Религия, политика и деньги

Три вещи, говорить о которых во Франции считается неприличным

Ирина Соловьева

 

Подруга, живущая в России француженка, жаловалась, что никак не может втолковать русским, что религия — дело личное, что принцип светскости наши люди не понимают. Принцип светскости — один из основополагающих принципов французской демократии. Он отделяет церковь от государства и гарантирует свободу совести и вероисповедания, не позволяя доминировать какой-либо доктрине, будь то атеизм, католичество, пастафарианство или любые другие взгляды.

Что тут не понятного? Мы и про секуляризацию в школе проходили, и государство у нас, согласно Конституции, светское, да и вообще очевидно же, что есть люди, которые очень трепетно относятся к своей религии, и не готовы обсуждать ее с малознакомым человеком.

Сложно делать выводы о культуре, не обладая достаточной статистикой, но мне кажется, моей подруге просто собеседники попадались непонятливые или бестактные. А может, дело в том, что в пространстве чужих культурных кодов порой сложно обозначить свои личные границы. Ведь в нашем обществе вполне естественно говорить о религии с близкими людьми. Есть, конечно, вероятность, что всегда чудовищно везло, но мне в России никогда не докучают слишком интимными вопросами касательно вероисповедания. А вот во Франции наоборот: бывает, спрашивают насчет конфессии. Правда, сложностей с объяснениями не возникает. Всегда достаточно сказать, что это личное, и перевести разговор на другую тему. Про принцип светскости знают все. Во французской культуре, в отличие от нашей, табу на обсуждение религиозных взглядов собеседника оговаривается: этому учат с детства. А мы, наверное, учимся интуитивно, и хотя я не сталкивалась с бестактностью со стороны сограждан, мне все-таки сложно представить, что муж и жена могут жить вместе годами и так и не узнать, во что верит супруг. Во Франции бывает.

Бывает и такое, что люди не знают, за кого голосуют и каких политических взглядов придерживаются их близкие. И дело тут не в отсутствии интереса к своему окружению, и уж тем более не в отсутствии интереса к политике. Наоборот, интерес к теме так велик, что разговоры о политике могут закончиться серьезной ссорой. Дети ссорятся с родителями, браки распадаются, а ведь избежать такого неприятного поворота событий можно легко. Надо просто не спрашивать у людей, за кого они голосуют, не заявлять публично о своих политических взглядах, а если спрашивают, прятаться за формулой «это личное». В России такой аргумент не очень котируется, а во Франции действует прекрасно, и собеседник совсем не обижается.

Мне сложно представить, что муж и жена могут жить вместе годами и так и не узнать, во что верит супруг. Во Франции такое бывает

Особенно не приветствуются политические дебаты на работе. Во-первых, они мешают производственному процессу. Один директор предприятия даже жаловался, что ему пришлось запретить своим подчиненным говорить о политике в рабочее время, а то как начнут спорить — и работа встала. Во-вторых, если ссориться с коллегами неприятно, то ссориться с начальником просто опасно для карьеры. Сами понимаете, иной раз говорить о политике спокойно невозможно, а раз так, то лучше не говорить о ней вовсе.

Это ни в коем случае не значит, что все французы держат свое мнение при себе. Даже если в обществе что-то считается неприличным, наивно полагать, что никто так не делает. Кроме того, у человека обычно есть единомышленники и друзья достаточно близкие, чтобы он мог поделиться с ними любым своим мнением. Тем более, везде есть люди, с которыми и поссориться не жалко. Ну и свобода слова, естественно. Любой гражданин имеет право высказаться, хоть на работе, хоть дома, хоть на улице. Это не запрещено. А вот листовки и агитационные материалы имеют право распространять только члены профсоюзов. Видимо, совсем уже житья нет от пропаганды.

И если политическую или религиозную невоздержанность вам, скорее всего, простят, то говорить о деньгах считается верхом неприличия. В России, насколько мне известно, тоже считается бестактным спрашивать человека, сколько он зарабатывает, но строго это не табуируется. Родители, как правило, знают, сколько зарабатывают их дети, и это взаимно. Коллеги нередко обсуждают эту тему, а если друг устроился на новую работу, вопрос о его зарплате может быть воспринят не как невежливость, а как проявление дружеского участия. Во Франции такое не возможно. Ни в коем случае не следует спрашивать у кого бы то ни было о его доходах. Говорить о своих тоже не надо. Вообще, если речь заходит о деньгах, французы смущаются. И чем больше достаток человека, тем больше его смущение. Виной тому, наверное, глубоко укоренившееся в культуре католичество: оно не поощряет богатство. Неприличным считается даже дарить слишком дорогие подарки. Человеку же придется дарить вам подарок в ответ, а что если у него нет средств, чтобы ответь вам симметрично?

Также не рекомендуется говорить с французами о смерти, болезнях, о своих неудачах, о своих успехах, о своем происхождении… Мне не приходилось жить среди славных разговорами о погоде англичан, но мне с трудом верится, что где-то говорят о погоде больше, чем во Франции.

 

Источник: Московские новости

 

 

Вы можете оставить комментарий, или ссылку на Ваш сайт.

Оставить комментарий