Поученіе. Св. Меѳодій, архіепископъ моравскій

   Прот. Григорій Дьяченко († 1903 г.)

Заслуги для славянъ св. братьевъ Кирилла и Меѳодія.

  I. Св. равноапостольный Меѳодій, память коего совершается нынѣ, вмѣстѣ съ братомъ своимъ Кирилломъ (память его 14 Февр.), былъ учителемъ славянъ, къ племени которыхъ принадлежимъ и мы, русскіе, въ христіанской вѣрѣ. Онъ происходилъ отъ знатной фамиліи въ г. Солуни.

Получивъ образованіе въ родномъ городѣ, онъ былъ правителемъ одной славянской области въ Македоніи. Но сердце его не лежало къ міру и его тщетнымъ удовольствіямъ. Послѣ 10 лѣтъ службы онъ удалился въ Полихроніевъ монастырь на горѣ Олимпѣ, куда вскорѣ прибылъ братъ его св. Константинъ. Въ 857 г. оба брата были вызваны на проповѣдь славянамъ. Для того, чтобы успѣшнѣе совершить это великое и св. дѣло, св. братья составили славянскую азбуку, перевели съ греческаго на славянскій языкъ богослужебныя книги и впервые ввели у славянъ богослуженіе на ихъ родномъ языкѣ. По навѣтамъ нѣмецкихъ епископовъ св. братья вызваны были въ Римъ, какъ проповѣдники евангелія на славянскомъ языкѣ, тогда какъ, по мнѣнію тѣхъ, слово Божіе должно читать только на тѣхъ трехъ языкахъ, на которыхъ была сдѣлана надпись на крестѣ Христовомъ. Папа Адріанъ оправдалъ свв. братьевъ. Св. Кириллъ вслѣдствіе непрестанныхъ изнурительныхъ трудовъ сильно занемогъ въ Римѣ и вскорѣ здѣсь и скончался, а св. Меѳодій былъ возведенъ въ санъ архіепископа Панноніи или Моравіи и возвратился къ своей паствѣ, гдѣ и служилъ просвѣщенію славянъ до конца жизни. Онъ скончался въ 885 году.

II. Въ день памяти св. равноапостольнаго Меѳодія, съ которымъ неразлучно и приснопамятное имя брата его Кирилла, побесѣдуемъ о заслугахъ свв. братьевъ для славянъ, и въ томъ числѣ и насъ русскихъ, принадлежащихъ къ славянскому племени.

а) Святые братья Кириллъ и Меѳодій первые проповѣдывали христіанскую вѣру нашимъ предкамъ славянамъ на ихъ родномъ славянскомъ языкѣ; они первые передали имъ слово Божіе и научили ихъ совершать службы церковныя на родномъ, понятномъ, славянскомъ языкѣ, тогда какъ другіе западные проповѣдники христіанства того времени учили славянъ молиться на чуждыхъ, непонятныхъ славянамъ языкахъ, утверждая при этомъ, что можно славить Бога только на трехъ языкахъ — еврейскомъ, греческомъ и латинскомъ. «И ради быша словене слышати величія Божія на своемъ языкѣ», замѣчаетъ древнѣйшій лѣтописецъ славянъ.

Да и какъ было имъ не радоваться? Доселѣ какъ будто скрывали отъ нихъ святую правду, передавая ее чуждою, непонятною рѣчью; а теперь святая правда засіяла предъ ними, подобно вышедшимъ изъ-за тучи лучамъ солнечнымъ. Больно и обидно было славянину, когда заставляли его выслушивать и заучивать то, чего онъ не понималъ, и когда при этомъ увѣряли его, что его рѣчь дикая, варварская, что ею не слѣдуетъ и молиться, и передавать словъ Божіихъ. Такая обида славянскому роду отчасти продолжается и доселѣ на западѣ. Вотъ, мы, православные христіане, приходимъ въ наши православные храмы; все тутъ для насъ понятно, такъ какъ и чтеніе, и пѣніе здѣсь на понятяомъ намъ родномъ славянскомъ языкѣ; присутствующій со вниманіемъ въ нашемъ храмѣ какую чувствуетъ отраду отъ святыхъ, понятныхъ для него и поучительныхъ, словъ! Не то бываетъ въ храмахъ католическихъ. Службы церковныя здѣсь совершаются, какъ извѣстно, на латинскомъ языкѣ. Видимъ мы, что почти всѣ присутствующіе здѣсь — и поляки, и русскіе (славяне) не знаютъ этого языка; и что же имъ остается здѣсь дѣлать? Или слушать, и ничего не понимать, или же молиться своими молитвами, какія кто знаетъ. Вотъ почему въ католическихъ храмахъ грамотные во время богослуженія стоятъ съ молитвенниками въ рукахъ и по нимъ молятся; и выходитъ такъ: священникъ у нихъ молится объ одномъ, а каждый изъ мірянъ о своемъ; и молитвы едиными усты и единымъ сердцемъ въ ихъ храмахъ никогда не бываетъ, какъ бываетъ въ нашихъ православныхъ храмахъ. А неграмотному и незнающему наизусть молитвъ и стоять было бы скучно въ ихъ храмахъ, если бы не ввели тутъ музыки, которая хотя отчасти занимаетъ и развлекаетъ вниманіе присутствующихъ. Благодареніе же Богу! Слава и вамъ, святые первоучители славянскіе, Кириллъ и Меѳодій, что вы, съ древнихъ предковъ нашихъ славянъ, научили насъ святой вѣрѣ и святому богослуженію на понятномъ намъ нашемъ родномъ, славянскомъ языкѣ, возвеличили такимъ образомъ нашу славянскую рѣчь и нашъ славянскій родъ!

б) Но заслуга святыхъ братьевъ первоучителей нашихъ Кирилла и Меѳодія еще въ другомъ. Мало передавать святую истину устами; ее будутъ знать только тѣ, которые ее услышатъ изъ устъ говорящаго. Правда, и слышащіе могутъ передавать ее другимъ не слушающимъ, а эти третьимъ и т. д. Но слова, передаваемыя устно, какъ вы сами знаете, отъ времени до времени теряются и искажаются; гораздо лучше, когда эти слова начертываются и передаются въ письмени. Славянская рѣчь не имѣла письменъ до святыхъ братьевъ Кирилла и Меѳодія. «Проповѣдывать устно Христову вѣру, говорили святые братья въ свое время, все равно, что писать на пескѣ». И вотъ они задумали дать славянскимъ народамъ, у которыхъ не было еще азбуки, слово Божіе въ письменахъ. Къ этому великому дѣлу они готовились молитвою и сорокадневнымъ постомъ, и Господь благословилъ ихъ трудъ полнымъ успѣхомъ. Когда славянская азбука была готова, Константинъ (въ иночествѣ Кириллъ) написалъ славянскими буквами, по словамъ преданія, первыми слѣдующія слова св. евангелиста Іоанна Богослова: вначалѣ бѣ Слово, и Слово бѣ къ Богу, и Богъ бѣ Слово, и за тѣмъ уже продолжалъ переводъ всего св. евангелія. Съ какою радостію былъ привѣтствуемъ первый написанный славянскою рѣчью трудъ святыхъ братьевъ! Въ Царьградѣ, въ присутствіи самого императора (въ 863 году), былъ отслуженъ торжественно благодарственный молебенъ за такой безцѣнный даръ Божій. Отпуская затѣмъ свв. братьевъ Кирилла и Меѳодія въ славянскія земли для евангельской проповѣди, императоръ греческій такъ писалъ одному славянскому князю — Ростиславу моравскому: «Богъ, повелѣвающій всякому уразумѣть истину, сотворилъ великое дѣло, явивъ письмена на вашемъ языкѣ. Мы посылаемъ къ тебѣ того самаго честнаго мужа, чрезъ котораго Господь явилъ сіи письмена, философа благовѣрнаго и весьма книжнаго. Онъ несетъ тебѣ даръ честнѣе всякаго золота и камней драгоцѣнныхъ. Помогай ему утвердить вашу рѣчь и взыщи Бога, не лѣнясь ни на какой подвигъ; тогда и ты, приведя своихъ въ Божій разумъ, воспріимешь награду въ семъ вѣцѣ и въ будущемъ». И пошли святые братья въ славянскія земли и щедро тутъ сѣяли слово Божіе, передавая его и устно, и въ письмѣ. «Услышьте, славяне, всѣ слово, иже отъ Бога пріиде, — слово, еже кормитъ души человѣческія, — слово, еже крѣпитъ сердца и умы, взывалъ мудрый Константинъ ко всему славянскому роду. Душа не имѣетъ жизни, если словесъ Божіихъ не слышитъ. Отверзите прилежно уму двери, оружіе пріимите твердое, еже куютъ книги Господни. Въ буквахъ мудрость Христова является, которая души ваши укрѣпитъ. Поймите своимъ умомъ, да не умъ имѣя неразуменъ, на чуждомъ слышите слово, какъ голосъ мѣдной трубы звенящее. Безъ свѣта нѣтъ радости оку видѣть твореніе Божіе; такъ и всякой душѣ безсловесной, невѣдящей Божьяго закона... Душа безбуковная мертвая является въ человѣкѣ».

Изъ этихъ приведенныхъ мною словъ св. Кирилла, я прошу васъ, бр., обратить особенное вниманіе на его послѣднія слова: «душа безбуковная мертвая является въ человѣкѣ», т. е. что неграмотный человѣкъ похожъ на мертваго. И развѣ не такъ на самомъ дѣлѣ? Мертвый хотя и смотритъ потухшими, полуоткрытыми глазами на міръ Божій, но ничего въ немъ не видитъ, ничего не понимаетъ; подобнымъ образомъ и неграмотный человѣкъ смотритъ на книги, переворачиваетъ въ нихъ листъ за листомъ, но ничего въ нихъ не видитъ, ничего ве понимаетъ; многаго онъ не понимаетъ и изъ міра Божія и изъ другихъ дѣлъ человѣческихъ, о чемъ могли бы сказать ему книги, если бы онъ умѣлъ ихъ прочесть. Неграмотный человѣкъ, подобно мертвому, какъ бы не существуетъ для другихъ, которые находятся вдали отъ него, которые жили прежде его и которые будутъ жить потомъ, тогда какъ грамотный чрезъ грамоту и съ дальними переговаривается, и прежде жившихъ слушаетъ чрезъ оставленныя ими писанія, и будущимъ поколѣніямъ говоритъ чрезъ свои писанія. Не грамотный человѣкъ не умѣетъ славить Бога и Ему угождать, какъ слѣдуетъ, не можетъ читать слово Божіе, творенія св. отцевъ и учителей церкви и многія душеполезныя книги.

III. Братіе мои! если уже вамъ самимъ, т. е. нѣкоторымъ изъ васъ, не судилъ Господь быть грамотными, то хоть дѣтей своихъ не оставляйте безбуковными, прошу васъ. И святые Кириллъ и Меѳодій умоляютъ васъ объ этомъ съ того свѣта. Аминь. (Сост. по проповѣд. прилож. къ «Рук. для с. паст.» за 1885 г., апрѣль).

 Источникъ: Священникъ Григорій Дьяченко.
М.Изданіе книгопродавца А. Д. Ступина, 1896

 

 

Вы можете оставить комментарий, или ссылку на Ваш сайт.

Оставить комментарий