Первый псалом: два пути и древо жизни

Арсений (Соколов), игумен
Псалтирь
Псалтирь – главный молитвенник Церкви, ветхозаветной и новозаветной. Первый псалом повествует о двух жизненных путях – праведника и нечестивца – и об экзистенциальном выборе между ними. Анализу этого псалма и посвящен публикуемый доклад представителя Патриарха Московского и всея Руси при Патриархе Антиохии и всего Востока игумена Арсения (Соколова), зачитанный на конференции «Книга Псалмов: история интерпретации и рецепции в древних переводах, святоотеческих и литургических текстах» (Москва, РГГУ, 18–19 мая 2015 г.).

Благодарю Михаила Георгиевича и всех организаторов конференции за приглашенье принять в ней участие. Насколько мне известно, это первая в истории России и в истории Русской Церкви конференция на эту тему, тему книги Псалмов.

Псалтирь – главный молитвенник Церкви, ветхозаветной и новозаветной. Псалмы – это молитва, ставшая словом Божьим. И это слово Божье, ставшее молитвой. Псалмы объединяют слово человека, обращенное к Богу, и слово Бога, обращенное к человеку. Псалмы – это молитва словом Божьим. Где еще за пределами Псалтири Бог и человек общаются с такой интенсивностью на одном языке, словами одного текста?

Что может быть дороже этого? Разве лишь одно – то, что Псалтирь – молитвенник самого Христа. Голос Мессии звучит со многих строк Псалтири. Вот почему блаженный Августин сказал: «Истинный молящийся Псалмов – это Христос».

Третий и заключительный раздел Танаха открывается книгой Теhилим, книгой Хвалений. Книгу Хвалений открывает первый псалом. Многие современные исследователи Псалтири склонны полагать, что изначально первый и второй псалмы были одним псалмом, вводным ко всей книге. Тема праведности, представленная первым псалмом, и мессианская тема, представленная вторым, – две темы, красными нитями «прошивающие» всю Псалтирь. Прочтя этот вступительный псалом, читатель Теhилим, таким образом, знакомился как бы с «кратким содержанием» всей книги. Но, как бы там ни было, традиция разделила этот псалом на два.

Итак, первый псалом – вводный ко всему третьему разделу Танаха. Значительную часть этого раздела составляет так называемая литература Премудрости, в которую входят книги, рассматривающие жизнь человека «под солнцем». Праведность и нечестие, мудрость и глупость – основные для этой литературы категории. Как правильно себя вести? – главный вопрос этих книг. Мудрость (חכמה хохма) и ее противоположность глупость (אולתиўэлет)– не интеллектуальные категории, а нравственные. Мудрец (חכם хахам) – это тот, кто поступает правильно, пусть даже он и простец, не умеющий читать и писать. А человек, поступающий неправильно, безнравственно – это глупец (כסיל кесиль), какими бы знаниями и уменьями он ни обладал и какое бы положение в обществе ни занимал. Мудрость – синоним праведности; глупость – синоним нечестия.

Мудрый, поступающий правильно человек ублажается. Хотя мудрецу приходится порой нелегко в его жизни, в конце концов его ждет праведное воздаяние. И напротив, хотя глупец и злодей часто благоденствует и жирует, наказание не минует его и его потомков.

Дорога – это метафора жизни. В первом псалме показаны два пути – путь праведника и путь нечестивца. Современный белорусский филолог и библеист Галина Синило пишет об этом так: «Сверхзадача Псалмов – осмысление пути человека в мире, пути к Богу и перед лицом Бога. Именно поэтому книгу открывает псалом, построенный по принципу антитезы, где перед нами альтернатива: путь праведных – путь грешных»1.

О двух жизненных путях и об экзистенциальном выборе между ними говорится во всех разделах Танаха. Приведем лишь по одному примеру из каждого раздела.

1) Тора. «Вот, я предлагаю вам сегодня благословение и проклятие: благословение, если послушаете заповедей Господа, Бога вашего, которые я заповедую вам сегодня, а проклятие, если не послушаете заповедей Господа, Бога вашего, и уклонитесь от пути, который заповедую вам сегодня, и пойдете вслед богов иных, которых вы не знаете» (Втор 11:26-28).

2) Пророки. «Так говорит Господь: вот, Я предлагаю вам путь жизни и путь смерти» (Иер 21:8).

3) Писания. «Не вступай на стезю нечестивых и не ходи по пути злых… Стезя праведных как светило лучезарное, которое более и более светлеет до полного дня. Путь же беззаконных как тьма; они не знают, обо что споткнутся» (Притч 4:14,18-19).

В Новом Завете «путь праведных» становится «узким путем», в противоположность «пространному пути», ведущему в погибель: «Входите тесными вратами, потому что широки врата и пространен путь, ведущие в погибель, и многие идут ими; потому что тесны врата и узок путь, ведущие в жизнь, и немногие находят их» (Мф 7:13-14. Ср. Лк 13:24). Этот спасительный узкий путь – путь следования за Христом, который самого Себя отождествил с путем, сказав: «Аз есмь путь» (Ин 14:6).

Христианская традиция развивает учение о двух путях и детализирует его. Описания двух путей – «пути жизни» и «пути смерти» – посвящены первые шесть глав Дидахэ, Учения двенадцати апостолов (Дидахэ, гл. 1-6). Учение о двух путях присутствует в Послании Варнавы (гл. 18-20). Исследованию темы «двух путей» в святоотеческой литературе можно было бы посвятить целую монографию. Предоставим это патрологам, а сами вернемся к первому псалму.

Почему в псалме говорится сначала не о добром пути, а о дурном? Средневековый комментатор книги Теhилим Давид Кимхи (Радак) объясняет это так: «Вначале говорится о дурном пути, потому что с детства человек приобщается к пути мирских вожделений: он ест, пьет и веселится, и с этим он растет. Когда же в нем крепнет сознание и он начинает различать между добром и злом, его предупреждают о том, чтобы он сторонился пути нечестивых и не следовал их совету. А нечестивые – это те, для кого важнее всего обрести богатство и получить желаемое от этого мира. Не признавая различия между добром и злом, они грабят, воруют и убивают из-за своей ненасытной алчности»2. Стремящийся к благочестию и блаженству человек должен избегать общения с таковыми: не ходить на совет нечестивых, не стоять на пути грешных, не сидеть в собрании развратителей. Динамика убывает: сначала человек идет, затем стоит, и наконец, усаживается. Чтобы не усесться, не надо останавливаться, надо идти, и идти не в том направлении, в котором идут нечестивые. «Худые сообщества развращают добрые нравы», напомнит Павел христианам Коринфа (1Кор 15:33). От хождения путем нечестивых надо уклониться, чтобы не оказаться сидящим в сборище לצים лецим. Этих лецим русский Синодальный перевод передает через «развратителей», хотя это скорей насмешники, или кощунники, или, как удачно перевели в Современном русском переводе переводчики РБО, хулители3. Лецим, считает Винченцо Щиппа, «исповедуют практическое безбожие, иронизируя и насмехаясь над Богом, обвиняя Его в том, что Он, якобы, не интересуется созданным Им миром и людьми»4. А по мысли все того же Радака, лец – это тот, «кто обращает свою хитрость ко злу и заносчиво говорит о людях дурное и выискивает в них недостатки и выдает другим чужие тайны. Обычно этим занимаются бездельники, сидящие праздно»5. О праздности как матери всех пороков мы нередко читаем в творениях отцов Добротолюбия.

Праведник не бывает праздным, он постоянно пребывает в труде. Чем же он занят? Постоянно, днем и ночью, он размышляет о законе Господнем. Его упорная воля – в божественной Торе, которую он постоянно шепчет. Именно так – шепчет, произносит – следует понимать употребленный здесь глагол הגה. И здесь перевод РБО удачней Синодального: твердит.

Словосочетание Закон Господень, Торат- YHWH имеет здесь, по всей видимости, конкретное значение: им обозначается Пятикнижие Моисеево. Так же, как, например, в книге пророка Малахии, где звучит призыв: «Помни Закон Моисея (Торат-Моше)» (Мал 4:4). Восхвалению Моисеева Закона посвящен целиком 119-й (в привычной нам нумерации – 118-й) псалом, который, кстати, начинается с ублажения «ходящих в законе Господнем»: «Блаженны непорочные в пути, ходящие в законе Господнем (בתורת יהוה)» (119/118:1). Вообще Торе и ее восхвалению в Псалтири отводится очень важное место (помимо 1-го и 119/118 можно обратить внимание, например, на такие псалмы, как 19/18-й, 37/36-й, 40/39-й, 78/77-й, 81/80-й, 89/88-й, 105/104-й). Некоторые современные экзегеты даже в самом делении Псалтири на пять книг или на пять сборников усматривают уподобление делению Торы на такое же количество книг. Вильсон считал Псалтирь «сапиенциальным размышлением над Торой»6.

Учение Господне становится учением праведника: во втором стихе псалма Тора упоминается дважды – как Тора Господа и как Тора его. Кого его? Понять תורתו Торато можно двояко – и как Тору Господню, и как Тору праведника. На последнем понимании настаивает Раши: «Вначале называется Учением Господа, а после трудов над Торой называется его учением»7.

Тора есть древо жизни. Постоянно пребывающий под ее сенью, вкушающий от ее плодов «день и ночь» сам становится подобным зеленеющему и плодоносному древу, корни которого непрестанно напояются водой жизни – божественным учением: будет он как дерево, посаженное при потоках вод. Изучающий Тору пребывает в блаженном состоянии, подобном состоянию пребывающего в Эдемском саду. Праведник не ожидает за исполнение заповеди никакой иной награды, кроме следующей заповеди, делающей его еще более укорененным в этом саду Торы, еще более приближенным к Богу. Псалом перекликается со строками Иеремии: «Благословен человек, который надеется на Господа и которого упование – Господь. Ибо он будет как дерево, посаженное при водах и пускающее корни свои у потока; не знает оно, когда приходит зной; лист его зелен, и во время засухи оно не боится и не перестает приносить плод» (Иер 17:7-8). И со строками книги Осии, в последних стихах которой, как и в эпилогах почти всех текстов, входящих в книгу Двенадцати, говорится об эсхатологическом восстановлении первозданного, гармоничного мира: «Я буду росою для Израиля; он расцветет, как лилия, и пустит корни свои, как Ливан. Расширятся ветви его, и будет красота его, как маслины, и благоухание от него, как от Ливана» (Ос 14:6-7). Попробуй-ка вырвать из земли ливанский кедр. Ему не страшна никакая буря. Не то, что мякине, подымаемой в воздух даже от легкого ветерка. Этой безжизненной и никому не нужной мякине уподобил автор псалма нечестивцев, которым не устоять. Потому, что они не укоренены в Торе.

Подобно эдемскому древу жизни, Тора дает бессмертие. Христос пришел не нарушить закон, но его исполнить (Мф 5:17). В Евангелии от Луки ведомый на смерть Иисус сравнивает Себя с зеленеющим деревом: «Если с зеленеющим деревом это делают, то с сухим что будет?» (Лк 23:31). Наверное, то же, что с проклятой Им бесплодной смоковницей (Мф 21:19). Христос воскрес, потому что зло и смерть не смогли победить жизни, которая в Нем. Воскреснут вопреки всему и те, кто следуют за Христом путем жизни. Потому что этот путь знает Господь, этот путь освещен Его словом, которое для праведных – свет: «Слово Твое – светильник ноге моей и свет стезе моей» (Пс 119/118:105). Эта мессианская эсхатологическая надежда возвращения к жизни выражена словами Второго послания к коринфянам: «Воскресивший Господа Иисуса воскресит через Иисуса и нас» (2Кор 4:14).

Альберто Мелло в книге «Псалмы: книга для молитвы» обращает внимание на то, что вся книга Псалмов имеет как бы «сапиенциальную раму», в которую как бы вставлена вся Псалтирь. Эта рама состоит из первого псалма и из финальных 145-150 псалмов. Итальянский автор, в частности, пишет: «Первый псалом ставит основополагающую проблему Псалтири как сапиенциальной книги. Мораль этого псалма очень проста: путь праведных пролегает в послушании Торе, Закону Господню. Этот путь ведет их к изобилию и успеху. “Не так нечестивые”, то есть у них все наоборот. Налицо доктрина «двух путей»: дерех цаддиким и дерех решаим. Эта доктрина первого псалма повторяется в конце Псалтири, в псалме 145-м8: «Хранит Господь всех любящих Его, а всех нечестивых истребит» (Пс 145/144:20). Но окончание книги Псалмов – это не только 145-й псалом, это вся финальная доксология, включающая в себя самый настоящий эпилог – 150-й псалом. Эти псалмы, со 145-го по 150-й, целиком состоят из славословий, а 150-й – вообще целиком аллилуарный, весь он целиком – приглашение к славословию (десятикратное “хвалите Его”)… В 150-м псалме отсутствует даже мотивация, не остается ничего, кроме призыва к хвале… Это означает, что последний редактор Псалтири хочет провести нас определенным маршрутом – от послушания (Пс 1) до славословия (Пс 150), от мотивированного успехом послушания к совершенно бескорыстному славословию»9.

Наблюдательный читатель первого псалма заметит, что первое его слово, ашрей, начинается на букву א, а последнее, товед (погибнет) – на букву ת. В первом псалме, таким образом – вся человеческая жизнь, от ее начала до ее конца. Первый псалом – это дверь, вводящая нас в мир молитвы, мир Теhилим – книги, которая, как говорит современный исследователь  Псалтири Лучано Маникарди, «учит нас осмыслению собственной жизни, которая связана с жизнью народа, Церкви, общины, жизни, которая проживается в истории, учит представлять ее Богу, говорить о ней Богу – ради того, чтобы принять от Бога свет, помогающий дальше жить этой же самой жизнью, но уже в большем послушании Богу»10.

В заключительном стихе псалма, представляющем собой прекрасный пример антитетического параллелизма, сказано, что путь праведных знает Господь. Это значит, что Он знает лично и тех, кто идет этим путем – самих праведников. Он знает их потому, что они знают Его. А Его они познают в Торе, когда идут путем ее заповедей. «Знать» на языке Писания – это иметь прочную и глубокую внутреннюю связь. Богопознание – не интеллектуальный процесс, не изучение догматического богословия. Знать Господа значит иметь глубокие личные отношения с Ним. Знать Его значит любить Его, быть верным завету с Ним и хранить Его заповеди (ср. Иов 21:14. Притч 2:5. Ис 11:2; 58:2), а не знать – значит не любить, предавать, «прелюбодействовать» с ложными богами. Не случайно глаголом ידע знать в Священном Писании описываются также наиболее интимные отношения между мужчиной и женщиной (напр., Быт 4:1; 19:8. Числ 31:17. Суд 11:39 и мн. др.).

Путь нечестивых погибнет потому, что этот путь и идущих по нему злодеев,רשעים не знает и не признаёт Господь. Они далеки от Господа, у них нет с Ним отношений, поэтому они погибают.

Эта тема будет продолжена в Новом Завете: в тот день (Мф 7:22), то есть в день Господень, эсхатологический день суда нечестивые услышат слова Мессии: «Я никогда не знал вас; отойдите от Меня, делающие беззаконие» (Мф 7:23).

В заключение позвольте предложить вашему вниманию собственный посильный перевод первого псалма:

Как счастлив тот, кто не ходил на совещание злодеев,
кто не вставал на грешников дорогу,
и в поселении кощунников не пребывал! –
тот, чьё стремление – к Торе Господней,
кто шепчет её лишь одну днём и ночью:
он – словно древо у водных потоков,
что вовремя плодоносит
и чья не увянет листва,
он преуспеет во всём, что б ни делал.
А злодеи – не таковы,
они – как мякина, носимая ветром.
Не устоят злодеи на суде
и грешники – средь праведных собранья.
Путь праведных знает Господь;
путь же злодеев – погибель.

Ссылки:

1. Синило Г. Танах и мировая поэзия. Минск, 2009. С. 184-185.
2. Книга Восхвалений с толкованием раби Давида Кимхи. Иерусалим – Запорожье, 2008. С. 16.
3. Библия. Современный русский перевод. Изд. 2е. Москва, 2015.
4. BibbiaPiemme . Casale Monferrato, 1995. P. 1197. Ср. Пс 13; Ис 5:19. Притч 1:22; 3:34; 22:10. Ис 29:20.
5. Книга Восхвалений с толкованием раби Давида Кимхи. Ibid. С. 17.
6. Wilson G.H. Shaping the Psalter: a Consideration of Editorial Linkage in the Book of Psalms. In: McCann J.C. (ed.). The Shape and Shaping of the Psalter. “Journal for the Study of the Old Testament. Suppl. Series”, №159 (1993). Р. 72-82.
7. Книга Псалмов (Теѓилим) с комментарием Раши. Москва – Нью-Йорк, 2011. С. 32. См также в Вавилонском Талмуде: Авода зара 19а; Киддушин 32b.
8. В русских переводах – Пс 144.
9. Mello A. I Salmi: un libro per pregare. Magnano, 1998. P. 154-155. Такое же наблюдение встречаем у Брюггеманна: Bruggemann W. Bounded by Obedience and Praise. The Psalms as Canon. “Journal for the Study of the Old Testament”, №50 (1991). Р. 67 (вся статья – рр. 63-92).
10. Интернет-сайт “Киевская Русь»,

Вы можете оставить комментарий, или ссылку на Ваш сайт.

Оставить комментарий