Раввины нашедшие Мессию Свидетельства 13 Иудейских Раввинов

Евангелие от Луки

Раввин Чил Слостовски

Будучи потомком плеяды ортодоксальных раввинов, я получил строгое раввинское образование. Я благодарен Богу за интеллект, который позволил мне в возрасте 17 лет получить высшие дипломы двух раввинских семинарий. Однако эти отличия не приносили мне удовлетворения, и я продолжал настойчиво изучать Талмуд, Шлухан Арух и другие раввинские труды. Когда мне было 20 лет, я знал большую часть Талмуда и других комментариев к Ветхому Завету наизусть. Из-за моих глубоких знаний этих книг многие раввины консультировались у меня по поводу вопросов Кашрут, и, не смотря на мою молодость, они принимали мои выводы как верные.

В возрасте 25 лет я стал Раввином в Дубно, Польша. Я был строго ортодоксален и отвергал любое мнение, не соответствующее букве традиций Талмуда. Два года спустя я получил назначение в Лодзь, крупный город в Польше. Там я не только был на должности Раввина, но и стал профессором Раввинской Семинарии. На своих лекциях я увещевал своих студентов питать отвращение к христианству и к самому Иисусу. Я верил всем ужасным историям об Иисусе, содержащимся в Талмуде.

Однако, благодаря Божьему мудрому провидению, я в это время познакомился с одним высокообразованным миссионером. Он знал Талмуд и стал беседовать со мной. То, что он говорил мне, было интересным, и я его частенько навещал. Очень скоро мои родственники узнали про это и взволновались. Они обсудили это обстоятельство и решили написать, без моего ведома, Верховному Раввину Палестины, Т. Куку. Раввин Кук знал мое имя посредством нашей переписки Кашрут. Ему рассказали о «великой опасности, угрожающей моей душе» из-за моей связи с христианским миссионером. Они умоляли его сжалиться над моей душой и спасти меня от «великой опасности», сделав мне предложение принять служение в Палестине и получив для меня разрешение на въезд в страну. Они были убеждены, что так я буду «быстро избавлен от дурного влияния опасного миссионера». Все это время я никоим образом не подозревал, что происходит.

Несколько недель спустя я получил письмо от Верховного Раввина. Он писал о разном и ненароком упомянул, что может получить для меня разрешение на въезд в Палестину, если я захочу туда поехать. Я обрадовался перспективе поехать в землю моих праотцев и радостно принял его предложение. Через месяц я поехал в Палестину.

Вскоре после моего приезда Верховный Раввин назначил меня Секретарем при Верховном Раввинате в Иерусалиме. Более того, он постоянно проявлял ко мне свое особое расположение, и ему нравилось, чтобы я был рядом с ним. Его интерес в моей персоне стал настолько очевидным, что я захотел знать, в чем может быть причина. Однажды я откровенно спросил его об этом. Тогда он рассказал мне о переписке с моими родственниками и попытался убедить меня в «ложности учения миссионера».

И тут я должен признаться, что слова миссионера проникли только в мой разум, а не в мое сердце. Иногда истине требуется много лет, чтобы перейти из разума в сердце, и так было в моем случае.

Вследствие бесед Верховного Раввина я начал думать, что он, может быть, прав, и постепенно мои беседы с миссионером стали исчезать из моей памяти.

После смерти раввина Кука я принял служение как учитель Талмуда в Раввинской Семинарии в Тель-Авиве, где преподавал в течение двух лет. Однако Господь продолжал искать меня!

Однажды я ехал поездом в компании нескольких членов моего Комитета из Хайфы в Иерусалим. Напротив меня в нашем купе сидел один молодой человек и читал какую-то небольшую книгу. На обложке я ясно видел надпись на иврите: «Новый Завет». Я сразу понял, что он был евреем- христианином, евреем, потому что он читал на иврите, а христианином, потому что он читал Новый Завет. В присутствии членов моего Комитета я чувствовал себя обязанным выразить протест молодому человеку и упрекнуть его за чтение такой, строго запрещенной книги, как Новый Завет. Я сурово критиковал его и таким образом объявил о своей позиции как Раввин. К моему удивлению молодой человек не выказал никакого раздражения, а улыбнулся мне и сказал: «Может, Вы покажете мне, что обидного находите в этой книге, и я постараюсь объяснить это».

Когда он сказал это, мои мысли вдруг унеслись на много лет назад, в прошлое, в то время, когда я немного читал Новый Завет, хотя это было поверхностно, без проникновения в сердце. Не смотря на это, я знал, что в книге не было ничего противоречащего. То, что меня больше всего раздражало в тот момент, это присутствие моих попутчиков. Мне нужно было дать молодому человеку подходящий ответ, чтобы не потерять уважение моих друзей.

Поэтому я сказал ему: «Как я могу показать тебе ложные доктрины в книге, которую нам запрещено читать?» Он ответил: «Как же вы можете критиковать и осуждать то, о чем вы не знаете? Сначала прочитайте, пожалуйста, книгу, и вы поймете, что в ней нет ничего, что можно было бы подвергнуть критике». Я молчал; а что я мог сказать? Разве я не знал в глубине сердца и души, что в Новом Завете не было ни единого слова, которое можно было бы подвергнуть критике или осуждению?

И вдруг мне пришли на память рассуждения с миссионером в Польше. Почему я бежал от его наставлений, которые я так высоко ценил? Подобно молнии эти мысли пронзили мою душу. Очевидно, молодой человек заметил выражение растерянности в моих глазах. Он прошептал мне: «Я вижу, что вас это интересует. Можно я подарю Вам этот Новый Завет? Пожалуйста, возьмите; у меня дома есть еще один. Ваши попутчики не видят; они как раз смотрят в окно, любуясь полями». Я быстро взял небольшую книгу и положил ее в карман.

В тот самый вечер я начал читать Новый Завет в своей комнате в Иерусалиме. Однако, прежде чем его раскрыть, я помолился:

«Открой очи мои и увижу чудеса закона Твоего» (Пс.118:18). По Своей благодати Господь услышал мою молитву и показал мне то, чего я никогда раньше не видел. Читая, я ощутил сотворение чистого сердца и духа правого внутри меня (Пс. 50:12), и был новый свет (Пс. 118:105). Подобно тому, как жаждущий человек жадно пьет, найдя источник свежей, прохладной воды, так и я пил воду жизни со страниц Нового Завета. За один присест я прочитал Евангелия от Матфея, Марка и Луки — пока не глянул на часы — 3 часа ночи!

С каждой страницей во мне росло и крепло убеждение в том, что Иисус Христос является Мессией, обещанным нам, евреям, в пророчествах. Медленно, но верно, мои обремененное сердце, душа и дух становились свободными и радостными. Это было совершенно новое и странное чувство, которое тогда я не мог объяснить. Я не мог его описать; все же оно было настоящим. Некоторые главы Священных Писаний по-особенному привлекали меня, и я до сих пор многие помню. Нагорная Проповедь открыла передо мной новый мир — мир, наполненный красотой и славой. Провозвестник такого прекрасного мира не может быть злым, как говорится об этом в Талмуде. Слова «Небо и земля прейдут, а слова Мои не прейдут» могли быть сказаны либо только Самим Богом, либо сумасшедшим. А из ответов Иисуса книжникам и фарисеям совершенно понятно, что Он не был лунатиком, но, напротив, исключительно мудрым. Поэтому это не может быть ничем иным, как фактом того, что Он был истинным Богом, как и подтвердили Его ученики (Иоанна 20:28). На меня также произвел глубокое впечатление стих из Евангелия от Луки 23:34: «Отче! прости им, ибо не знают, что делают». Сравните эту фразу со словами Иеремии, когда он был в стесненных обстоятельствах. Иеремия был в ярости и проклинал своих преследователей. Иисус же, напротив, даже будучи пригвожденным к кресту, ничего не имел против своих врагов, а лишь проявил прощение, милость, сострадание и молился за Своих гонителей. Какая огромная разница! Насколько же величественней пророков был Он!

Моя душа была настолько тронута прочитанным, что, хотя и было три часа ночи, я впервые в жизни склонился на колени и помолился; потому что мы, евреи, молимся стоя, а не на коленях. Не могу сказать, как долго я молился, но знаю, что никогда раньше я не молился с таким усердием и стремлением. Я рыдал и умолял Бога, чтобы Он послал свет. Я молил Его показать мне истину: что истина, а что ложь, Талмуд или Новый Завет. И впервые я молился во имя ИИСУСА!

После этой молитвы в мое сердце вошли такой мир и такая радость, каких я никогда раньше не испытывал, даже в День Искупления, хотя в тот день я всегда постился и горячо молился. Никогда раньше у меня не было такой уверенности в примирении с Богом, какую я чувствовал тогда, и которая, благодаря Богу, остается с тех пор со мной. Я знал и ничуть не сомневался в том, что Господь Иисус является давно предреченным Мессией евреев и Спасителем мира, и я увидел в Нем своего личного Спасителя.

Затем я лег спать; но после этого яркого события я не мог заснуть. Вскоре я услышал голос, говорящий мне: «Никогда больше не уходи от Меня! Я использую тебя для славы Моего имени и как свидетеля Моей спасающей благодати». Это не было моим воображением, но фактом, и я незамедлительно ответил: «Вот я, Господь».

С тех пор моя жизнь больше не принадлежала мне, но Ему, и так до сих пор. Ибо в тот священный момент я отдался целиком и полностью Ему. Хотя, как я чувствовал, это было слишком малым воздаянием за все, что Он сделал для меня, Он спас мою душу от вечных мучений.

Увы! Сначала я был не больше, чем тайный верующий. В душе я знал, что Господь Иисус Христос был Мессией Израиля и моим личным Спасителем, но, несмотря на это, продолжал исполнять свои задания и обязанности в качестве раввина. Так я прожил два месяца. Но какой же подавленной и несчастной была моя душа! Наконец я понял, что больше не могу жить двойной жизнью и служить Богу и мамоне (Матф. 6:24). Я должен был принародно исповедовать Христа, — какими бы ни были последствия.

В тот же день я ушел с должности Раввина. Члены Комитета пришли в смятение. Они настоятельно просили меня не уходить и предлагали более высокое жалование. И тогда я откровенно засвидетельствовал им о Мессианстве Иисуса, сказав им, что Он долгожданный Мессия и мой личный Спаситель.

Незамедлительно последовали гонения, но они нисколько не страшили меня. Я ожидал гонений. Меня побили камнями на улице, и мне пришлось отлеживаться некоторое время, в то время как ко мне приходил доктор два раза в день, чтобы уделить мне внимание и перевязать мои раны. Когда мои соотечественники-евреи поняли, что гонения не поколебали меня, они попробовали иной план: один знаменитый еврей предложил усыновить меня и сделать наследником при условии, что я отрекусь от христианства. Я сказал ему: «Если вы сможете дать мир моей душе, гарантировать Божье присутствие и прощение моих грехов, я вернусь в иудаизм». Он ответил: «Этого я не могу сделать, поскольку у меня нет того, о чем ты просишь». Он никогда больше не подходил ко мне.

Позднее, когда я был в такой опасности, что я не знал куда податься, я повстречал одного американского миссионера в библейской лавке. Он заговорил со мной на иврите и, когда услышал, что я обращен, и моей жизни угрожает опасность, он посоветовал мне немедленно уехать в Бейрут в Сирии и дал рекомендательное письмо для пастора местной евангельской церкви. Я уехал, и спустя два месяца крестился. Вскоре после этого я поступил в Библейскую школу и, сдав экзамены, вернулся в Палестину, чтобы трудиться среди своего народа, свидетельствуя им об Иисусе Христе.

Мой метод работы был двояким: во-первых, на основании отрывков Ветхого Завета я доказывал, что Господь Иисус является истинным и давно предреченным Мессией Израиля. Я нашел более 200 отрывков, которые без всяких сомнений доказывают этот факт. Затем, во-вторых, я показывал превосходство учений Нового Завета над учениями Талмуда. Божье благословение было в этом методе, и большое количество моих братьев, кому я свидетельствовал, приходили к вере в Господа Иисуса Христа как личного Спасителя.

Назад /  Начало  / Далее

Вы можете оставить комментарий, или ссылку на Ваш сайт.

Оставить комментарий