Кораблики святому Брендану Мореплавателю (продолжение)

Корабли святому Брендау мореплавателю

протоиерей Александр Шабанов

Кораблики святому Брендану

Плавание

Эпизод I

Однажды вечером, когда святой Брендан молился в местечке, что теперь называют Лугом Чудес, к нему пришел его старый друг и учитель Баринтус. Он был воином знатного ирландского рода королевской династии Ниалла Девяти Заложников, но, достигнув зрелых лет, принял монашество и стал игуменом монастыря в Драмкуллене. Такие встречи случались часто.

Два инока долго беседовали о разных духовных вещах, и солнце уже покидало Клонферт, как вдруг Баринтус замолк, не закончив начатой фразы. Он опустился на землю и заплакал. Слёзы и сбивчивая молитва не прекращались, пока святой Брендан не решился обнять за плечи и поднять друга. Святой поцеловал Баринтуса и сказал: «Отче, твой приход всегда приносил радость, а не печаль. Поведай мне, что случилось, отчего твоё сердце тоскует?» В это время их окружила монашеская братия, и Баринтус начал повествование. Сначала он рассказал о Мерноке, своем родном сыне, который стал отшельником на небольшом острове, и о том, как с ним, в келиях, устроенных среди скал, поселились другие монахи. Много чудес сотворил Господь тогда через Мернока.

«И вот, — продолжал Баринтус, — я решил однажды отправиться к сыну. Три дня пришлось плыть по ветреному морю, пока корабль не причалил к берегу. Там уже стоял Мернок и несколько отшельников, которым Бог открыл о моём прибытии. Я обнял сына. И мы пошли по земле, и другие монахи, словно пчёлы из ульев, покидали свои кельи приветствовать гостя». Мернок рассказывал Баринтусу о порядке, установленном на острове. Все жили раздельно. Служба же была регулярная, общая. За трапезой ничего, кроме овощей, яблок и корений, не вкушали. Отец с сыном, долго не видевшие друг друга, решили не ложиться спать. Они отправились в длительную прогулку и дошли до Западного берега. Там стояла небольшая лёгкая лодка с вёслами. «Давай, — предложил сын, — сядем и погребём на Запад к острову, который называют «Земля Обетованная Святым». И они поплыли. Облака опустились, плотный туман сокрыл не только волны, но и корму. Скрип вёсел и плескание воды, чуть колышущей лодку, были единственными звуками. Прошло час или два, прежде чем удивительный свет разогнал это влажное марево и монахи обнаружили большой остров, утопавший в зелени, со множеством фруктовых деревьев. Пристав к берегу, Баринтус с сыном пошли по чудесной земле. Казалось, что мир состоит из воздуха, цветов и запаха яблок. Они видели бесчисленные плоды на деревьях, и камни, по которым ступали их ноги, были драгоценными. Пятнадцать дней прошло в этом удивительном пути, пока большая река не преградила дорогу.

«Мы стояли с Мерноком, вспоминали все чудеса загадочной страны и думали, куда двигаться теперь, пока наш и размышления не были прерваны появлением необычного человека. Он шёл словно весь окруженный сиянием. — Баринтус замолчал, и слушателям показалось, что слёзы опять готовятся прервать рассказ. Но так только показалось. — Сияющий гость, — продолжил Баринтус, — назвал нас каждого по имени и воскликнул:

— Ободритесь, братья! Господь наш Иисус Христос показал вам землю, которая обещана Его святым. Река разделяет остров на две части, и вам нельзя переправляться на другой берег. Возвращайтесь обратно.

Я спросил его, где его жилище и как нам называть его.

— Зачем вам знать всё это? Лучше послушайте про страну, что приняла вас. С первых дней Творения Мира она осталась неизменной. Здесь нет голода, жажды и нужды во сне, потому что день не сменяется ночью, а свет — Сам Христос.

Потом мы начали обратный путь, и человек, не открывший своего имени, сопровождал нас до оставленной лодки. Как только мы сели за вёсла, он исчез. В море густой туман опустился вновь, и в этой мгле прошла вся обратная дорога. На Острове Блаженства нас встретили отшель­ники. Они радовались как дети, долго не видевшие своих родителей, и говорили: «Зачем, отцы, вы оставили нас так надолго, мы словно агнцы без пастыря блуждаем по лесу. Уже не в первый раз Мернок уплывает неизвестно куда то на неделю, то на две, а то и на целый месяц. По каким дорогам водил вас Господь?»

«Братья, — сказал я им, — не сердитесь. Вы и не знаете, что живёте около райских врат. Недалеко отсюда лежит чудесный Остров Святых, где нет ночи и царит вечный день. Туда изредка плавает ваш игумен. Ангел охраняет его в дороге. Разве вы не чувствуете аромат от наш их одежд? Такое благоухание бывает только в Раю». «Отче, — ответили они, — мы верим, что вы вступили на райскую землю. Мы обоняем этот аромат сейчас, как приходилось и прежде, в течение сорока дней после каждого возвращения Мернока, но нам не известно, где именно находится эта земля». «На запад плыла наш а лодка, — ответил я, — и мы были там более двух недель. Всё это время ни голод, ни жажда не терзали нас. Даже сейчас не проходит чувство насыщения и радость, какая случается, стоит лишь выпить молодого вина».

Сорок дней прошло после их возвращения из Земли Обетованной Святым, прежде чем Баринтус уплыл в Ирландию. Святой Брендан и все, кто слушал чудесный рассказ, воздали хвалу Богу: «Прав Господь во всех путях Своих и Свят во всех делах Своих». После чего святой Брендан сказал: «Подкрепимся едой и питием, братия. Пора приступить нам к выполнению «новой заповеди», данной от Бога». А Баринтус покинул Клонферт.

КОРАБЛИК

1

В горах, на берегу реки,
Я взял кусок кирпично-красной
Коры и вырезал кораблик,
Величиной с форель, не больше,
И наблюдал за ним, плывущим
И тонущим. И там, где он исчез,
Дюйм серебристой плоти над водой
Блеснул на солнце — на одно мгновенье
.
Фэнтон Джеймс (Перевод Владимира Светлосанова)

Нынешний читатель этих текстов может заметить, что расстояние, отделяющее от средневекового европейца, если оно измеряется «культурными милями», не слишком-то и велико. По крайней мере, ему понятна следующая коллизия: во время движения монахов от привычного, надежного мира присутствие Божие всё более очевидно. Практически во всех эпизодах святой Брендан будет встречать посланни-ков, которые станут предупреждать его об опасностях, сообщать о грядущих переменах. Как замечал Бёргесс, «некоторые страдания (как реальные, физические, так и духовные. — Авт.), особенно испытанные людьми одинокими, заброшенными в море, оказываются неизбежными и существенными; для того чтобы завершить начатую миссию путешественника (а вслед за ним и читателя. — Авт.), следует многое претерпеть и достичь определенного уровня знаний»41.

Итак, святой Брендан попадает в Другой Мир и — что не вполне типично для раннекельтских историй — возвращается. Из 17-ти монахов только трое, по разным причинам, не достигают Ирландии. Существуют ранние христианские источники, из которых версии о Плавании святого Брендана могли получить свою неповторимую образность. Но надо отметить и тот факт, что некоторые детали косвенно соотносятся с восточной легендой о Синдбаде-Мореходе, и это принуждает исследователей предполагать наличие связи между текстом «Плавания» и ныне утраченной руко-писью «Чудеса Востока».

Сохранились данные о путешествии, предпринятом в X веке восемью двоюродными братьями по прозвищу ал-Магрурун («авантюристы»). Они отправились из Лиссабона в «Море мрака» (Атлантический океан) с целью узнать, что в нём находится и где оно кончается42. Рассказы о подобных путешествиях пользовались большой популярностью, и сообщения о них можно найти в произведениях многих арабских авторов. При этом с каждым новым путешествием, приносившим новые данные об окружающем мире, границы непознанного отодвигались всё дальше и дальше. Никто, по словам знаменитого географа ал-Идриси, не знает, есть ли какая-нибудь обитаемая земля за «Вечными» островами («Вечные», «Острова счастливых» — арабские названия Канарского архипелага). Никому не известно, что находится за пределами населённой земли на востоке или «за морем мрака» на западе. При этом ал-Идриси неоднократно выражает сомнение в том, что это знание может быть получено в принципе. По словам географа, «вряд ли можно узнать, что находится за «морем мрака». Из-за множества трудностей, поджидающих мореплавателей в этих краях: густого мрака, высоких волн, частых бурь, свирепых ветров и морских чудовищ, обитающих в его водах»43.

Впрочем, это лишь версии, которых предостаточно вокруг любого средневекового литературного памятника. Более реальная история такова: монастырь в Клонферте был, согласно документам, основан в 558-м году. Брендан навещает свою сестру Бригу в Тубриде (Tubrid) для приготовления места своего будущего погребения. Подразумевая именно исторического Брендана и полагая, что его кончина прихо-дится на период 575 — 583 годов, Вудинг замечает: «Упокоение Брендана из Клонферта записано во всех важнейших ирландских анналах за годом 575, либо в отчетах, которые приходятся на этот год... Запись 575 года может считаться отправной для нашего свидетельства о начале почитания реального человека, а не о формировании культа легендарного героя» 44.

Самый первый, хотя и не главный, вопрос у читателя «Плавания» (VII — VIII веков) и «Путешествия» (XII века), как правило, таков: Куда плавал Мернок с Баринтусом и куда впоследствии отправился святой Брендан? Отвечать на него придётся на протяжении всего рассказа об удивительной Бренданиане, но несколько важных предварительных замечаний следует высказать заранее.

Во-первых, вплоть до XIII века не было даже приблизительно точных карт и все географические описания Античности и Средневековья должны были опираться на показания путешественников. Но описания путешествий — итинерарии45 — обычно украшают материал (NB! Поэтизируют, теологизируют, как в «Плавании»: было путешествие реальное — итинерарием которого стал текст «Плавания»). Маршрут представлялся в виде прямой линии, сколько бы извилистым он ни был на самом деле. Датчанин, скажем, плывущий из Шлезвига в Тронхейм, сообщит, что он плывёт на север, хотя сначала он отправится на северо-восток к Сконе, затем на запад, вокруг южной Норвегии, а под конец на северо-восток, к Тронхейму. При этом встречаются отклонения как по часовой стрелке, так и против.

Во-вторых: Медиевисты используют такое понятие, как «смещённая географическая ориентация». Наиболее конкретные подтверждения её действия зафиксированы в древнескандинавской письменности. Т. Джаксон говорит про «реликты древней системы ориентации», которая не тождественна современной. Термином nord — «север», по мнению ряда исследователей, обозначалось в древности направление, отличающееся от астрономического «севера» и отклоняющееся (от 45° до 60°) в сторону востока, то есть по часовой стрелке, — соответственно, иное, нежели привычное современному человеку. В качестве историографических примеров: в англо-саксонском переводе «Хорографии» Павла Орозия (IV в.), принадлежавшем англосаксонскому королю Альфреду, Север иногда на 45° сдвинут в сторону Востока. В 32-й главе «Саги о Кнютлингах» (середина XII в.) страны света смещены на 60° по часовой стрелке. В рассказе о плавании Отара, записанном королём Альфредом, тоже имеет место ориентационный сдвиг («его север почти равен северо-востоку». «Смещённая ориентация» не была явлением исключительно скандинавским: англо-саксонский король при переводе латинского текста вносил изменения в описания Европы, Азии и Африки весьма хаотично. Вопрос о происхождении «сдвига», резюмирует Джаксон, остался открытым.

Но для скандинавов путешествие было «неизбежным» (Джаксон) условием жизни, главной её составляющей. Скандинавы, прожившие жизнь в путешествиях, «соединяли своими передвижениями уголки мира». Саги — «объективный» рассказ; «переживания» не являлись объектом изображения.

«Плавание» — совершенно другая литература. Отношение к путешествию в век саг — предельно уважительное. В обществе господствует представление о том, что человек должен путешествовать, чтобы стать человеком, чтобы приобрести знания и научиться разбираться в человеческих взаимоотношениях46. В случае с «Плаванием» разбираться будет необходимо не только в них.

Главным собеседником станет Господь, призвавший монахов к путешествию. И, как пишет Джон Дж. Кери, «нельзя сказать, что Иному Миру в ирландской традиции приписываются разные варианты местоположения: скорее, он существует вне определимых пространственных отношений с миром смертных. Он — «другая сторона» и Иной Мир»47.

Митрополит Каллист (Уэр) рассказывал: «Один шотландский садовник встретил человека, который только что приехал с Айоны. Он сказал: «Там очень тонко». Собеседник не понял, и тот объяснил: «Вот — Айона, а вот — Господь», — именно так воспринимает тварный мир Православие» (Митроп. Каллист (Уэр), «О Льюисе»).

Так что попробуем рассмотреть «Плавание» не только как уникальное произведение литературы Средневековья, но и как этап истории культуры (географии). Для удобства необходимо обратиться к существующей схеме, согласно которой традиционно принято делить «Плавание» на 29 эпизодов:

1. Встреча святого Брендана с Баринтусом; рассказ о Земле Обетованной.

2. Избрание 14-ти спутников-монахов.

3. Посещение святого Енды.

4. Строительство корабля (коракла).

5. Три «лишних» монаха. Святой Брендан берёт в путешествие ещё троих попросившихся иноков, но предрекает им грядущую погибель.

6. Остров с безлюдным городом. В богато убранном зале монахов ожидают приготовленные яства.

7. Кража. Один из трёх крадёт серебряное ожерелье и умирает как кающийся грешник.

8. Юноша с хлебом и водой.

9. Остров Овец. Святой Брендан совершает вечерню Чистого Четверга.

10. Якониус (Большая Рыба, Остров-Кит). Путешественники служат Пасхальную Заутреню на спине Кита.

11. Остров Птиц. Сидящие на дереве птицы оказываются «нейтральными ангелами»; одна из них предрекает святому Брендану шестилетнее плавание. С Пасхи до восьмого дня после Троицы монахи проводят на острове.

12. Монастырь святого Аилбе. На этом острове и в этой, так сказать, «идеальной» обители мореплаватели проводят время Рождества. Дальнейшие пророчества о Плавании.

13. Остров с сонным источником. 47 Кэри Дж. Время, пространство и иной мир (пер. Н. Николаевой) // Представления о смерти и локализация иного мира у древних кельтов и германцев. — М., 2002. — С. 139. 14. Штиль (Безветрие как испытание).

15. Встреча трёх Праздников. Святой Брендан вновь отмечает Праздники, начиная с Чистого Четверга до Троицы на Острове Овец, Острове-Рыбе и на Острове с птичьим деревом.

16. Схватка морских чудовищ. По молитвам святого одно уничтожается другим.

17. Остров Трёх Возрастов. Райское, отчасти, место, где живут раздельно мальчики, юноши и старики. Второй из «лишних» монахов остаётся.

18. Виноградный Остров.

19. Сражение птиц. Угрожающего мореплавателям грифона убивает другая птица.

20. Второе посещение острова Аилбе.

21. Прозрачное море, в глубине которого монахи наблюдают движение неких жутких тварей.

22. Колонна (Айсберг) с серебряной сетью. Святой Брендан проплывает через ячейки висящей на хрустальной колонне, высотой до неба, сети. Там же путешественники находят чашу и нечто внешне напоминающее дискос.

23. Остров Кузнецов. Кузнецы бросают раскалённые камни в коракл святого.

24. Остров-Вулкан. Третий из «лишних» монахов выпрыгивает на берег, и его забирают бесы.

25. Иуда Искариот. Ему разрешается проводить воскресенье и праздничные дни вне ада, на одинокой морской скале.

26. Остров Павла-отшельника. Поскольку однажды он исполнил волю мёртвого, его на корабле доставили к голому каменистому острову, где отшельник и живёт, чудесным образом питаемый Богом.

27. Последняя встреча трёх Праздников.

28. Земля Обетования Святых. Залитый светом плодоносный остров, вокруг которого таинственная пелена тьмы.

29. Маленький человечек. Возвращение святого Брендана с братией в Ирландию. Кончина преподобного. Не все, но большинство эпизодов получат свои комментарии. Некоторые сложные вопросы будут только подняты и обозначены темы для исследований.

Примечания:

41 Burgess G.S. The Brendan Legend. — Brill, 2006.
42 Крачковский И.Ю. Арабская географическая литература. — М., 2002. — С. 34-135.
43 Коновалова И.Г. «Система координат» средневековой мусульманской георафии // Джаксон Т.Н., Коновалова И.Г., Подосинов А.В. Imagines mundi: античность и средневековье. — М., 2013. — С. 152.
44 Wooding M. The Date Navigatio... Dublin, 2002.
45 Итинерарий (лат. itinerarium) — книга-указатель с перчислением всех дорожных переходов, расстояний и мест отдыха на каждой дороге Римской империи. Во время поздней античности специально для христиан-паломников существовали итинерарии с подробным описанием «святых мест», например итинерарий Burdigalense, «Паломничество» Этерии и итинерарий Антонина Плацентина (560—570).
46 См.: Imagines mundi: античность и средневековье. — М., 2013. — С. 406.
47 Кэри Дж. Время, пространство и иной мир (пер. Н. Николаевой) // Представления о смерти и локализация иного мира у древних кельтов и германцев. — М., 2002. — С. 139.

Не все, но большинство эпизодов получат свои комментарии.

Некоторые сложные вопросы будут только подняты и обозначены темы для исследований.

Страницы: 1 2

Вы можете оставить комментарий, или ссылку на Ваш сайт.

Оставить комментарий