Духовные христиане-молокане

Молокане

А.В. Тикунов

«О происхождении своего учения я слышал от молокан следующее: вера наша, говорили мне, пошла на Руси от Матвея Семеновича; он жил давно, назад тому лет триста, при царе Иване Грозном, и был замучен: его живого сожгли. От многих гонений вера наша, после того умалилась и ослабела, а тому назад лет пятьдесят или поболее подкрепил и подновил ее Семен Уклеин. Впрочем, прибавляют они, с тех пор как христианство стоит на земле, все истинные поклонники Божества так верили и до конца мира будут верить как мы. Упоминаемый ими Матвей Семенович не кто иной, как Башкин, осужденный в Москве в 1553г. („Отечественные записки“ 1869г. Н. Костомаров)

Молокане... В наше время это слово мало что говорит человеку. В дореволюционной России оно ассоциировалось с такими понятиями как: высокая культура земледелия, передовая агротехника, обильные урожаи. В 90-х годах прошлого столетия амурские молокане хлопотали в Петербурге о разрешении дать выход русской пшенице на тихоокеанские рынки: реализовать всего производимого ими зерна на внутренних рынках было невозможно. В Якутию и Дальний Восток хлеб поставлялся в избытке. Русская маньчжурская армия в 1904 году обеспечивалась мукой преимущественно за счет молоканских поставок .

Большую активность проявили амурские молокане в развитии пароходства по реке Амур. Кстати, шкипером парохода, на котором плыл Чехов на о. Сахалин, был молоканин. Писатель не знал об этом не столь важном обстоятельстве: отметил лишь культуру и вежливость команды.

Кто же они — духовные христиане-молокане?

1553 год. Царю Ивану Грозному донесли: боярский сын Матвей Семенович Башкин, по своему толкует тексты Евангелия, осуждает установления православной церкви... Царь хорошо знал Башкина : тот был включен в избранную тысячу приближенных к царю служилых ратных дворян — что то вроде дворцовой гвардии, часто бывал в Кремле. Кремлевский поп Семен был его духовным наставником. Из-за резких бесед с ним о вере и возникло дело о „ереси Башкина“.

Государь повелел: пусть Матюша (Башкин) изменит в Евангелии спорные места, а он, царь, все-де объяснит.

Разбор проходил в Благовещенском соборе Кремля. Царь смотрел отмеченные места. Башкин их толковал, священники поясняли, что это ересь. Башкин: вот сказано: „Возлюби Бога твоего всем сердцем и всем разумением твоим, и ближнего своего как самого себя“. Христос всех братьями называет, а мы их в рабстве держим. У нас на иных кабалы нарядные (фальшивые), на других полные (законные), а иные беглых держат. Я благодарю Бога моего: что было у меня кабал полных — все изодрал и держу людей своих добровольно. Хорошо ему — он живет, не хорошо — идет куда хочет. Я видел это в правилах и полагаю, что это хорошо».

Иван Грозный был ошеломлен: он был начитан в духовных книгах, но такого смелого, прямого толкования Евангелия не предполагал. Для него церковь была непререкаемый авторитет. И вдруг эта церковь прямо обвиняется в несоответствии ее положений духу учения Христа. Было о чем подумать. Башкина не тронули. Царь уехал в Коломну и «то дело позалеглось».

Однако духовные не дремали. Усиленный тайный розыск выявил: у Башкина большой круг единомышленников — в основном московские ратные люди. Люди в их деревеньках тоже придерживаются ереси Башкина. Сделалась большая тревога среди духовных: «ересь прозябе и явилось большое шатание в людях». Когда царь вернулся в Москву, с доносом к нему вошел сам митрополит Макарий. Башкин и его единомышленники были схвачены и посажены под арест. Начался розыск, в котором принимал участие сам Иван Грозный. А розыск того времени — это пытки, истязания. Царь Иван, подверженный припадкам безумия, сам колотил Башкина по голове посохом.

Следствие нашло: М.С. Башкин не признает третичности Бога — Бог един. В основу своего вероучения Башкин положил известное евангельское изречение: «Бог есть Дух и поклоняться Ему следует в духе и истине». Отсюда и название его последователей: духовные христиане. Духовные христиане отвергли церковную обрядность, священство; иконы называли идолами, а поклонение мощам- идолопоклонством; в крестном знамении не признавал никакой силы; в причащении хлеб и вино не считали за тело и кровь Христовы; храмы выстроенные не признавали за церковь, говоря, что только собрание верующих есть церковь; жития святых считают баснословием.

Суд из шести православных святителей сначала присудил Башкина к покаянию, но он от него отказался. Вторичный, тайный суд приговорил к сожжению на костре. Возможно, к этому приложил руку и сам Иван Грозный.

В декабре 1553 года в Волоколамском монастыре, М.С. Башкин был привязан к врытому в землю столбу, обложен срубом из сухих поленьев и сожжен. Заправляли всем делом два старца Иосифо-Волоколамского монастыря, злейшие враги всякого вольномыслия: Герасим Ленков и Филофей Полев. Последователи Башкина как в Москве, так и в деревнях, все были выселены на Волгу, ставшей к тому времени порубежной рекой. Именно Поволжье, от Самары до Астрахани стало колыбелью духовных христиан. Здесь к нему приклеилось и второе название — молокане. Причина этому самая обыденная: духовные христиане не соблюдают церковных постов. А молоко в это время было самым употребительным продуктом питания. Употребление в пост молока резало глаз православным, и духовных христиан стали чаще называть молоканами. А духовные христиане приняли это название. Так и пошло.

Не пропали на великой реке Волге духовные христиане, как рассчитывал царь Иван и церковное начальство. Наоборот, обжились, установили дружеские сношения и с местными соседями, и с кочующими за Волгой татарами, и даже с буйными ватагами Стеньки Разина. Вера, трезвость, трудолюбие, широкая взаимопомощь позволили довольно быстро встать на ноги, завести крепкие хозяйства. Однако, большой разброс поселений, недостаток книг Священного Писания вызывали разброд во взглядах молокан на религиозные вопросы. Люди рождались, женились, умирали, и каждое это событие необходимо было отмечать, отправлять с определенными церемониями.

В царствование Екатерины II, начал свои проповеди в среде молокан талантливый молодой человек — Семен Уклеин. Отличный оратор, хорошо начитанный, он завораживал слушателей живыми, образными беседами. В качестве перехожего портного, он посещал молоканские общины одну за другой. И не просто проповедовал, а принимал активное участие в общественной жизни, работе. Например, на реке Иргизе он увлеченно, с артелью рыбаков ловил рыбу. Тогда рыболовство носило не спортивный интерес, а хозяйственный: это была работа. И всюду — дома и на работе обсуждались вопросы веры. Уклеин со своей супругой Татьяной, обладавшей прекрасным голосом, составил сборник молоканских псалмов на мотивы русских народных песен. Именно Уклеин ввел в молоканские богослужения обряды — это отрицательно сказалось на живом движении веры в людях. В таком виде и дошло молоканство до наших дней. И хотя обряды несколько мертвят веру, ясное понимание основной сути учения Христа никогда не покидало молокан.

Когда наши войска освободили северное причерноморье от турецкого владычества, ЕкатеринаII. начала массовое, насильственное переселение молокан в Таврическую губернию. Делалось это с обычной жестокостью. Молоканам не давали время для продажи недвижимого имущества, а вот тебе срок: запрягай фургон, грузи скарб, привязывай к задку корову, две и двигай. А дома, усадьбы, гумна, мельницы, мосты, причалы, лодки, плотины с водозаборными устройствами (молокане вели поливное огородничество) — все в виде дара императрицы доставалось немцам, в то же время переселявшихся в Поволжье по инициативе немки-царицы. Было ли это случайное совпадение, или сделано преднамеренно — трудно сказать. Способность молокан быстро обживать и благоустраивать безлюдную, пустую, дикую местность, навлекла на них много бедствий. При Николае I потянулись молоканские обозы с ссыльными в Закавказье и Среднюю Азию, в Сибирь и на Дальний Восток. Пржевальский в 1886 году обнаружил у озера Ханка молоканское село «Астраханка» и был поражен его благосостоянием. Это действительно было удивительно, если учесть, что тащиться в такую даль надо было около трех лет, чаще по бездорожью.

Сокрушительному разгрому молоканство подверглось в годы коллективизации. Два положения молокан в глазах большевиков выглядели как смертный грех: вера и зажиточность. Расправа была скора и коротка: застенки НКВД и бездонный зев империи ГУЛАГ. Поняв, как идет игра, молокане отдавали в колхоз все имущество, скот, инвентарь, заколачивали дома и буквально рассыпались по городам и весям. Ведь молокане всегда были мастеровые люди. Все они были отличные плотники, столяры, кровельщики, печники, сапожники, бондари, слесаря. Работу в городе, в промышленности они всегда могли найти для себя. А вот правительство, разорив тысячи высокопроизводительных хозяйств, потеряв сотни тысяч умелых хозяйских рук, обрекло страну на вечный недостаток продуктов питания и на неисчезающий призрак голода.

г. Москва

Вы можете оставить комментарий, или ссылку на Ваш сайт.

Оставить комментарий