Зарубежной Церкви нравится консерватизм Москвы

– Многим православным верующим из потомков старой русской эмиграции странно и непонятно видеть архиереев в компании с имамами, раввинами, католическими прелатами. Им кажется, что это отклонение от пути Церкви, нарушение традиций.

– Разумеется, мы заботимся, чтобы не отклониться от правды, не сбиться с истинного пути, и епископы всегда должны бдительно заботиться об этом. Однако Русская Православная Церковь в России стала очень консервативной. Она не сбилась с пути. Есть люди, которые до сих пор продолжают бояться любого нормального дипломатического или добрососедского диалога. Действительно, мы никогда раньше не занимались дипломатией. Мы жили в своих общинах, никогда не обсуждали подобных возможностей, никто не думал, что понадобятся особые встречи и появятся общие проблемы.

Есть у нас люди, возмущенные фотографиями Патриарха Кирилла вместе с имамами и раввинами. Однако наши архиереи участвуют в различных дипломатических встречах с представителями других религий не для обсуждения религиозных вопросов, а для поиска путей к миру, для предотвращения религиозных войн. В современном мире появилась серьезная опасность из-за фанатиков, действующих в разных странах, чтобы разрушить мир между людьми. Священнослужители встречаются, чтобы работать вместе над повышением нравственности, ради сохранения традиционных ценностей.

Есть также в мире группы, уверенные, что все религии должны слиться в одну, – и это утопия, которая никогда не будет работать. В определенные времена такие идеи немного опасны с точки зрения Церкви, и тогда мы должны избегать экуменических встреч. То, что происходит сейчас, это встречи добрососедские, дипломатические – но совсем другое дело догматические и экклезиологические обсуждения.

– Ситуация с православием в Америке смущает многих в России, для которых необычно наличие различных православных юрисдикций в одной стране – РПЦЗ, Православная Церковь в Америке (ПЦА), Американская архиепископия Константинопольского Патриархата и другие. Каковы отношения РПЦЗ с другими юрисдикциями и возможно ли объединение православных христиан в Америке?

– Соединенные Штаты, Канада и другие страны Запада стали пристанищем для людей, бежавших от преследований, в поисках свободы и лучшей жизни. Сюда прибыли люди из самых разных стран, в том числе из многих православных стран. Некоторые православные народы пережили страшные преследования в XIX–ХХ веках, например греки, бежавшие из Оттоманской империи.

Поначалу все православные христиане в Америке были под юрисдикцией Российской Церкви, потому что русская Церковь через своих миссионеров на Аляске первой принесла сюда православие. Мы считаем, что русская Церковь обладает здесь первенством. Тем не менее в мировом православии канонически Константинопольский Патриарх является первым среди равных, и ему следует первому оказывать уважение. Затем следуют Патриархаты Александрии, Антиохии, Иерусалима и так далее, а затем Русская Церковь. В настоящее время у всех православных этнических групп здесь имеются свои церковные юрисдикции, созданные после революции в России. Некоторые юрисдикции еще и разбиты на несколько фракций, но в общем сегодня мы живем мирно.

Мы недавно создали Ассамблею православных епископов Северной и Центральной Америки. В ней участвуют более 50 канонических епископов из Соединенных Штатов, Канады, Мексики и центральноамериканских стран. Есть аналогичные ассамблеи в Южной Америке, Европе и Австралии. Мы ищем пути усилить наше сотрудничество.

Я полагаю, что необходимо очень много времени, чтобы все эти юрисдикции слились в единую Церковь. Каждая национальная Церковь придерживается собственной традиции, люди любят своих иерархов, свою культуру, музыку.
Я уверен, если бы сегодня кто-то вышел с идеей единой автокефальной Церкви в Америке, это вызвало бы огромную и очень сильную оппозицию. Поэтому идея объединения лучше выражается в совместной работе и сотрудничестве. На Ассамблее многие из нас впервые познакомились друг с другом. Разумеется, мы знали о существовании друг друга, но раньше мы никогда не общались так близко, не обменивались идеями и опытом, не обсуждали нашу работу.

Ежегодные трехдневные собрания Ассамблеи служат для обсуждения множества вещей. Мы создаем там комитеты, занятые различными областями церковной деятельности. Например, работа в университетских кампусах или подготовка армейских капелланов. Мы решаем, какие приходы и монастыри, какие юрисдикции и клирики считаются каноническими, а какие нет.

– Каким вы видите развитие отношений между РПЦЗ с приходами Московского Патриархата?

– Налицо позитивные изменения в жизни американского православия. Мы можем сослужить с ними, когда нуждаемся в священнике, они могут пригласить наших священников и диаконов, когда в том есть нужда. Их священники и диаконы теперь могут переходить к нам канонически, и мы отпускаем наших священников служить к ним. Между нами налажена хорошая кооперация. Мы теперь части одной Церкви. Их приходов тут немного, около 30, и согласно решению Синода от 1970 года о предоставлении автокефального статуса митрополии в Америке, РПЦ не может больше открывать здесь новые приходы.

– Как вы думаете, приходы РПЦ отойдут РПЦЗ или ПЦА?

– Мы не говорили с ними на эти темы, но я знаю, что некоторые священники в этих приходах предпочли бы быть в большей общине, вроде наших епархий, потому что у нас больше активности, больше церковной жизни. Однако мы пока не обсуждаем это, возможно, это преждевременно, возможно, в конце концов это случится.

– Реально ли объединение РПЦЗ с Православной Церковью в Америке?

– Это куда сложней. Прежде всего препятствием для объединения является новый, то есть григорианский, календарь. Мы хотим оставаться с юлианским календарем. Если нашим верующим предложить новый календарь, я уверен, что будет жесткая оппозиция и расколы. Далее, в ПЦА есть некоторые моменты церковной жизни с оттенком немного современного подхода к вещам, который не всегда приемлем для наших людей. Я не хочу сказать, что они модернисты, но есть некоторые элементы, литургические и другие.

– Однако и под вашим омофором РПЦЗ продолжает быть открытой разным традициям. Вы не требуете от приходов единообразия. Есть староверческие приходы, есть приходы западного, римского чина, а также новокалендарники.

– Верно, что мы открыты традициям, но не обновлениям. У нас раньше были румынские и болгарские приходы, жившие по новому календарю. Их больше не осталось. Теперь, когда люди приходят к нам, то мы настаиваем на старом календаре, потому что в этом деле важна согласованность.

– Даже если служат по римскому чину?

– Да, все приходы западного обряда следуют старому календарю. Западный обряд – это часть древней традиции Церкви. Служба по римскому чину является канонической для Запада. Он существовал до XI века, когда Римский епископат еще был православным. Мы принимаем службу по западному обряду как миссионерский инструмент, согласно решениям Святейшего Правительствующего Синода, принятым задолго до революции. Уже тогда были на Западе люди, желавшие стать православными верующими, но продолжать служить Богу по римскому чину.

Некоторые элементы, введенные позже католиками, необходимо было отменить. Наши приходы западного обряда используют для святого причастия хлеб из дрожжевого теста, а не опресноки. Еще была проблема молитвы к Святому Духу и другие католические дополнения. Все они были устранены, чтобы западный обряд вернулся к чистой литургической форме. В любом случае наша Церковь открыта для всех людей, из разных слоев и этнических групп, для американцев, для афроамериканцев, для всех...

– РПЦЗ всегда настаивала, что это русская Церковь. Однако все больше и больше людей разных национальностей со всего света становятся верующими вашей Церкви.

– Мы русские не потому, что «проталкиваем» Россию, или русский национализм, или русские национальные традиции. Мы русская Церковь, потому что мы придерживаемся русского пути служения Богу, традициям исповедания веры, сложившимся в России.

Страницы: 1 2 3

Вы можете оставить комментарий, или ссылку на Ваш сайт.

Оставить комментарий