Слова учительные

Где мы сейчас живем, чуть выше живет в своей каливе Святых Архангелов старец Гедеон. Там раньше был один послушник, который ухаживал за старцами, жившими там еще до Гедеона.

Он был когда-то женат, но жена развелась с ним, так как он бесновался. Потом оказался в Дафни2 и в конце концов попал на Святую Гору. По крайней мере, пойду, говорит, душу свою спасу. Буду жить в послушании.

Пока оказывал послушание старцам, демон не появлялся. Ночью ходил вниз, на соляные разработки, и возвращался при луне. Во время оккупации ходил собирать соль, чтобы отнести ее в Керасьи3, в келлии, а себе купить лук, или картофель, или фасоль. И ничего с ним плохого не случалось. Однажды сестра его выслала ему из Америки сто долларов, и он положил их в карман. Своеволие. Сразу же объявился демон. Тот монах рассказывал нам, что демон говорил ему: «Ты, может, думал, что я выйду из тебя? А разве Христос не говорит — „сей же род изгоняется только молитвою и постом“ (Мф. 17, 21)? Ты здесь со стариками только ешь и пьешь. И думаешь, что я выйду?» Цель демона была вырвать его из послушания. И тогда уж он порешит так, как хочет. «Пойдешь вниз, — говорит, — на соляные разработки, и будешь там поститься, и тогда я выйду».

Замысел демона, конечно, не в этом заключался. Он хотел ввергнуть монаха в отчаяние, сбросить в море, довести до самоубийства. И с чего начал демон? С Евангелия. А чем закончил? В конце концов он заставил монаха уйти в мир. Потом уже пришел отец Гедеон.

Покажите мне хоть одного человека, который ушел из монастыря или от старца своего, покинул место своего покаяния и остался послушником... Все — старцы! Все-старцы!

«Царство Небесное силою берется, и употребляющие усилие восхищают его» (Мф. 11, 12). Не сказал наследуют, а восхищают. Если не понудишь самого себя, то не победишь. Нет, не победишь. «Ленивец говорит: лев на дороге, убийцы на площадях» (Ср.: Прит. 26, 13). Вот так. Ни вперед, ни назад — потому что он ленивый. Если хочешь обрести духовную жизнь — понуждай самого себя. И прежде всего — в послушании.

В Святой Анне жил один старец со своим послушником, который очень часто не слушался своего старца. Случилось это накануне праздника Успения Божией Матери. «Батюшка, — говорит послушник, — пойду, наловлю рыбы.

Завтра ведь праздник Богородицы. Что будем есть?» «Чадо мое, — говорит ему старец, — все наши соседи здесь — рыбаки. Часами рыбачат, а сегодня ничего не поймали. Если бы захотела Божия Матерь, чтобы мы ели рыбу, тогда они поймали бы и нам дали. Не ходи на рыбалку». — «Нет, я пойду, может, что поймаю». «Не ходи», — повторяет старец. «Нет, пойду», — упорствует послушник и уходит.

Старец понимает, что послушник его впал в грех непослушания. А если случится какое-нибудь большое искушение? Может, поскользнется и упадет в море? Поэтому старец идет в келлию и молится, тянет четки за своего послушника.

А послушник идет к морю, забрасывает донку. Что-то попалось на крючок. Он начинает с усилием вытаскивать. Тут появляется черный-пречерный арап со свирепыми глазами, готовый наброситься на монаха. Но какая-то неведомая сила сдерживает арапа. Послушник в ужасе убегает. Демон бежит за ним до Святой Анны, до самой его келлии. Тут кричит ему демон: «Эй ты, монах! С того момента, как ты ушел, старец тянет четки за тебя. Иначе я утопил бы тебя в море. Слышишь! В море бы тебя утопил!» Вот к чему приводит непослушание.

Помню, когда жив был мой старец Никифор, я в чем-то его осудил. Вечером пошел помолиться. Чувствую, передо мной — словно стена, не могу продвинуться в молитве... "Господи Иисусе... Господи Иисусе... " — не идет! Что-то сделал не так, думаю, где-то согрешил. Вспоминаю весь день: куда ходил, что говорил, что делал. Наконец вспомнил — осудил своего Старца!

Следующий день был воскресенье, и нужно было служить. Что теперь делать? Молюсь: «Боже мой, прости, что я осудил Старца. Согрешил. Прошу прощения». — Без толку! «Ну что же, для меня не будет прощения? Не существует „прости“?» — Без толку. «Но и Петр, Господи, три раза отрекся, и Ты простил его. Я же не отрекся от Тебя. Всего лишь Старца своего осудил. И вот сейчас каюсь. Раскаиваюсь и прошу прощения». — Ничего!

Снова беру четки. Не продвигается молитва! Начал плакать, слезы рекой лились. «Боже мой, Боже мой! Нет для меня прощения? Ты же Бог милости и благоутробия. А меня почему же Ты не прощаешь? И преподобную Марию Египетскую, когда она покаялась, Ты простил. Многих грешников Ты простил и новомучеников, которые были отуречены, Ты простил и помиловал. А для меня нет милости, прощения?»

Так протекли три часа. Всю воскресную службу служил со слезами. И только под конец, чувствую, пришла мирность, сладость, радость. Тогда и начала оживать молитва: «Господи Иисусе Христе, помилуй мя! Господи Иисусе Христе, помилуй мя!» А-а-а, хорошо. Так смог приступить к литургии.

Итак, не столько страшно осудить кого-нибудь чужого, сколько осудить своего старца. Горе тебе. Скажем так: осуждаешь Самого Бога.

Как-то раз нам привезли мешок с картошкой, на причал, внизу. Послал я одного своего новоначального послушника (сейчас его уже нет в братстве). Но он сказал, что устал, и не пошел. Тогда я сам пошел вниз, чтобы принести мешок. Когда спустился, то увидел остановившийся там моторный катер. Я поздоровался, и два господина, которые были на катере, подошли ко мне. Это были профессора, из университета. «Батюшка, — спрашивает один из них, — может, знаете отца Ефрема, который живет там, наверху?» «Это я», — отвечаю. Тогда тот говорит: «Батюшка, вы, монахи, воистину блаженны, потому что вы наилучшим образом осуществляете христианскую жизнь».

Когда я вернулся домой, то рассказал своему послушнику о встрече с профессорами. А он мне и говорит довольно-таки нагло: «Ну да, когда они сюда приходят, ты их выгоняешь, а когда сам спускаешься вниз и встречаешь их-то хвалишь». — «Что поделать, так уж получилось... Ну ладно, давай пойдем в келлии, помолимся часок по четкам». Когда закончили, он приходит ко мне и спрашивает: «Сколько четок ты прошел?» — Отвечаю. "И это за целый час? А я гораздо больше и мог бы еще... " И говорит это с бесстыдством и дерзостью. Я ничего не сказал; пошел, расстроенный, в свою келлию и чуть было не плакал из-за своего чада.

Пошел спать и послушник мой. Где там ему заснуть! Сильнейшие бесовские наваждения. Прибегает весь перепуганный в мою келлию и говорит: «Батюшка, то-то и то-то со мной происходит. Спаси меня». Тогда я сказал ему: «Это происходит со всяким, кто дурно ведет себя со своим старцем и печалит его». Прочитал я над ним молитву, и все у него прошло, все это наваждение. Он ушел и заснул спокойно.

Спустя годы приходит «различительное» послушание. Но в том возрасте, в каком вы сейчас, вы все должны иметь слепое послушание. Помните, что говорит святой Иоанн Лествичник? Пошел старец сперва к новоначальному монаху, потом — к другому, который монашествовал уже лет 10-15. Говорит новоначальному:

— Пой песни.

— Благословите, — и поет.

— Пой, — говорит он другому.

— Простите, — отвечает тот.

И тот и другой правильно поступили. Не будет считаться непослушанием ответ второго монаха старцу. А для первого это было бы непослушание, потому что он еще проходит искус. Новоначальный должен пройти через колесование на пути неразличительного, т. е. слепого, послушания. Никаких рассуждений — только «благословите».

Когда пройдет 10-15 лет, наступает пора «различительного» послушания, которое есть результат послушания слепого, безоговорочного.

Как-то раз я видел, как один послушник поучал другого в присутствии старца. Воистину — ужасное бесстыдство!

Если ты будешь внимателен, то заметишь, что Христос сначала молится Отцу, а потом приступает к чудотворению.

 

Примечание:

1. Так делается в Греческой Церкви (Константинопольской и Элладской). В Русской губка не используется.
2. Дафни — психиатрическая лечебница в Афинах.
3. Один из афонских скитов, расположен у подножия горы Афон, повыше Катунак.

Источник: «Старец Ефрем Катунакский»

Страницы: 1 2 3 4

Вы можете оставить комментарий, или ссылку на Ваш сайт.

Оставить комментарий