Почему православному христианину нельзя быть экуменистом

Пап Франциск и Константинопольский Патриарх Варфоломей

Святитель Николай, архиепископ Японский, знаменитый русский миссионер, совершивший апостольское дело перевода Священного Писания и богослужебных книг на японский язык и положивший начало Автономной Японской Православной Церкви, в своей речи при наречении во епископа 27 марта 1880 года, имея в виду католицизм и протестантизм, сказал: «С давно явившимися и ныне продолжающими существовать соблазнами – наш долг бороться <...>. Лики великих святых борцов с древними ересями укоризненно смотрят на нас из глубины истории. Не так равнодушны были Иринеи, Афанасии, Григории, Дамаскины к современным им извращениям Христианства! Притом, если мы будем оставаться равнодушными, то зараза, возникающая из того, что есть гнилостного в католичестве и протестантстве, будет расслаблять и нас самих.

Нынешнее безверие, на которое так много жалуются, не есть ли последовательный продукт нездоровых испарений от язв на огромном теле католичества и разметанных, еле живых телах протестантства? К чему прицепится и что найдет неразумного или фальшивого философский анализирующий ум в Православии, когда в нем все неподражаемо разумно и свято, когда оно – точно блистающий шар, идеально правильный, вполне законченный и неуязвимо крепкий?! <...> Нам нужна живая деятельность, от которой дохнуло бы живым, освежающим ветром, не только у нас, но и на Западе, – деятельность, прямо направленная против самих причин безверия – извращений Божественной истины в католичестве и протестантстве <...>. Нам надо выделить из своей среды людей, даже составить общества – со специальной задачей борьбы устным и письменным словом с католичеством и протестантством; борьбы, конечно, исключающей и мысли о каких-либо приемах, несвойственных истинной христианской любви, но тем не менее горячей, как сама любовь, потому что из-за христианской любви она и будет ведена» (Вера и разум. 1884. Январь. Кн. 2. С. 156–157).

Как бы развивая последнюю мысль святителя Николая – о проявлении истинной любви, – архиепископ Серафим (Соболев) в своем докладе «Надо ли Русской Православной Церкви участвовать в экуменическом движении?» на Московском Всеправославном Совещании 1948 года указывал: «Не будем смущаться обвинением нас православными экуменистами в отсутствии любви к инославным христианам <...>. Это обвинение, прежде всего, не соответствует действительности. Наша Святая Церковь всегда боролась с ересями и даже до крови. Но людей, впавших по наущению диавола в ереси, Православная Церковь всегда жалела – движимая любовью к ним, она налагала на них епитимию, вплоть до отлучения от церковного общения. Однако она никогда не прекращала и не прекратит своей молитвы, этого дыхания благодатной истинной любви, о вразумлении и обращении еретиков на путь спасительной истины. Вот как Святая Церковь учит нас молиться о них: „Отступившия от Православныя веры, и погибельными ересьми ослепленныя, светом Твоего познания просвети и Святей Твоей Апостольстей Соборней Церкви причти (см. „Помянник“, молитвослов). Таким образом, Святая Церковь различает самые ереси, требуя безкомпромиссной борьбы с ними, от людей, впавших в эти ереси, всегда простирая к ним свои материнские любвеобильные объятия.

Затем, нас обвиняют в отсутствии любви к инославным христианам, в сущности, за то, что мы не относимся к экуменическому движению так, как к нему относятся православные экуменисты. Последние в этом своем отношении к экуменическому движению нарушают святые каноны, попирая наше догматическое учение о Церкви, устраивают на экуменических конференциях дружбу с протестантами и масонами, а через эту дружбу потворствуют протестантской пропаганде в православных странах, содействуют врагам Православной Церкви в деле ее разрушения. Таким образом, это отношение православных экуменистов к экуменизму является сплошным безчинством. Но в безчинстве, по учению апостола Павла, нет любви, „любовь, – говорит он, – не безчинствует“ (1 Кор. 13, 5). Ясно, что не у нас, а у православных экуменистов нет любви к инославным христианам, ибо у них не любовь, а безчинство. Пусть они спросят у своей совести, и она скажет им, что лежит в основе их экуменической деятельности и в их отношении к инославным христианам – любовь ли к последним или что-либо другое?!

Да избавит нас Господь от такой „любви“ <…>! Дай Бог, чтобы наша Русская Церковь и впредь держалась той обособленности в отношении к экуменизму и его конференциям, в какой она пребывает доселе (так было в 1948 г., – примеч. авт.)! Да, мы одиноки, но в этом одиночестве, в этой нашей обособленности – залог спасения от гибельного натиска на Русскую Церковь со стороны масонства, – залог спасения не только Русской, но, может быть, и всей Вселенской Православной Церкви. <…>

Экуменизм еще не будет торжествовать своей победы, пока он не заключит все Православные Церкви в свое экуменическое „вселенское“ кольцо. Не дадим ему этой победы! Памятуя его сущность и его цели, всецело отвергнем экуменическое движение, ибо здесь – отступление от Православной веры, предательство и измена Христу» (Деяния Совещания глав и представителей автокефальных Православных Церквей. М., 1949. Т. 2. С. 385–387).

Свой труд закончим пламенными словами православного ученого монаха, богослова конца XIV – начала XV века Иосифа Вриенноса, защитника веры от латинян и варламитов: «Мы не отречемся от тебя, возлюбленное Православие! В тебе мы родились, в тебе живем и в тебе умрем! И если бы потребовалось, мы умерли бы за тебя тысячи раз!» (Православная богословская энциклопедия. СПб., 1906. Т. 7. С. 382–383).

София, 1985–1989 годы

Архимандрит Серафим (Алексиев),
архимандрит Сергий (Язаджиев)

Вы можете оставить комментарий, или ссылку на Ваш сайт.

Оставить комментарий