Кораблики святому Брендану Мореплавателю (продолжение)

 

Три месяца океан держал в своих объятиях путешественников. День сменялся ночью, небо посылало дожди, и солнце сушило парус. Ели иноки один раз в двое или трое суток. Наконец показалась земля. Коракл поспешили направить к острову, но встречный ветер никак не давал команде приблизиться. Четыре дня на вёслах они кружили, пытаясь отыскать место, где можно было бросить якорь. Гавань так и не открывалась. Тогда преподобный призвал братию к усиленному посту и молитве. Трижды солнце восходило и лунный свет мерцал среди волн, пока монахи не обнаружили место для стоянки. Коракл причалил, и команда поспешила на берег. Два источника нашли перегрины. В первом вода оказалась мутной, в другом чистой. Достали фляги, уже собрались их наполнить, но святой остановил: ≪Дети мои, — сказал он, — не берите того, что принадлежит другим, без их согласия. На этом острове живут старцы, которые с радостью откликнутся на наши просьбы. К чему становиться похитителями? Даже жажда не сможет оправдать вора≫.

Теперь следовало решить, в какую сторону идти на поиски; и пока все стояли в размышлении, появился высокий, величественный человек со светлым лицом. Он сотворил три поклона, и братия помогла ему подняться. Пришедший взял за руку святого Брендана и повёл вместе с ним всю команду в монастырь, оказавшийся на расстоянии ферлонга55 от источников. У монастырских ворот преподобный остановился и спросил седовласого провожатого, кто здесь игумен и из какой страны прибыли насельники. Несколько раз, всячески изменяя предложение, ему пришлось повторять свой вопрос, но старец не вымолвил ни слова. Он только сделал жест, показывающий, что здесь соблюдается правило молчания. Поняв это, святой приказал монахам не нарушать тишины в обители: ≪Наложите печать на уста ваши, будьте сдержанны в словах и жестах≫.

Впрочем, перегрины не слишком внимательно выслушали предостережение своего капитана. Их отвлекли 12 монахов, что вышли навстречу из небольшой церкви. Они несли святые мощи, кресты и пели псалмы. Когда шествие остановилось возле ворот, то ко святому Брендану шагнул игумен. Он троекратно обнял преподобного и далее всех путешественников поочерёдно. Так же сделали те, что пришли с ним, после чего, при пении молитв, как принято в обителях Востока, иноки вступили за монастырскую ограду.

Игумен распорядился принести воды, и гостям омыли ноги. У него был маленький колокольчик, по звуку которого совершались необходимые действия. Перегринов пригласили в трапезную. Зазвенел колокольчик, и все, омыв руки, заняли места за длинным столом, причём гости и хозяева сели через одного.

На широких блюдах лежали различные коренья и хлеба удивительной белизны. Каждый хлеб делили на двоих. Коренья оказались очень вкусными, а когда вновь раздался колокольчик, принесли питие. Игумен сказал: ≪Теперь с радостью и страхом Божиим вы можете попробовать то, что недавно хотели похитить. Чистую воду мы пьём, а мутную используем для омовения, потому что она тёплая. Откуда в наших кладовых появляется хлеб, нам не известно. Милосердный Господь с помощью одного из Своих созданий каждый день посылает 12 хлебов, нарезанных из двух больших караваев. В воскресенья и праздники прибавляется ещё по калачу для каждого, так что оставшееся от обеда можно съесть за ужином. К вашему прибытию количество хлеба увеличилось вдвое. Со времён святого Патрика и преподобного Аилбе, который основал здесь монастырь, Спаситель питает братию. На острове 24 инока. Уже 80 лет прошло с тех пор, как преподобный Аилбе окончил свои земные дни.

Он был богатым человеком, но раздал своё имение ради полюбившегося клочка земли в океане. Посланник Божий привёл Аилбе сюда, а мы, разузнав, где он поселился, прибыли на остров, чтобы быть вместе с тем, кого так почитали. Он стал нашим игуменом и до самой смерти наставлял братию в правилах монашеской жизни и молитве. Его давно нет, но мы всё так же здоровы, сильны; старость словно стороной обходит обитель. Мы не страдаем ни от жары, ни от холода. Хлеб не переводится в погребах. Когда наступает время служения Божественной Литургии или ночного бдения, то лампады зажигаются сами собой и масло в них не иссякает. Они горят до самого рассвета, а потом гаснут≫.

Трижды перегрины пили воду, что казалась слаще мёда, после чего все отправились в церковь. Когда они вошли, то святой Брендан встретил ещё двенадцать монахов, которые быстро преклонили колена, а затем покинули храм. ≪Отец игумен, — спросил преподобный, — почему их не было с нами за трапезой?≫ ≪Потому, что вы здесь, — ответил игумен, — а стол в трапезной недостаточно большой. Но не стоит волноваться. Они сейчас пойдут на обед, а мы давайте отслужим Вечерню≫.

Когда служба окончилась, святой Брендан стал осматривать устройство храма. Церковь оказалась квадратной, главный престол находился в центре, и перед ним висели три большие лампады. Около двух других располагалось по два светильника. Каждый из престолов был сделан из кристалла. Тот же материал использовали для изготовления чаш, дискосов и прочих богослужебных сосудов. Вдоль стен стояли 24 кварцевых кресла с высокими спинками. По обеим сторонам от места игумена сооружены были хоры. Порядок Вечерни выглядел так: пение стихиры начинал настоятель, а правый или левый хор подхватывал; затем игумен завершал стихиру. Следующая начиналась им же, но продолжал тот хор, что молчал прежде.

Преподобный Аилбе создал строгий устав. Если кто-то из братии имел необходимость обратиться, то он подходил к настоятелю, преклонял колена и кратко высказывал свою просьбу. Игумен брал стило, которым на табличке начертывал свой ответ. Святой Брендан наблюдал за происходящим, потом сказал: ≪Отец игумен, не пора ли поужинать, пока ещё не стемнело?≫.

После трапезы монахи отправились в свои кельи, пригласив по одному из гостей. Игумен и преподобный остались ожидать рассвета в храме. Святой стал расспрашивать о монастырской жизни: ≪Скажи, отче, не выше ли сил человеческих ваше молчание?≫ С глубоким смирением и почтением тот ответил: ≪Говорю тебе пред Богом, более восьмидесяти лет прошло после нашего поселения, и за всё это время голос человеческий мы слышим, когда поёт хор. За редким исключением он раздаётся от старших братий. Никто из нас не страдал душевным или телесным расстройством. Достаточно жестов и взглядов≫. ≪Может ли моя команда остаться здесь?≫ ≪Ни в коем случае, — ответил настоятель, — на это нет Воли Божией. Господь призвал тебя и перегринов к странствию. Исполните предначертанное. Вам ещё суждено вернуться сюда, но последним пристанищем будет земля родины. Вы ляжете в её пределы, кроме тех монахов, что присоединились в последний час. Один из них останется на Острове Отшельников, другому же суждена вечная смерть в аду≫. Лишь только игумен замолчал, как в церковное окно влетела пылающая стрела, вспыхнули лампады и загорелись свечи. Стрела исчезла через другое окно. Святой Брендан вновь обратился к игумену: ≪Скажи, кто гасит эти светильники утром?≫. ≪Никто, — был ответ, — свечи не тают, их фитили не оставляют копоти или нагара, потому что горят огнём духовным. Вспомни несгораемый куст на горе Синай, представший Моисею≫.

Всю ночь бодрствовали они, а когда рассвело, преподобный попросил благословения на продолжение Плавания. ≪Не пришло время, — сказал игумен, — вам предстоит встретить здесь Рождество, провести ещё семь дней и только после этого, снабдив твою команду припасами, мы простимся ≫. Так всё и случилось.

55 1/8 мили.

 

Назад /  Начало /  Далее

 

Страницы: 1 2

Вы можете оставить комментарий, или ссылку на Ваш сайт.

Оставить комментарий