Беседа о молитве, часть 11-я

Продолжение. Начало Здесь

Монах Константин

Монах Константин. Беседа о молитвеО духовном возрасте, внимании, терпении и мужестве

— А молитва слышится Богом только такая, которая исходит от сердца? Молитва, «формально» произносимая, уже совсем бесполезна?

— Дело в том, что Господь знает, кто эту молитву произносит. Принимается молитва в соответствии с тем духовным уровнем, на котором человек находится.

Если, допустим, он новоначальный, только два-три раза зашел в храм — он-то и «Отче наш» едва прочитает, может, даже и все слова, написанные там, исковеркает. Но, тем не менее, эта его молитва принимается Богом, потому что человек только-только обращается — он младенец. Ведь младенец не может научиться сразу ясно говорить — от него никто и не требует, чтобы он сразу правильно произносил все слова, а радуются тому, что он хоть что-то сказал. Так же и в молитве. Если по своему духовному уровню человек не способен на большее, следовательно, его молитва принимается такой, какая она есть.

А если человек уже может молиться более-менее чисто, но не молится — это вменяется ему в нерадение (потому что он не понуждает себя на делание, какое он может принести Богу по своему духовному уровню, но не приносит).

Однако смущаться неумением молиться не нужно. Ступени обучения (чистой молитве) мы проходим в процессе самой молитвы.

Скажем, начали мы читать правило. «Отче наш» прочитали рассеянно. Потом немного настроились, «Помилуй мя. Боже» прочли уже более внимательно. А «Достойно есть» прочитали (или спели) со всем усердием, от всей души, зная, что этими словами восхваляется Божия Матерь, Которая есть наша Мать, Заступница и Ходатаица нам всех благ — и временных, и вечных. И если хотя бы «Достойно есть» мы прочитали с усердием — это уже принимается, как молитва.

— А остальное? То, что было прочитано рассеянно?

— То, что было прочитано нами кое-как, с небрежением, увы, «высоко» не поднимется. Из молитвы «принимается» лишь то, что было «чисто»: чему внимал ум и сочувствовало сердце.

Но все это, повторяю, зависит от того духовного уровня, на котором находится человек.

— Как-то раз я спросила своего духовного отца: «Если заметила, что прочитала молитву невнимательно — перечитывать?» Он ответил: "Нет. Просто скажи: "Господи, прости — замечталась "". Ну, я как-то и успокоилась. А Вы говорите, что если читал или слушал невнимательно, то это «не считается».

Так что же получается: стоял, например, на правиле. Клонит в сон — начинается борьба со сном. Проснулся — ушел мыслями «налево». Вернулся. Тут вдруг вспомнилась какая-то старая обида. «Ах, ты ж. — ведь явно вражий помысел!» — обнаружив, отогнал, с горем пополам собрал внимание. Пока шло «состязание», правило кончилось. Но почти все время шла борьба, и мысли были рассеянны. А рассеянная молитва — «не в счет». Получается, все впустую. Так что ж теперь: лучше и на правило не ходить, ведь все равно «не молился»?

— Первое, что нужно помнить, читая и слушая эти ответы, — все они даны на тот случай, когда человек не имеет духовного руководителя (а жизнь-то идет, и решать вопросы как-то нужно). У послушницы все очень просто: представила все в полном виде своему духовному отцу, и: «Как благословите поступать?» Как скажет — так и поступать (разумеется, в духе евангельских заповедей).

Тем же, кому в силу сложившихся жизненных обстоятельств приходится заниматься самоисправлением и самовоспитанием по святоотеческим книгам,16 — Бог в помощь извлечь для себя какую-либо пользу из здесь написанного, как из «подспорья» к деятельному изучению писаний Святых Отцов.

А теперь рассмотрим поставленный вопрос: «Так что ж теперь: лучше и на правило не ходить?» Как это: не ходить на правило?.. «Ведь все равно „не молился“…». Зря ты так думаешь.

Один военный человек (назовем его N.), одевшись в парадную форму, шел в полк на праздничное построение. Но неожиданно на улице наткнулся на драку, которую затеял старый преступник-рецидивист. N. пришлось вступить с ним в схватку. Дело закончилось благополучно — преступника обезвредили и закрыли. Но. мундир-то потерял свой праздничный вид. Да и на праздничное построение N. поспел только к самому концу. Генерал в начале построения по причине отсутствия N. в строю выразил свое негодование. Но, узнав, в чем было дело, переменил гнев на милость, похвалил N. за мужественную борьбу с опытным преступником и даже повысил его в звании.

Так что и мы не будем унывать и малодушествовать, ежедневно вступая в борьбу с опытным мысленным преступником, ибо Господь любит мужественных борцов.

Да, рассеянная молитва на правиле «не засчитывается» — обманываться не будем. Но засчитывается то послушание монастырскому уставу, которое ты оказываешь, идя на правило. Засчитывается та борьба с дремотой, которую навевает бес уныния (а борьба с унынием доставляет самые большие венцы). Засчитывается борьба с «левыми» помыслами (и, кроме того, приобретается искусство в мысленной брани, что для нас жизненно необходимо). Засчитывается борьба со всеми страстями, какие возбуждает в нас диавол во время молитвы. В частности, победив в себе злопамятность и простив обидчику, ты сама сподобляешься прощения от Господа своих грехов, которыми оскорбила Бога и ближних.

И вот, понуждая себя на все это, ты «с горем пополам собрала внимание». Смирившись, видя свою немощь, но и понуждая себя на благое дело чистой молитвы, ты стоишь пред Ним в благоговении и страхе, прося Его милости — дабы Он помог тебе в этой трудной борьбе с собой и сатаной. Такие нуждницы восхищают Царствие Небесное (ср.: Мф.11:12).

А ты думаешь: если рассеянная молитва «не засчитывается», то, может, и на правило не стоит ходить — все равно впустую. Как видишь — вовсе не впустую.

Некоторые задачи для современных христиан

— А что делать в ситуациях, когда никакие вразумительные доводы «молиться благоговейно и внимательно» не помогают? Как себя настроить?
Например. К вечеру очень устала: целый день на послушании, да еще папа приезжал. И получилось так, что время перерыва в работе, которое я обычно трачу на чтение келейного правила, я потратила на папу. В результате все правило осталось на вечер.
Начинаю читать молитвы и такое настроение — хоть плачь: я устала, хочу спать. Понимаю, что это грех (что я так читаю почти с раздражением), но ничего не могу поделать. Грех так читать и грех бросить, а читать «по-нормальному» в данной ситуации я не могу. Если бы я была виновата — вовремя не прочитала — мне было бы легче. «Сама виновата», — говорю я себе в подобных случаях, и обычно успокаиваюсь, принимая такую «тяжкую» молитву, как епитимью. А тут знаю, что я просто не смогла вовремя прочитать, потому что не могла же я сказать папе: «Папа, мне некогда!» И все. Получилось, что никто не виноват: ни папа, что приехал, ни я, что уделила ему время. Никто. А что делать?

— Как не бывает дыма без огня, так не бывает и сильного побеждения от врага без нашего повода.

А не сказала ли ты что-нибудь папе? К примеру: «Папа, я за тебя так молюсь!» В таком случае — после самохвальства — действительно, ничего не помогает, пока не смиришься и не покаешься.

Так что над тем, что «никто не виноват» нужно подумать: что это значит? Интересно: я грешу двойным грехом и — «никто не виноват»! Эврика! Открытие в аскетизме XXI века!

Текст подготовлен по изданию: Монах Константин. Беседа о молитве:
Как сохранить душевный мир и живую молитву в условиях современной суеты.
Задонский Рождество-Богородицкий монастырь, 2005.

Продолжение следует

Вы можете оставить комментарий, или ссылку на Ваш сайт.

Оставить комментарий