринимается вообще («защитные комплексы»).
  • Недоверие.
  • Эмоциональная изолированность.
  • Неспособность работать в команде; при руководящих постах – неумение создать «единый дух».
  • Склонность к додумыванию за других («я знаю, что он имеет ввиду, что думает обо мне»).
  • Бесконтрольность «выливания» эмоций на равных или стоящих ниже по положению.
  • Ощущение, что «меня не понимают».
  • Завышенные требования к себе (перфекционизм) и(ли) к другим.
  • Отсутствие внутренней, личностной свободы.

Склонность к дисфункциональным отношениям могла произрасти не только из родительской семьи. Кто-то получает дома вполне нормальный опыт личностного развития, но впоследствии попадает в нездоровую атмосферу, когда  внутренняя целостность еще не была развита в достаточной степени: например, в новом классе, куда ребенок был переведен при переезде семьи или в послешкольном учебном заведении. Суть та же.

Конечно, списывать все на прошлое тоже не стоит. Дисфункциональные черты могут развиваться и просто по причине общей всему человечеству поврежденности грехом. И тогда эти черты лучше называть страстями. К ним вполне применим опыт святоотеческой аскетики. Но задача данной публикации – обратить внимание на тех, у кого не был сформирован «сосуд любви».

Важно еще учитывать, что все эти лица «пересекаются» между собой, в т. ч. и в монастырях, и тогда семейная болезнь одних «нахлестывается» на психологическую поврежденность других, и «букет» может приобретать самые причудливые сочетания. Оставлять без внимания ситуацию чревато серьезными последствиями. Ведь это означает, что в подобных коллективах будут калечиться новые и новые поступающие, которые в других условиях могли бы принести много добрых плодов.

Проблема родилась не сегодня, и легко ее не решить. Тем более что среди тех, у кого есть возможности что-то решать – настоятелей, священноархимандритов, духовников – еще мало понимания серьезности и важности темы. В нашей церковной традиции нет опыта рассматривать духовную жизнь с позиций психологии. Хотя в дореволюционный период психология изучалась в семинариях, ее важность понимал, например, свт. Феофан Затворник.

Возможно, эта публикация, наряду с подобными, – обратит на себя внимание хотя бы некоторых из начальствующих и имеющих авторитет в церковной среде. Что я мог бы предложить тем, кто заинтересуется?

Все вышеописанные типажи нуждаются в глубокой тщательной проработке своих дисфункций. Их жизненные ситуации прошлого не были завершены – и их нужно заново прожить – чтобы отпустить в прошлое. Для этого необходима помощь специалистов, опытных духовников, знакомых с данной проблематикой. А еще им важна среда, где они получат доверие и принятие. Мы все помним слова Спасителя: «Где двое и трое собраны во имя Мое…». Так вот, им нужна община, группа – которая явит безусловную Христову любовь. И поможет им повзрослеть. Перед тем, как принять монашество, «ангельский образ», сначала нужно научиться нормальному, здоровому человеческому общению. Есть ли у нас монастыри с такими общинами, которые могут помочь этим «взрослым детям»? Не уверен…

Однако:

1. Сейчас уже немало искренне верующих психологов, которые способны грамотно провести встречи, семинары, посвященные подобным вопросам, – как в семинариях, так и на встречах в монастырях. Лучше начинать с семинарий. Тогда в сознании будущих священников, а также преподавателей, руководства богословских школ – постепенно будет исчезать предубеждение против психологического подхода к решению внутрицерковных проблем.

2. В монастырях можно организовывать братские встречи, которые будут проводиться примерно по той же модели, что используется в группах взаимопомощи Анонимных Алкоголиков, Сообщества для родственников алкоголиков Ал-Анон и прочих.

3. Есть такие группы – ВДА: Взрослые дети Алкоголиков и других дисфункциональных семей. У них богатый опыт выздоровления от полученных в раннем периоде жизни дисфункций, которые усугублялись ошибками во взрослой жизни. Можно сотрудничать с ними, приглашать их представителей на встречи, изучать их Интернет-ресурсы.

4. Там, где монастырская братия созреет, можно прямо при монастыре открывать группы Ал-Анон, ВДА и прочие. Такой первичный опыт уже существует.

5. Направлять представителей семинарий, монастырей на форумы упомянутых сообществ.

6. Изучать и использовать соответствующую литературу.

Относительно последнего пункта. Одна из лучших книг, которая раскрывает влияние семейных дисфункций на церковную жизнь, и даже выбор конфессии (или общины) – «Семейные секреты, которые мешают жить» К. Дэйва. Среди написанного психологами – членами Православной Церкви,  литературы подобного направления я еще не встречал. Исключение – «Очерки современной церковной психологии» Бочарова и Чернышева. К сожалению, продолжения их труд пока не имеет. Я бы эту книгу ввел в курс Нравственного богословия.

Почему я сторонник сотрудничества и участия в анонимных сообществах, работающих по 12-ти шаговой программе? Свое мнение и опыт встречи с ними я изложил в публикациях Анонимные сообщества взаимопомощи иПравославным христианам об Ал-Анон (ВДА). Здесь скажу только одно. Эти сообщества интуитивно как раз и пришли к этому важному закону – сила группы выше силы всех ее отдельных членов.  Именно в группе, где царит абсолютное доверие, где собраны «все такие же», человек может раскрыться, «разморозиться» и получить силу для своего развития. На мой взгляд, эти сообщества попросту пришли к тому, что когда-то знали, но затем забыли сами христиане: к пониманию важности общины. И пока у нас очень мало своего  опыта в создании таких живых общин, не стоит пренебрегать тем, что успешно достигнуто другими.

Примечания:

1. Гэри Чепмен. Пять языков любви. – СПб., «Библия для всех», 2012, гл. 2., с. 15.

2. Подробно о влиянии атмосферы такой семьи на будущее детей – рассказывается в публикации «Если он пьет». Здесь излагаются те аспекты, что важны для данной темы.

3. Подробнее об этом – см. «Жертвенность, ведущая к насилию». Здесь, для наглядности, приведу живое «откровение» одной, уже поменявшей свои роли, мамы, своего поведения по отношению к дочери в прошлом:

*Открываю детский шкаф, вижу там неимоверный хаос, скомканную одежду, грязную вместе с чистой... Вдруг меня охватывает ярость, я резким движением вышвыриваю всё из шкафа и начинаю – то со злобными, то с саркастическими комментариями – всё убирать-сортировать-складывать. Рассказываю ребенку про соседку по общаге – неряху, сравниваю её с той.

*Опаздываем в школу-садик-на работу. Дочка не слушается, пищит, когда причёсываю её, ленится одеваться. Я трачу на уговоры много сил, в итоге раздражаюсь, начинаю одевать её сама и с гневными нотациями резким движением нахлобучиваю не неё шапку. Дочь садится на корточки, обхватывает головку руками и плачет от страха. Я себя ненавижу.

*Сравнивала её с другими детьми, указывала на проступки при подружках. Причем сама хорошо помню, как такое делала моя мама, и когда-то клялась, что так поступать не буду.

*Преувеличивала последствия обычных детских проступков, на каждый придумывала искромётную мораль и говорила, говорила, говорила, пока дочка не «отключалась» — она стояла как столбик и смотрела бесчувственными глазами.

* Ребёнок капризничает за едой, которую я очень старалась приготовить, отказывается есть. Ковыряет вилкой и нудит. Я психую, хватаю тарелку и выбрасываю еду в мусорное ведро. Ребёнок кричит «нет! не надо!», потом плачет, чувствует себя виноватым.

*Громко выкрикивала имя ребенка, когда он допускал оплошность, которой сам же пугался, могла ещё и нотацию прочитать, не отходя от кассы, хорошенько закрепив страх и чувство вины».

Надо сказать, что эта мама сама «воспитывалась» в прошлом подобным образом. Сейчас она прорабатывает свое детство в группе самопомощи ВДА. А благодаря достигнутым ею изменениям в программе Ал-Анона – это вполне счастливая семья, на общем фоне.

4. Вот «каким боком» вылезает в наших монастырях увлеченное чтение современных афонских книжек о «блаженных послушниках» с их «слепым, беспрекословным послушанием»!.. На настоящее послушание способна только по-настоящему свободная личность. И принять это послушание, не во вред себе и послушнику(це) может тот, кто сам обладает ей.

5.  Приведу выдержку из публикации «Если он пьет», посвященной дочерям и женам алкоголиков:

«Время от времени, женщины с подобной психологией поступают в женские монастыри. Еще, наверное, чаще – «прибиваются» к крупным храмам или поселяются где-нибудь недалеко от достаточно известного монастыря. Именно из их среды чаще всего возникают черные, «а-ля монашеские» юбки, платки, четки. Но легче усвоить внешние формы благочестия, чем заниматься внутренней работой. Скорее всего, они даже не знают, что можно жить и чувствовать по-другому. Слова апостола Павла «Радуйтесь, и паки реку радуйтесь», «Стойте в свободе, которую даровал Вам Христос» они не слышат. Зато прекрасно попадают в резонанс с их внутренним устроениям разные полуцерковные и внецерковные книжки и рассказы, устные и письменные, про антихриста, ИНН, карточки, масонов. Жаль, нет исследования о «пензенских затворниках». Убежден, что большинство их – как раз из описываемых здесь семей.

Когда же их собирается вокруг храма или монастыря в достаточной мере – идет раздел. Начинаются взаимные подозрения в занятиях «порчей» и колдовством. Принцип: «У меня заболела спина, п. ч. вчера в храме у меня за спиной находилась С., вот она и испортила». И начинает такая псевдопослушница просить у «батюшки» «кадильный пепел и фимиам», перехватывает сменяемые у чудотворной иконы или от Успенской Плащаницы цветы, норовит, чтобы во время молебна священник положил на ее голову Евангелие и т. д. Ведь неинтересно объяснять все банальным сквозняком и небрежением о здоровье! Идет дублирование семейной ситуации с обвинениями. Но – сейчас рядом с ней алкоголика, которого можно обвинить во всех несчастьях, – нет. Может, муж ее бросил, может, умер от алкоголя, может, она так и не смогла замуж выйти, наглядевшись в семье на страдания матери и будучи к ней привязанной симбиотически. А созависимость – осталась. И тогда потребность быть «жертвой обстоятельств» и винить других трансформируется вот таким образом – в поиск «врагов». Как правило, эти «примонастырские» женщины – зрелого возраста. За время прожитой жизни они научились не доверять счастью. Ведь сколько раз это было – вот, кажется, просвет, ну, может, теперь жизнь будет меняться – и тут же шквал новых трагедий, боли, психотравм. Нет, легче жить в постоянных страданиях (часто – искусственных) и в ожидании страданий, чем – доверять, раскрываться – и вновь жестоко обмануться. «Счастье – не для нас». А поскольку причина этих реальных и надуманных страданий должна быть – к услугам книга «Россия перед вторым пришествием» и рассказы про «порчу». Кругом – колдуны, и скоро – антихрист».

Источник: Портал Богослов.Ru

Страницы: 1 2 3 4

Вы можете оставить комментарий, или ссылку на Ваш сайт.

Оставить комментарий