На горах Кавказа. Часть первая. Глава 21

Схимонах Иларион (Домрачев)

О сердце человеческом

На горах Кавказа. Схимонах Иларион По общепринятому у людей понятию, во всяком предмете и вещи, сердцем называется самая внутреннейшая и глубочайшая сторона. Поэтому сердцевина есть в дереве; есть сердце моря – его глубина, в яблоке и во всяком веществе самая внутренняя часть называется сердцем.

Так и в человеке – внутреннейшая, глубочайшая, задушевная сторона души именуется сердцем.

И это есть ни что другое, как внутреннее чувство души, или вообще сила ея чувствований, как и психология учит, что в душе – у нас три силы: ум, воля и чувство. И вот оно-то – это чувство – и есть сердце, которым мы входим в связь со всем существующим вне нас – телесным и духовным. Не трудно заметить, как сие чувство души решительно принимает впечатление от всего – и от мысли, желания, и от действия всех чувств: зрения, слуха и от внутренней деятельности душевных сил.

Поэтому-то оно и называется корнем и центром нашего существа. И нельзя не заметить всякому внимательному, что и вся наша жизнь идёт именно в этом главном пункте нашего существа.

Потому то и говорится, что душа живёт чувствами.

Это сердце, по замечанию опытных наблюдателей, называется или сердцем светлым, чистым, безхитростным; или же сердцем развращённым, злым, упорным, высокомерным.

Конечно, смотря по тому, какими качествами и свойствами оно наполняется, то есть к каким имеет сочувственное расположение и чем услаждается и, напротив, от чего отвращается и не имеет сочувствия. Вообще, оно имеет весьма важное значение в нравственной жизни человека, как дающее направление каждому нашему нравственному поступку.

Оно есть истинный двигатель всей нашей жизни; каково сердце, таков и весь человек...

Это сердце в естественном своём состоянии, необновлённое Святым Духом, имеет всю свою преклонность к Земле, питается прахом и срамными страстями; из него исходит всякое непотребство, зло, гордыня, око лукаво. Здесь же живёт и таится и самый корень нашей греховности, змей самолюбия, о коем упоминает святой Макарий Великий и в изгнании котораго состоит задача нашей жизни. О сем же молит Господа и святый Пророк Давид: «сердце чисто созижди во мне, Боже» (Пс.50), то есть чтобы Господь вложил в самое средоточие его жизни чистоту, свет, правду, святыню и обновил всё его естество.

Когда совесть за нарушение нравственнаго закона казнит душу, то страдает это чувство души, вместе с самосознанием. Оно по природе своей не имеет влечения к Богу, а стремится к Земле. Но между тем в него, по слову св. Апостола, нужно вселить Христа. И вот в этом и состоит назначение и цель нашей жизни и бытия.

Нередко в Писании сердцем называется вся совокупность внутренних сил наших. Например: «воззвах всем сердцем моим» (Пс.118:145), св. Иоанн Лествичник объясняет как «всеми силами души».

Очень часто сердцем называется соединённое состояние внутренняго чувства души с духом нашим, который, весь происходя от Бога, передаёт душе своё богатство. И вследствии преобладания духа над сердцем, или, как говорится у святых Отцов, одуховления души, и называется всё внутреннее состояние души именем преобладающаго свойства, то есть качествами, принадлежащими духу. Поскольку же вся душа собирается воедино – в чувство душевное – то и здесь силы, проникнутая влиянием духа, называются общим именем сердца.

Например: св. Апостол приписывает сердцу веру в Бога: «Сердцем веруется в правду» (Рим. 10:10).

Но уж ни как нельзя отнести это дело прямо к душевному чувству. Неоспоримо, что оно бывает его принадлежностию, но только тогда, как дух проникнет его своим влиянием и сообщит ему веру свою словом; когда соединится с душею и передаёт ея внутреннему чувству своё духовное содержание, тогда получается в душе несомненное убеждение в истине. Она проникается свойством истины и как бы осязает её чувством своим. Но начало сего берётся от духа. Поэтому и называют дух окном в духовный мир. И он действительно служит связию между нами, Богом и духовным миром.

Дух сам непосредственно соприкасается духовному миру и получаемыя отсюда впечатления свои и чувства передаёт душе. И когда его влияние возгосподствует и сила его возобладает над душею, тогда человек по всему называется духовным, святым и освящённым потому, что благодать Божия прежде всего водворяется в духе, а от него переходит во все члены нашего существа.

Как говорит святой Макарий Великий: «Не в писаниях только, начертанных чернилами, должны мы находить для себя удостоверение, но и на скрижалях сердца благодать Божия пишет законы Духа и Небесныя тайны, потому что сердце владычественно и царственно в целом телесном сочетании. И когда благодать овладевает пажитями сердца, тогда царствует она над всеми членами, помыслами, ибо там ум и все помыслы и чаяние души. По сему благодать и проникает во все члены тела».

Поэтому-то в священном Писании видится слитие этих двух сил и безразличное их употребление или как бы одно другому пояснительное и одно другое пополняющее. Св. Царь Пророк Давид говорит: жертва Богу дух сокрушен (Пс.50:19) , и как бы поясняя, добавляет: сердце сокрушенно и смиренно Бог не уничижит (Пс.50). Ещё: близ Господь сокрушенных сердцем и, опять поясняя, прибавляет: и смиренные духом спасет (Псал.33:19).

Где говорится о сердце возвышенное, святое и великое, там разумеется или один дух или его соединение с сердцем, которое он проницает своим влиянием. Например: «на сердцах народов написано, что един есть Бог Создатель всяческих». Здесь говорится о идее Божества, сокрытой во глубине нашего духа...

У святого Исаака Сирскаго написано: «деятельность сердца – есть житие умное». Здесь разумеется соединение духа с внутренним чувством души или сердцем и его преобладание, что, как и раньше замечено, называется одуховлением души.

Он же говорит: «духовное чувство души приемлет зрительную силу ума, как зеница телесных очес чувственный свет». Это то же самое, когда, то есть дух, возгосподствует над душею, как бы своим присутствием подавит все ея естественныя качества и силы.

Сие же самое можно видеть и в житии св. Отец. Например, пишется про святаго Антония в его житии: «и нача Антоний святый, просвещенным сердцем, разумети видения» (ему бывшия). Это такое состояние, в котором дух его или ум, озарённый благодатию Святого Духа, сообщил своё духовное ведение, или, вернее, зрение сердечному чувству. При чём, конечно, только и может быть полнота нашей духовной жизни, когда, то есть в центре или корне нашего духовнаго существа, соберутся воедино все силы души, и сие собранное единство соединится с Богом и с Ним сорастворится.

Имя сие в виду, святой Макарий говорит: «тогда душа бывает вся разумом, вся ведением, вся оком, светом, зрением»... То есть каковым содержанием проникнет её дух – сам сообщаясь с Богом – оттуда и получает она свои озарения. Это же самое выражается и тогда, когда говорится: умилилось сердце. Здесь тоже разумеется воздействие на сердце предметов духовнаго мира.

Когда же одна мыслительная сила души, без участия духа, соединяется с сердцем, то о сем говорит Господь книжникам и фарисеям: вскую вы мыслете лукавая в сердцах ваших (Мф.9:4).

На этом основании почти повсюду в писании помышления приписываются сердцу: расточи гордыя мыслию сердца их, поется в песни Всепречистыя. Между тем, как все мы ясно замечаем, что мысли происходят от ума; но сходя в сердце и соединяясь с ним, приписываются сердцу.

Страницы: 1 2

Вы можете оставить комментарий, или ссылку на Ваш сайт.

Оставить комментарий