Две крайности: Экуменизм и Зилотство

II

 Афины, 12 апреля 1980 года.

 Две крайности: экуменизм и зилотство. Письма. Архимандрит Епифаний Феодоропулос Господин редактор, как я уже написал в своём предыдущем письме, недавно напечатанном в «Ортодоксос типос» (четвёртый номер текущего месяца), в ответ на мою публикацию о «Вспышке неразумного зилотства» появилась не только зилотская брошюра «Святогорец», но и ещё одна, подобная ей («Филакес Ортодоксиас». Июль, 1979).

Считаю своим долгом, пусть с опозданием, ответить и на неё. В брошюре сказано, что я «пытаюсь умалить значение «события» (имеется в виду присутствие афинского архиепископа на панихиде по папе Павлу VI) и оправдать его «этикетом»». «Пусть же позволит нам отец Епифаний (Феодоропулос) сказать, — продолжает автор, — что в православии ничем нельзя оправдать общение православных с еретиками. Ещё со времён апостолов осуждается даже простое приветствие, адресованное еретику. И даёт нам столь строгий завет — избегать еретиков, несмотря на... правила этикета, не кто иной, как апостол любви, святой евангелист Иоанн Богослов! Что может сказать на это отец Епифаний?»

На это я могу сказать следующее: слова апостола и евангелиста Иоанна («аще кто приходит к вам и сего учения не приносит, не приемлите его в дом и радоватися ему не глаголите» (2 Ин. 10)) истолкованы превратно! Неправильно их понимают многие, дорогие составители брошюры, не вы одни, поэтому подробно разберём это место Писания. В данном стихе апостол Иоанн говорит не о любом контакте, но только о связи «учительство — ученичество». «Аще кто приходит к вам, и сего учения не приносит» — пишет он. То есть если кто-либо приходит как учитель, если кто-либо приходит с целью вам проповедовать. Такого учителя, если он приносит «сие учение» (что Христос есть Сын Божий и пришёл Он во плоти), принимайте и пусть он учит вас; если же его учение иное, то полностью отвращайтесь от него. Не только не принимайте такового учителя, чтобы он наставлял вас, но и в дом свой не вводите его, и даже не удостаивайте его простого приветствия. Будьте очень осторожны, чтобы не поколебаться от еретичествующих учителей. Всячески оберегайте себя от опасности стать учениками инославных проповедников. Заткните уши для любого еретического учения. Более того, не поддерживайте гостеприимством пагубное дело этих людей. Не содействуйте тому, чтобы они свободно, с пользой для своего дела путешествовали с целью распространения своей ереси. Воздвигните баррикады на пути их разрушительного шествия. Не замечайте, уклоняйтесь, избегайте учителей прелести, аннулируйте их деятельность. Вот каков смысл, братья мои, слов апостола Иоанна.

То же самое читаем мы в «Учении двенадцати апостолов» (И, 1-2) —древнейшей книге: «Если кто-либо, придя к вам, научит вас всему тому, что сказано выше, то примите его; а если сам учащий, совратившись, станет вас учить иному учению с целью разрушить вышесказанное, не слушайте его»1. Апостол Иоанн вовсе не требует от верующих, чтобы они устраивали допрос каждому стучащему в дверь по какому бы то ни было вопросу. Представим себе сцену из той эпохи.

— Человек, зачем ты стучишь в мои ворота? Что тебе надо?
— Милостыни! Я очень голоден и весь дрожу от холода.
— Прежде чем я открою ворота моего дома и введу тебя внутрь, я должен задать тебе один вопрос: ты веришь, что Иисус Христос, Сын Божий, пришёл в мир во плоти? Если да, то ты войдёшь в мой дом и поешь, если же нет, то ты не войдёшь сюда, но несмотря на сильный мороз, останешься на улице и подождёшь, пока я соберу для тебя еду, найду что-нибудь из одежды и вынесу это к тебе на двор».

Или представим себе другую картину из современной жизни. Лопнула водопроводная труба, и потоки воды неудержимо наполняют наш дом. Открываем телефонный справочник и быстро вызываем водопроводчика. Он приходит, звонит в дверь, и мы начинаем... допрос: «Прежде чем поздороваться с тобой и пригласить в свой дом, я спрашиваю тебя: веруешь ли ты, что Иисус пришёл в мир во плоти?» «Нет, — отвечает водопроводчик. —Я верю только лишь в некую высшую силу, не больше!» —«Тогда уходи», — говорим мы и звоним другому слесарю. Однако и он, придя, отвечает на наш вопрос «нет» и добавляет, что он «ни во что не верит». Мы прогоняем его и звоним третьему. Тот приходит, но на наш вопрос заявляет, что он верующий, однако неправославный. Выпроваживаем и его, а вода уже не только затопила весь дом, но грозит затопить и улицу.

Следующая сцена: умерла наша мать, и к нам в дом, кроме родственников и друзей, приходят многочисленные соседи, чтобы выразить свои соболезнования и присутствовать при погребении почившей, причём одних мы знаем хорошо, других похуже, или почти совсем не знаем. Мы, конечно же, прежде чем поприветствовать пришедших, позволить им возложить на гроб цветы, предложить сесть, должны спросить, верят ли они в «сие учение» (2 Ин. 10). Соответственно ответам мы будем либо принимать этих людей, либо отсылать их обратно! Братья, вы согласны со мной? Должно быть, согласны!

Такие ли отношения и связи с людьми имел в виду апостол Иоанн, когда определял, как нам вести себя с еретиками? Нет, друзья мои! Святой Иоанн постоянно настойчиво обращал внимание верующих и указывал им на то, как надо встречать тех, кто приходит с целью учительства — «прозелитизма», как сказали бы мы сейчас. Желая воспрепятствовать прозелитической деятельности инославных учителей, апостол запрещает верующим принимать их под свой кров, чтобы те, путешествуя и не находя пристанища на своём пути, хотя бы в силу этого были вынуждены либо прекратить, либо ограничить свою разрушительную деятельность. Божественный апостол, опасаясь, что даже после простого общения с лжеучителями верующие могут начать колебаться от услышанного, из соображений элементарного пастырского благоразумия требует, чтобы они не только не оказывали гостеприимства таким еретичеству ющим наставникам, но немедленно выпроваживали их. (В те времена лжеучители, подбирая себе единомышленников, ходили по домам, как сейчас делают хилиасты2).

И ещё: заповедь божественного апостола об уклонении от еретиков-учителей, само собой разумеется, не распространяется на всех без исключения верующих. Она была дана для того, чтобы защитить основную массу христиан, которые, либо в силу нетвердости своей веры, либо в силу недостатка знаний, легко поддавались чужому влиянию. Заповедь не относилась к пастырям и учителям Церкви и «сильным в Писании» мирянам. Они, естественно, будучи хорошо образованны, имеют право, и даже обязанность, не только принимать в своих домах еретиков-учителей (не говоря уже о простых последователях ереси), но даже приглашать их для беседы и вразумления. Хорошо подготовленному верующему (клирику или мирянину) не возбраняется приглашать в свой дом еретиков (как простых последователей ереси, так и вождей), обмениваться с ними «приветствиями», «угощать» их, а затем и вступать с ними в разговор, чтобы с помощью Божией превозмочь их в беседе.

С древнейших времён состоялось неисчислимое количество словесных поединков между славными защитниками православия и еретиками. Могли бы они состояться, если, как вы полагаете, православным безусловно воспрещалось любое общение с еретиками, даже простое ? Разве плохо, что были эти поединки? И сейчас горсточка клириков и богословов мирян вызывает тяжёлую «головную боль» у некоторых из руководителей секты хилиастов. Они не только «принимают» еретиков, но даже приглашают их «в дом», «угощают», вступают в разговор и... обращают в паническое бегство. Часто это происходит в присутствии многих зрителей. Вы верите, что эти люди... нарушают заповедь Иоанна?

Или, может быть, нарушает заповедь апостола авва Пимен, который, когда к нему пришли некие еретики и начали злословить александрийского архиепископа, говоря, что он хиротонисан пресвитерами, позвал своего брата и сказал ему: «Приготовь трапезу и уговори их вкусить, и отпусти их с миром»? (Патерик. Афины, 1970. С. 92). Или, может быть, нарушили заповедь Иоанна аввы Лот и Арсений, высказав такую любовь и мудрость по отношению к монаху-оригенисту3? Вот что рассказывает Патерик: «Некий старец пришёл к авве Лоту в малое болото Арсениты и просил дать ему келью. Старец был немощен, и авва Лот дал ему келью. Когда же кто-нибудь приходил к авве Лоту, он посылал их навестить и немощного старца. Но тот начал говорить им слова оригенистов. Восскорбел авва Лот, говоря: «как бы не подумали отцы, что и мы придерживаемся этого учения». Удалить же старца оттуда он не решился, чтобы не нарушить заповедь (любви). Тогда авва Лот встал и, придя к авве Арсению, рассказал ему о старце. Авва Арсений сказал: не изгоняй его, но скажи: «Вот, ради Бога ешь и пей сколько пожелаешь, только оставь эти речи», и если он пожелает, то исправится, если же нет, сам попросит тебя отпустить его. Вернувшись, авва Лот так и поступил. Когда старец услышал его слова, то не захотел исправляться, но стал просить авву Лота, говоря: «Ради Господа отправьте меня отсюда, ибо я ещё не могу понести пустыни». Итак, став, он, предпосылаемый любовью, удалился». (Там же).

Конечно, если речь идёт о неком ересиархе, окаменевшем в своём бесспорном и общепризнанном зловерии, яростном противнике истинной веры, человеке, не внимающем никаким вразумлениям, в своём самоослеплении и непобедимом упрямстве устремлённом на зло и достигшем состояния «неисправимости≫, то мы, те, кому не грозит опасность колебания в вере, стараемся (наверное, это даже и необходимо) выказать по отношению к нему свою позицию игнорирования, как поступил апостол Иоанн по отношению к Киринфу. Но это совершенно особый случай. Не будем забывать о множестве других историй как с учителями, так и с простыми последователями ереси, которые опомнились и вернулись в Церковь благодаря мудрому поведению православных пастырей (или же мирян). Забота и
попечение о еретиках, то есть об их обращении, является одной из высочайших пастырских обязанностей служителей Церкви.

Страницы: 1 2

Вы можете оставить комментарий, или ссылку на Ваш сайт.

Оставить комментарий