Критический разбор Римского учения о папской власти

3. В 21-й главе Евангелия Иоанна рассказывается, как однажды Иисус Христос, по воскресении из мертвых, явился семи ученикам, ловившим рыбу на, озере Тивериадском. Давши им чудесный улов рыбы, Он пригласил их обедать и во время трапезы, обратился к Петру с такими словами: «Симон Ионин! Любишь ли ты Меня больше, нежели они ? „ Петр 'отвечал: „так, Господи, Ты знаешь, что я люблю Тебя“. Иисус сказал: „паси агнцев Моих». Затем опять спросил его: «Симон Ионин! Любишь ли ты Меня?» Петр сказал: „Так, Господи! Ты знаешь, что я люблю Тебя". И Господь опять сказал: «Паси овец Моих».

Наконец, в третий раз спросил: „Симон Ионин! Любишь-ли меня?" Петр опечалился, что его в третий раз спрашивает: «Любишь-ли меня» — и с волнением отвечал: «Господи! Ты все знаешь, Ты знаешь, что я люблю Тебя». Господь еще раз сказал: «Паси овец Моих», и затем предсказал Петру о предстоящей ему в старости мученической кончине (ст. 15-18).

В этой беседе Спасителя с апостолом Петром римские богословы также видят указания на особенные преимущества, данные Петру, — будто Господь вверил ему здесь особенную верховную власть над всею церковью, как над простыми верующими — агнцами, так и над самыми пастырями — овцами. Обыкновенный же здравый человеческий смысл и древние учители церкви признают, что Христос в этой беседе хотел только растрогать совесть апостола Петра, смущенную бывшим падением, возбудить его к покаянию, и затем утешить его и в присутствии других апостолов восставить в апостольском достоинстве. Троекратным вопрошением: «Любишь ли меня», Христос, видимо, хотел напоминать Петру о его троекратном отречении.

В первый раз Христос спрашивает не просто: «Любишь-ли Меня», но: «Любишь ли Меня более других». Это — напоминание Петру о том, как он когда-то уверял, что если и все ученики соблазнятся и оставят Господа, он пойдет с Ним в темницу и на смерть. Так и подействовали эти слова на Петра: ибо, когда Господь спросил его в третий раз, Петр опечалился, конечно, оттого, что вспомнил о своем падении. Троекратным повторением: паси агнцев и овец Моих, Господь восстановил Петра в его апостольском звании.

Здесь нет никаких особенных преимуществ, а только та власть, которая дана и всем другим апостолам и от них передана пастырям церковным: пасти стадо Божие (1 Петр 5, 2— 3); и, конечно, только произвольное схоластическое толкование могло утверждать, что под агнцами Христос разумел здесь простых верующих, а под овцами самых пастырей.

Наконец, в заключение беседы предсказанием о мученической смерти Петра, видимо, имеет близкое отношение к прежней беседе о троекратном отречении. На тайной вечери Петр самонадеянно уверял Господа, что готов итти с ним в темницу и на смерть, хотя бы и все оставили его. И Господь отвечал, что самонадеянность его в ту же ночь будет постыжена троекратным искушением. Теперь на вопрос Господа Петр не осмеливается утверждать, что он любит Его более всех и готов итти на смерть за Него, но смиренно со скорбию о своем падении отвечает: «Господи, Ты все знаешь, Ты знаешь, что я люблю Тебя». И Господь, уверив его в восстановлении прежнего апостольского достоинства, предсказывает, что он и завершит свою апостольскую жизнь достойною мученическою смертию.

Таким образом, ни в одном из указываемых римскими богословами мест Евангелия не находится подтверждение той мысли, будто Иисус Христос дал апостолу Петру преимущественную власть над другими апостолами.

Вообще нужно сказать, что эта мысль противоречит всему духу, всему смыслу евангельских повествований. Ни в чем не обличал Иисус Христос своих учеников так сильно, ни против чего не предостерегал так ревностно, как именно против духа превозношения, против стремления к преимуществам. Он постоянно внушал им ту мысль, что подобные стремления не должны иметь места в христианском обществе, что между ними не должно быть первых и последних, что между ними никто даже не должен называться отцом, учителем или господином, — но все они должны считаться братьями и искренне услуживать друг другу, как Сам Он, их Божественный учитель, показал им высочайший образец в этом (см. Мф. 20, 25—28; Лук. 22, 25—27; Марк. 10, 42 — 45; Иоанн 13, 13 — 15).

Основания, заимствованные из истории апостольской
и церкви вселенской

После Евангелия римские богословы в истории апостольской страются найти подтверждение той мысли, будто апостол Петр, по вознесении Иисуса Христа на небо, оставался главою христианства, князем других апостолов, верховным правителем Церкви.

В доказательство этого они любят указывать преимущественно на первые главы «Деяний Апостольских», где в иных случаях личность Петра выступает более, нежели личности других апостолов: Петр, например, первый предлагает избрать 12-го апостола на место отпавшего Иуды, первый начинает проповедь по сошествии Св. Духа, первый обращает в христианство язычника Корнилия, первый держит речь на Соборе апостольском.

Но из всех этих фактов ничего особенного не следует. Из того, что в первой половине книги «Деяний» говорится более об апостоле Петре, а во второй еще гораздо более об апостоле Павле — нисколько не следует, будто тот или другой апостол имел какую-либо преимущественную власть пред прочими. Напротив, факты показывают, что все апостолы, по заповеди Спасителя, считались равными между собою. Вопросы, возникшие в обществе апостольском, могли быть предлагаемые кем-либо одним, но решались согласным мнением всех. Так избран был 12-й апостол Матфий на место отпавшего Иуды (Деян. гл. 1); так избраны были первые семь диаконов (гл. 6); так решен вопрос о необязательности ветхозаветного обрядового закона для обращающихся в христианство язычников на Соборе апостольском (гл. 15).

Между апостолами, по сказанию апостола Павла, пользовались особенным уважением Петр, Иоанн и Исаков, брат Господень — предстоятель церкви Иерусалимской. Они считались как бы столпами церкви (Гал. 2 гл., 9 ст.), но не имели никаких особенных прав и власти над другими апостолами.

Апостол Павел и себя самого, призванного к апостольскому служению уже после сошествия Св. Духа, считал нисколько не иже других апостолов и в известном случае находил нужным спорить с апостолом Петром и обличать его (Гал. 2 гл., 1 Кор. 9 гл.).

Вообще, апостолы восставали против пристрастий иных христиан к авторитету того или другого из проповедников христианства. Апостол Павел строго обличал Коринфских христиан за то, что у них одни называли себя Павловыми, другие Петровыми, третьи Аполлосовыми и т. д. „Разве, говорит он, не один и тот же для всех Христос? Разве Павел за вас распинался? Или во имя Павлове вы крестились? Мы по воле Божьей только служители, чрез которых вы уверовали, соработники у Бога, а вы Божия Нива — Божие строение. Один насаждал, другой поливал, а возрастил Бог. Насаждающий и поливающий — ничто: — а все Бог возращающий. Никто не хвались кем-либо из людей: Павел ли или Аполлос, или Кифа, или мир, или жизнь, или настоящее, или будущее — все ваше, вы же Христовы, а Христос — Божий (1 Кор., главы 1, 2 и 3).

Но, если бы и действительно апостол Петр имел преимущественную власть над другими апостолами, каким образом это могло бы иметь отношение к притязаниям римских пап?

Римские богословы говорят, что апостол Петр, сделавшись главою, как бы монархом всего христианского мира, избрал своею рези-денциею Рим: здесь он основал церковь, здесь принял мученическую кончину, и при кончине передал свою власть над церковью своему преемнику — следовавшему за ним римскому епископу. После него эта власть переходит от одного папы к другому.

Страницы: 1 2 3

Вы можете оставить комментарий, или ссылку на Ваш сайт.

Оставить комментарий