Благолюбие

Благолюбие т.т.1-2

Тема 46. О том, как полезно самоукорение

А. Из Патерика

Блаженный Зосима рассказывал:

— Когда я некоторое время жил в лавре аввы там у меня был друг. Как-то мы сидели с ним и говорили о душеполезном. При этом нам вспомнились слова, которые сказал авва Пимен: «Кто во всем укоряет самого себя, гот обретает успокоение». Припомнилось и изречение аввы горы Нитрийской. Когда его спросили:

— Отче, что главное обрел ты на этом пути?

Он ответил:

— Всегда винить и укорять самого себя.

При чем сам спросивший подтвердил это:

— Кроме этого, другого пути нет.

Когда мы вспомнили это, то с изумлением сказали друг другу:

— Сколько силы в словах святых! Вот уж действительно, раз они так говорили, то, как сказал Антоний Великий, говорили «истину, проверенную опытом». И в их словах столько силы, потому что они сами это пережили. Не зря один мудрец сказал: «Пусть твои слова подтвердит твоя жизнь».

И вот когда мы так разговаривали, друг вспомнил:

— А мне ведь тоже пришлось на деле пережить эти слова и то, какое успокоение они приносят. (Знаешь,) в лавре у меня был настоящий друг, диакон. Но он вдруг ни с того, ни с сего начал меня подозревать в одном деле, обиделся и стал отчужденно смотреть на меня. Заметив это, я спросил о причине его отчужденности. Он ответил, что я сделал то-то и то-то, чем обидел его. А я и понятия не имел о том, про что он говорил, и принялся доказывать, что к этому совсем не причастен. Но мои слова его не убедили, и он сказал: «Прости, но я тебе не верю». Тогда я уединился в келье и начал тщательно исследовать, уж не сделал ли я и в самом деле что-нибудь такого, но ничего не нашел. И я снова подошел к нему, когда он держал святую чашу, из которой причастились братья, и перед святой чашей опять попытался доказать, что не нахожу за собой никакой вины, но он и слушать не захотел.

Тогда я снова заглянул внутрь самого себя, и тут мне вспомнились слова святых отцов, я поверил в их глубокий смысл, и мои мысли потекли несколько иным руслом. «Диакон, — сказал я сам себе, — искренне любит меня и по любви дерзнул сказать мне то, что у него на сердце ко мне, чтобы я покаялся и не делал этого впредь. Так что же ты, жалкая душонка, говоришь, что не делал этого. А помнишь ли ты, что сделал вчера и сегодня утром? Может быть, ты вот точно так же забыл и об этом деле». Рассуждая так, я убедил свое сердце, что и в самом деле на мне грех, но я забыл о нем, как и о многих других, совершенных прежде. Мое сердце преисполнилось благдарности к Богу и отцу диакону. Это благодаря ему я осознал свой грех и раскаялся.

С такими мыслями я встал и пошел к келье диакона, чтобы поклониться ему в ноги, попросить прощения и поблагодарить его. Подойдя к его двери, я постучался. Он открыл и первый положил мне поклон. «Прости меня, — сказал он, — я заподозрил тебя в этом деле — бес попутал. Но Бог открыл мне истину: ты тут ни при чем и даже понятия не имел об этом».

Только я собрался было переубедить его в обратном, как он прервал меня, сказав: «В этом нет нужды».

Тут блаженный Зосима добавил:

— Вот в этом и есть истинное смирение. Брат стремился к нему, и оно избавило его сердце от обиды на диакона, хотя гот, во-первых, подозревал его в том, в чем сам не был убжден наверняка. Во-вторых, не поверил его объяснениям, которые могли бы убедить даже врага, не то что истинного друга. Но брат, как я уже говорил, не только не обиделся, но сам взял на себя грех, которого не совершал, потому что счел слово диакона более достоверным, чем голос своего сердца. Более того он даже решил покаяться и поблагодарить диакона за то, что благодаря ему он избавился от греха, которого у него не было и в помине.

— Видишь, — продолжал блаженный, — что может смирение и самоукорение и к какому преуспеванию они приводят, если достигнешь их? Вот если бы мы обрели их и научили бы свое сердце помыслам смиренномудрия, то лукавый не нашел бы в нас почвы для посева своих злых семян. Но нечистый видит, что у нас на месте благих помыслов — пустыня, более того мы сами толкаем себя ко злу, поэтому он берет наши желания, примешивает к ним что-то от себя и превращает нас из людей в бесов. Бесовское это занятие — постоянно смущаться самим и смущать других. Иначе обстоит дело с добродетелью. Ведь если Господь видит, что душа жаждет спасения, возделывает или стремиться возделывать благие помыслы и выказывает благое произволение, то Он ниспосылает ей Свою благодать. Душа с помощью благодати постепенно восходит к величайшему преуспеянию. Как говорится в Писании, любящим благо Бог содействует ко благу (Ср.: Рим 8, 28).

Тема 45             Начало            Тема 47

Вы можете оставить комментарий, или ссылку на Ваш сайт.

Оставить комментарий