Беседа о молитве, часть 12-я

Нужно запомнить, что нас спасает Господь. Не мы сами возделываем свое спасение, но Господь по Своему милосердию к нам изымает нас из всякой страсти — в том числе и из духа уныния (если мы проявляем, со своей стороны, деятельное сопротивление греху).

Фактически, в нашей жизни бывает то, что мы наблюдаем в природе: то солнечный день, то темная ночь. В солнечный день нас осиявает благодать, душа радуется, играет, ликует, все кажется веселым, радостным, и все кругом как Ангелы. А в другое время покрывает душу тьма и мрак. Человек ни на кого не хочет смотреть, никого не хочет видеть, ни с кем не хочет говорить. Только бы засунуть голову под подушку, и — «не троньте меня». Это ночь в духовной жизни. И чем усерднее мы с ней боремся, тем быстрее мы освобождаемся Господом от этого мрака.

Такого, хотя бы кратковременного омрачения, не избегает никто, такие испытания были у каждого Святого Отца. Потому что, как говорит преподобный Исаак Сирин, «кто идет без перемен, тот на волчьем пути», т.е. он попал в прелесть. Если его духовное состояние не изменяется, все время стабильное, без перемен, следовательно, он не на спасительном пути, а на пути заблуждения.

И потому нужно помнить слова апостола Павла, что «любящим Бога все содействует ко благу» (Рим. 8, 28). Даже в самые тягостные минуты Господь не отворачивается от нас, как нам это кажется. В это время испытывается наша верность и преданность Ему. В такие минуты Господь смотрит на нас наиболее внимательно — смотрит, насколько мы Ему верны, насколько мы свои желания предаем в Его волю, стараясь исполнить то, что Ему угодно, и сопротивляемся греху и всему тому, что Ему не угодно.

     * * *

     Иногда приходилось беседовать с современными молодыми людьми и при этом слышать их жалобы на душевное состояние: нападает такая тягота, такое уныние, такое недовольство жизнью, что «хоть петлю на шею». Недоумевают: от чего это происходит, и что при этом нужно делать, чтобы избавиться от такого тягостного мироощущения? Ну, я, что мог, говорил. Но чувствовал, что я не в состоянии ответить на это более полно, потому что у меня не было такого опыта.

И вот однажды случилось следующее. Пришел я как-то из путешествия весьма уставший и измотанный почти до предела. Отдохнул вечером. Отдохнул утром. Задремал на молитве — одолевала тягота. Снова лег спать. В общем, много я проспал — выспался досыта. И вот, когда я последний раз проснулся и встал — ощутил такое душевное состояние, какого у меня еще не было. Это трудно выразить словами. Жизнь показалась какой-то мрачной, тяжелой, безынтересной, бесцельной, глупой игрушкой. Я ощутил себя (по выражению преподобного старца Силуана) «скотиной в человеческом теле».

И тогда я сразу «все понял». Понял, что бывает, когда мы удовлетворяем свои страсти. После того, как мы их удовлетворили и насладились, эти страсти становятся нашими мучителями: находят на нас мрак, уныние, расслабление, тягота — вплоть до того, что «жизнь не в жизнь».

Не напрасно апостол Павел сказал: «Всяк подвизаяйся от всех да воздержится» (1Кор.9:25). И преподобный Нил Мироточивый говорит: «Храни себя от всего, что нравится». Это значит, что мы, христиане, должны воздерживаться от всего, что не является необходимостью для нашей жизни, а прельщает лишь наши чувства (повкуснее поесть, подольше понежиться в постели и т.п.).

Конечно, это бесполезно говорить сугубо мирским людям — они все равно не примут. Но тот, кто ведет серьезный, внимательный образ жизни, может принять себе к сведению, что нельзя удовлетворять свои прихоти, т.е. страстные желания.

Нам нужно понять, что чем больше мы стремимся к получению всевозможных удовольствий, тем несчастнее мы становимся в реальной жизни — не столько от внешних обстоятельств, сколько от этого своего эгоистичного, сластолюбивого настроя.

А если мы хотя бы немножко боремся со своими страстями — жизнь для нас бывает интересной и содержательной. И хотя мы, может быть, и не получаем того благодатного утешения, какое получали прежде Святые Отцы, но все равно мы чувствуем к жизни живой интерес. Как говорила в свое время одна матушка — схимонахиня Илария: «Какая духовная жизнь интересная!» Она повторяла это много раз, потому что чувствовала, что духовная жизнь, действительно, интересная.

А сейчас приходится встречаться и с чисто мирскими людьми, и даже с монашествующими, для которых жизнь становится неинтересной, мрачной и серой. И это именно потому, что мы удовлетворяем свои страсти, т.е. делаем то, что нам хочется. И потому становимся "чадами гнева"1 еще здесь, на земле. И это дает нам напоминание, предчувствие, предвкушение того, что ожидает нас там — в вечности.

— Вы привели пример про то, как вдоволь выспались. Непонятно. Вот если человек удовлетворил «настоящую» страсть — водки, например, напился — это понятно: дальше за этим последует наказание. Страсть, действительно, мучает такого человека — его «раздирает», он места себе не находит, голова болит, еще выпить хочется. А если у организма естественная потребность в отдыхе — просто выспаться досыта хочется? Непонятно, какая в этом-то крамола?

— Да, сон — это естественная потребность. Но Святые Отцы как определяли естественную потребность сна? Когда человек лег, уснул и спит, сколько ему потребуется. Если он проснулся, значит, организм уже ободрился, уже нужно вставать. Ведь раньше будильников не было. Спали как: лег, уснул. Проснулся — значит, нужно вставать. Человек удовлетворил свою естественную потребность в сне.

Но если он ложится, поспал, сколько надо, проснулся, на другую сторону перевернулся: «Ну, хоть время уже вставать — да ладно, я еще немножко посплю». Повернулся — еще немножко, повернулся — еще немножко. И уже спать не хочется, а он все: «Да я еще немножко полежу, подумаю: что вчера мне снилось, что сегодня приснилось», — просто хочется понежиться в постели. А это уже есть удовлетворение страсти (так называемое ласкосердство). И за то, что мы понежились, понаслаждались, мы получим в дальнейшем расплату — эта страсть-сласть превратится нам в мучителя, и будет мучить нас.

Вот такая разница между естественной потребностью и удовлетворением своей страсти.

— Но как правильно разобраться с дисциплиной сна? Раньше ведь люди были здоровые: заснули вечером и проснулись утром. А сейчас почти все люди больные. Они двадцать раз за ночь проснутся, с бока на бок перевернутся. Сна нет, из-за этого — сбой режима. Как здесь рассудить? Заснул, через полчаса проснулся — понятно же, что это не его норма сна… полчаса.

— Я не говорю о больных людях, я говорю о здоровых.

— Да ведь сейчас практически нет здоровых людей!..

— Если человек серьезно будет определять себя, как больного, то он будет искать врачевания: и духовного, и телесного.2

Ну, скажем, если человек не засыпает, и если он не принимает, к примеру, элениум или что-то подобное — он может просто съесть ложку меда. Если он съел ложку меда, то через полчаса его естественно клонит в сон. И если он будет это соблюдать, то будет более глубоко спать.

Страницы: 1 2 3

Вы можете оставить комментарий, или ссылку на Ваш сайт.

Оставить комментарий