Благолюбие. Том IV (продолжение)

Благолюбие. Том III-IV

монах Павел

Тема 39 О том, что кто выносит суждения по внушению Святого Духа, даже если он не священник, на его стороне Божья воля, и не признавать этого нельзя; и о том, что Бог разрешает учить не только священникам, но и тем, кто чист духовно; и о том, что такое «мысленное священство» и как в пустыне в отсутствие священника следует причащаться Святых Таин

А. Из Григория Двоеслова

Святой Венедикт, не будучи священником, во время Литургии дал просфору в жертву за двух умерших отлученных от причастия дев, которые покидали храм всякий раз, когда диакон говорил, чтобы непричащающиеся вышли из церкви. А после жертвы больше уже никто не видел, чтобы во время

Литургии эти девы покидали храм.

2. Поэтому, Петр, мы без всяких сомнений верим, что как только была принесена за них просфора, они сразу же удостоились прощения и освободились от наказания заступничеством блаженного Венедикта.

Петр: Дивное дело, что этот честной муж, будучи еще во плоти, мог избавлять души (умерших) от наказания.

Григорий: А разве, Петр, не во плоти был тот, кому было сказано это обетование: Что свяжешь на земле, то будет связано на небесах, и что разрешишь на земле, то будет разрешено на небесах1. Относительно связывания и разрешения его наследуют (от Господа) те, кто по вере и нравственности получают священническую власть. Но чтобы перстный человек мог совершать такие дела, для этого Творец неба и земли сходил с неба на землю, чтобы плоть могла судить даже духов. Такой благодати удостоил ее Бог, став плотью ради людей, потому  что немощь наша стала выше себя, когда облеклось в нее Могущество Божие.

Благороднейший муж по имени Филикс, узнав, что незабвенный Экитий не в сане священника, а между тем ходит всюду и ревностно проповедует назидательное слово, однажды обратился к нему с вопросом:

― Как ты, отче, дерзаешь проповедовать, когда не имеешь ни священного сана, ни разрешения проповедовать от римского папы, в ведении которого состоишь?

― Я и сам думал, о чем ты спрашиваешь, ― ответил святой. ― Я открою тебе, как я получил разрешение на проповедь. Однажды ночью во сне мне явился прекрасный юноша, скальпелем коснулся моего языка и сказал: «Я влагаю мое слово в твои уста ― иди и проповедуй». С тех пор как я ни стараюсь умолкнуть, но не могу, потому что Бог меня понуждает проповедовать».

Петр: Мне хотелось бы, отче, узнать, какие подвиги проходил святой муж, удостоившийся такой благодати.

Григорий: Подвиг, возлюбленный Петр, зависит от дара благодати, а не благодать от подвига, иначе и благодать не будет благодатью. Ибо всякому подвигу предшествует благодатный дар, хотя после этого дары возрастают по мере того, как увеличиваются подвиги. И зачем тебе искать в нем еще большего

подвига, когда знаешь, что в этом угоднике Божием непорочная жизнь соединялась с проповедническим усердием? Он горел такой ревностью, присоединяя души к Господу, что управлял несколькими монастырями и в то же время ходил повсюду: по церквям, городам, деревням, даже по домам христиан, возжигая в сердцах своих слушателей любовь к небесному отечеству.

Когда молва о его проповеди дошла до Рима, некоторые люди, движимые завистью, стали доносить на него Папе:

«Какой-то неотесаный мужик дерзнул сам себя назначить великим проповедником и наше пресвятое служение, Владыко, переписать на себя, присвоив нашу неотчуждаемую собственность. Нужно послать за ним и привести его сюда, дабы объяснить невежде, что в Церкви можно делать, а что нельзя».

Они не прекращали жаловаться на авву Экития до тех пор, пока не убедили Папу послать начальника стражи Иулиана и потребовать от святого не выходить за пределы монастыря.

 

1 Эти слова Иисус сказал Петру в Кесарии Филипповой, см.: Мф 16, 19.

Страницы: 1 2 3

Вы можете оставить комментарий, или ссылку на Ваш сайт.

Оставить комментарий