Благолюбие

Благолюбие т.т.1-2

Тема 20. О тот, что ни в чем не следует полагаться на самого себя, но во всем слушаться совета отцов и исповедовать начистоту тайны своего сердца, ничего не скрывая

 А. Из Палладия

У меня был сосед по имени Ирон, уроженец Александрии. Он был молод, красив, остроумен и к тому же отличался чистым образом жизни и крайней худобой от суровых подвигов. Многие из тех, кто знал его, говорили, что он по три месяца мог ничего не есть, кроме причастия и диких трав, и то, если попадутся.

Я сам убедился в этом, когда мы вместе с ним и блаженным Альбином ходили в Скит, который был расположен в сорока милях от нас. Дорогой нам пришлось дважды останавливаться, чтобы поесть и попить. Ирон же ни разу ни к чему не притронулся. Он все время шел и читал наизучть псалмы, великий и еще пятнадцать других, потом послания к Евреям и Исаии, отрывки из пророка Иеремии, евангелиста Луки и Притчи. Ирон шел быстро, и мы за ним едва успевали. И вот он, затратив столько великих трудов и пролив столько пота, в своей безумной гордыне превознесся до заоблачных высот, а оттуда низвергся в жалком падении. По дерзостному самопревозношению он поставил себя выше святых отцов и ругал их всех. Он говорил, что вот, мол, они учат нас, а их учение обман и что нечего искать других учителей, ибо один у вас учитель Христос ( Мф 23, 8-10), и Сам Спаситель говорил: «Не называйте никого учителем на земле» (Ср.: там же).

Позднее Ирон, как и Валент, о котором я писал и раньше1, помрачился умом и дошел до того, что пришлось заковать его в цепи. Как и Валент, он даже не хотел причащаться Божественных Таин. И в конце концов, точно палимый сильнейшим диавольским огнем, по промыслу Божию несчастный добрался до Александрии, чтобы выбить клин клином.

Беднягу мучила тоска. Он все время проводил в театрах, кабаках и на скачках. В довершение всего его охватила неодолимая страсть к женищинам, и он уже решил согрешить с одной мимической актрисой, с которой постоянно встречался. Но тут случилось так, что по Божиему замыслу спасения, его детородный орган раскаленным углем начала жечь язва. За шесть месяцев болезни он у него совсем сгнил и сам собой отвалился. Потом юноша выздоровел, пришел в себя и вернулся в Скит, но уже евнухом. Несчастный, наконец, вспомнил о небесном отечестве и понял Божий замысел. Он покаялся отцам во всем, что натворил, но сделать ничего уже не успел – через несколько дней бедняга скончался.

2. Другой монах по имени Птолемей поначалу вел добродетельную жизнь аскета далеко за пределами Скита. Он поселился в месте, называемом Климака, где никто из монахов не мог жить, поскольку до ближайшего источника было восемнадцать миль. Отшельник принес собой кувшины и губку. В

декабре и январе, когда выпадала роса, он собирал ее губкой и наполнял сосуды. Так он добывал воду пятнадцать лет, и за это время ни разу не встретил ни одной живой души. Лишенный общения, помощи, наставлений святых отцов и частого  причащения Святых Христовых Таин, бедняга помрачился умом, сбился с истинного пути и впал в ересь отрицания Промысла. Да еще враг внушил ему, что ничего ценного на свет нет, все происходит само собой от автоматического движения космоса.

А внушив ему такие мысли, враг всей нашей жизни взялся за его душу: «Если это так, — говорил он, — то зачем истязать себя напрасно? Ради чего стараться, если воздаяния все равно не будет? Да и какое воздаяние в силах возместить твои труды? И кто тебе даст его? И каким это еще Судом пугают Писания,

когда все в мире существует без всякого Промысла?»

Такие сатанинские помыслы овладели несчастным Птолемеем. Он оставил подвиги и стал, как говорится, вести себя странно. Несчастный совсем потерял природный рассудок и но сей день бродит по Египту и предается безудержному обжорству и пьянству. Он ни с кем не разговаривает и так молча шатается по базару. Жалкое и плаченое зрелище в глазах христиан и позорище для тех, кто не имеет понятия о нашей жизни!

Вот какое несчастье постигло бедного Птолемея за его безумную гордыню; за то, что он думал, будто знает больше всех святых отцов, хотя никогда не встречался с ними, чтобы получить от них поучительные наставления. А, оставшись без (духовного) руководства, несчастный опустился до самого дна пропасти — духовной смерти. Им же несть управления, падают аки листвие (Притч И, 14).

1 Св. Палладий говорит о предыдущих главах не этой книги, а о своей работе «Лавсаик»

Страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8

Вы можете оставить комментарий, или ссылку на Ваш сайт.

Оставить комментарий